Пока боги спят - Алекс Елин

привычка трактовать все приказы по-своему. С ним всегда очень сложно, - нехотя признался маршал. Обычно Конрад Дженси готов был убить собственными руками этого Увинсона, но на сей раз он был очень доволен, что этот сукин сын оказался ближе всех к Иоланте и ее дочери. Во-первых, шансы на спасение у обеих сильно вырастали; во-вторых, этот засранец никогда не слушал приказов и действовал на свое усмотрение, что было камнем в огород генерала и слегка грело душу маршала. Да и хоть кто-то позаботится об уже списанной Иоланте. Бедная Иоланта. Только бы она выжила… Только бы выжила.

- Моя внучка – единственная, в ком еще течет кровь династии Уайтроуз, - напомнил о себе король. – Трон принадлежит ей.

- Подозреваю, что тогда Вам, Ваше Величество, надо было направить туда другого командира, - пожал плечами Конрад Дженси.

- Увинсон – лучший, - остановил пристальный и уже не сонный взгляд на маршале генерал.

- Поэтому он и лучший, - ответил маршал. – Что было дальше? Он жив? Ее Высочество Талинда Виктория жива? Принцесса Иоланта жива?

- Мы не знаем, - тихо ответил генерал. – Увинсон смог освободить принцессу Иоланту и Ее Высочество, а также их свиту из плена. Но вертолеты, которые должны были эвакуировать группу, взорвали кершийцы. Последняя информация, которая у меня есть: Увинсон увел всю группу в горы. Они будут, скорее всего, пробиваться в Розми через Кершийское нагорье, другого варианта у них нет.

- Почему они так и не вышли на связь? – с замиранием сердца спросил король.

- Наверное, во время боя была повреждена спутниковая рация. Поэтому они и не могут выйти на связь, - ответил генерал. – Я выслал им на встречу спасательные группы. На границе сосредоточены отряды РСР, и я бы попросил у Вас, маршал Дженси, содействия: необходимо усилить наши базы на границе, обеспечить их группами быстрого реагирования и техникой, а также расположить вдоль границы людей, что могли бы в любой момент прийти на помощь полковнику.

- Я это сделаю, - пообещал маршал.

- Отлично, - кивнул генерал.

- И доведите до каждого – моя внучка должна выжить, потери не имеют значения. Если погибнет единственная наследница трона, то потом в горниле гражданской войны и смут все пожалеют, что не погибли вместе с ней. Будет страшно, - добавил король. – Теперь я очень устал. Мне надо отдохнуть. Винсент, держи меня в курсе всех событий.

- Как прикажете, Ваше Величество.

Оба офицера поклонились королю и покинули его спальню.

6

Как и всегда в Миранде шел дождь. Для разнообразия сегодня был настоящий ливень. Потоки воды низвергались из черно-серых туч и безжалостно обрушивались на крошечный городок, лежащий в Поясе Желтых Туманов. Ливневая канализация, конечно же, не справлялась, от чего мощеные брусчаткой старые узкие улицы уже минут двадцать как напоминали каналы. С крыши храма Крома лились бурные потоки воды прямо на замощенные гранитными плитами площадки перед обителью бога, – наверное, водосточные трубы опять засорились.

Жрец, стоящий на крыльце храма, докурил сигарету, выбросил окурок прямо в стихийно возникший ручей, что бежал за пределы территории обители верховного бога, и с тоской воззрился на стену воды, обрушившуюся на город. Ему было искренне жаль этот маленький убогий городишко, обреченный вскоре стать полем боя могущественных сил.

В Миранде жили, в общем-то, неплохие люди. Пусть в силу неудачного расположения города и царившего тут уныния, они и пили почти все, почти беспробудно, но горожане-то были людьми неплохими. Да и как тут не спиться, когда в окрестностях города кишмя кишат болотные твари, мечтающие сожрать тебя самого и всех твоих детей? Когда солнце бывает пару раз в году, а туманы и дожди идут постоянно? Когда тебя с детства учат, что ты своей жизнью в Миранде искупаешь грехи жизни прежней, а посему должен смириться и терпеть? А что ни год твои соседи и друзья гибнут во время нашествий тварей на город…

Очень трудно не начать пить от такой жизни. Очень. А начав пить уже и выбраться отсюда невозможно. Это знают все жители города, весь гарнизон Миранды, что охраняет возведенную вокруг городка стену, все, кто сюда попал однажды. Миранда затягивает и не выпускает из своих стен. Никого. Никогда.

Нет, конечно, молодежь отсюда время от времени уезжает жить в большие города, в большую жизнь, уезжает, конечно… Но и возвращаются почти все. Потому что там-то жизнь другая: быстрая, жестокая; там техника и прогресс, а тут… Тут сплошные Великие Болота и желтые туманы.

Но именно здесь, в Миранде, и сойдутся две необоримые силы, именно здесь и должна произойти битва богов Света и Тьмы. И даже богиня судьбы Луна не знает, кто победит. Именно в этом забытом всеми богами городишке должна начаться битва за мир.

Жрец покачал седой головой.

Наверное, боги Света пошутили, когда решили спрятать здесь, в сердце Великих Болот, Амулет Стареллы – матери болотных монстров, хозяйки Великих Болот. Ну, что ж, шутка тогда казалась смешной. Да и город был куда больше, богаче, его жителей не выкашивали странные болезни, не разрывали монстры, которых и тогда хватало, но все ж было куда меньше, чем нынче. Это потом Миранда стала тенью самой себя, а самые богатые и древние ее кварталы стали проваливаться в наступающие зыбучие пески. От проваливающихся кварталов пришлось отгородиться новой стеной. Потом из города ушли воины Крома и Лоули, что некогда тут жили, ожидая нападения тварей и приспешников Сета, что будут пытаться забрать Амулет Стареллы… Или же тех, кто решил захватить мир и уничтожить саму Создательницу. Эти тоже придут рано или поздно.

Седовласый жрец уже лет тридцать служил в Миранде. Лет двадцать он знал тайну, что скрывалась в недрах скалы под храмом Крома. И столько же лет он надеялся дожить свой век в покое. Окончить свои дни он очень хотел до битвы за сам мир, которая должна начаться с битвы Света и Тьмы. Видимо, не суждено…

Жрец знал Пророчество о битве за мир, об осколке души Создательницы, о внучке льва, о том, кто станет воплощением Тьмы, чтоб сберечь мир, и о том, кто отвернется от Тьмы, впустив в свое сердце Свет. Им суждено воспитать будущих воинов, но им же суждено принять на себя первый и самый страшный натиск Тьмы. И с ними или