Эпик. Война Ассасина - Андрей Лавин

— Сегодня по плану много интересного. Запускаем техномансеров на конвейер, попытаемся доделать экран. С порохом напряженка, но Альянс немного помог с припасами.

Всплыло диалоговое окно:

Эскулап меняет решение о разрыве договора. Согласны ли вы сотрудничать на прежних условиях?

Да. Нет.

Ага, проснулась старая ехидна! Я набрал сообщение Эскулапу:

«Думаю, что в связи с вновь открывшимися обстоятельствами смогу предложить вам смолу по искомой цене 200 монет за кг. Торг неуместен».

И подписался:

«Дон Шад».

После паузы почти в минуту пришел ответ:

«Условия приняты, почтенный дон. Изменения внесены в договор, вы можете подтвердить согласие. Ждем первую поставку. С искренним уважением, Эскулап».

Окно, где было про то, что Эскулап больше не хочет разрывать договор, померкло, вместо него всплыло новое — о том, что в договор за таким-то номером внесено изменение: цифра 175 меняется на 200. С чувством глубочайшего, просто-таки неизмеримого внутреннего удовлетворения я подтвердил согласие.

И почти сразу же пришло сообщение от Мамонта:

«Брат, поздравляю с успешно проведенной операцией! Надо обсудить условия нового договора на поставку пороха. Мое предложение остается в силе».

Поездка в Дикий город не входила в мои планы, и я ответил:

«Вышли мне договор. Я подпишу на месте. Сколько можешь доставить пороха?»

Ответ пришел мгновенно:

«Тонну. Откажу другим клиентам. Потерплю убытки. Может, обсудим договор за рюмкой чая?»

«Извини, не могу. Умножающий владения множит заботы. В другой раз».

«Понял, брат. Тогда до встречи».

— Что там у тебя? — спросил Росс.

— Порох есть. Надо начинать клепать припасы и солдат. Завтра — горячий денек.

Тут в дверь сунулся Карло, на плече которого дремал Горыныч. Последние слова инвалид расслышал и выпалил:

— Так чего, война у нас завтра? У меня ничего не готово! Солдат мало, припасов — тоже. Еще людей бы побольше…

— Людей пока не надо, — оборвал его я. — Надо построить телепорты на периферии, сюда все просто не влезут. Росс, организуешь нам поддержку? Вот чую я: завтра тут будет ад. Не в интересах Кайзера долго тянуть и ждать, пока мы укрепимся. Если они с Анубисом захватили НИИ, подавили тамошнего ИскИна, взяли контроль над киборгами… Все, армия у них есть. Несколько дней на то, чтобы научиться толком управлять киборгами, разбить на отряды, потренироваться, первые набеги устроить — и они готовы к атаке на нас. Технология телепортов у Короны есть, перебросить свое киборг-полчище сюда они смогут. Не прямо во двор, Хранитель отрубит такие сигналы, но в долину за скалой или к подножию горы, где наши карьеры. Атака может начаться уже этой ночью или завтра.

Росс покачал головой:

— Дождись Умника. Подумайте, что делать. А потом будем про завтрашнюю атаку решать.

Спустя десять минут прибыл Умник, точнее, его татуированный мачо-аватар. Проснувшийся Горыныч встретил его радостным возгласом:

— Кр-р-расавец! Покажи свои!

— Уймись, — Карло щелкнул его по клюву. — Извращенец.

— Сам дур-р-рак! — надулся попугай.

— Ни разу не был в этой локации, — Умник с интересом оглядывал Инженерную, где над приборами колдовали несколько юнитов-техников. — Любой кланлид свою почку продал бы, чтоб заполучить Технозамок.

Гость прошелся по кабинету, остановился напротив образцов юнитов, бегло осмотрел экзоскелеты.

— Росс сказал, что у тебя есть новости.

— Есть. Пройдем куда-нибудь, чтоб никто не сбивал с мысли.

— Я тут пока побуду, — сказал Карло.

Мы прошли в зал совещаний, сели, и я заговорил:

— Когда еще рыли бункер, главную базу «Гиаса», использовались четыре робота-бурильщика. Потом двоих продали, а пару перемонтировали под погрузчики. Особой надобности в них не было, стояли без дела. В нашем отделе разрабатывали ментальный интерфейс для машин… Ну, чтобы можно было управлять ими дистанционно: надеваешь контактный шлем, и робот становится как бы твоим аватаром. Тут и пригодились бурильщики: программу обкатывали на них. Эти роботы относительно автономны и не подчиняются Стратегу. Понимаешь? Они отзываются на определенный сигнал, который можно генерировать даже через Стратега, через его сеть. Стратег сигнал проигнорирует, как бессмысленный, а погрузчик начнет выполнять команду.

Глаза Умника вспыхнули, он преобразился, ожил. Вскочил со стула и принялся мерить шагами комнату. Воздев указательный палец, проговорил возбужденно:

— Интересная задачка, нетривиальная! Люблю такие! Значит, нужно соединить с этим роботом тебя. Причем не тебя-реального, а тебя-виртуала, твое сознание в виртмире вывести на реального робота. Так-так, дай подумать…

Я тоже задумался. Если Умник соединит меня с роботом, первым делом нужно спасти свое тело. В бункере может быть отключено электричество, надо будет запустить резервную систему. Тогда автоматически заработают вентиляция и система очистки. Потом спущусь в хранилище — огромный зал, в стенах которого тысячи вирт-капсул. Найти свое тело будет несложно: я примерно помню, какую ячейку занял. После того, как капсула откроется и тело отключится от Сети, меня втянет обратно в него. То есть сознание выйдет из робота, и я смогу перемещаться на своих двоих. Поднимусь в Центр Управления, включу компьютеры, войду во внутреннюю сеть и перепрограммирую Стратега. Попытаюсь отключить программу самоликвидации. Если не получится, просто открою выход на поверхность и выпущу рабов — если они еще живы.

И Таня. Сразу, как попаду в зал с капсулами, надо будет найти Таню.

Умник нарушил молчание:

— Ты ведь в игре, я буду работать в реале… То есть твое цифровое сознание мне нужно будет подключить к своей машине и через нее — к роботу. Я не смогу это сделать, если ты будешь бегать по локациям. Нужна четкая локализация.

— Коннект-шлем, — сказал я. — А ну идем, тебе будет интересно на это взглянуть.

Умник поднялся.

— Куда идем?

— В родильное отделение.

Юнитов изготавливали в отдельном помещении, стерильном, похожем на операционную. С середины потолка свисало огромное зеркало с лампочками, прямо под ним вокруг Синтезатора, похожего на 3D принтер и одновременно — на здоровенную стиральную машинку, суетились шесть человек в белом, с зеленоватыми больничными масками.

Синтезатор был герметичен сзади и с боков. Спереди огромный стальной люк, ниже — два выдвигающихся приемных ящика. Один — для кристаллов, второй — для металла. Вдоль стены стояли емкости, соединенные с ним шлангами, там хранился строительный материал, белок и микроэлементы. Между ящиками чернело отверстие, куда вставлялся информационный носитель с программой, разработанной в лаборатории. Железный мозг принтера считывал программу, брал материал в нужных количествах и синтезировал юнитов.