На путях преисподней - Энгус Уэллс

После ванны хотелось спать. Однако было необходимо восстановить силы не только отдыхом, и друзья согласились сесть за стол. Беседа за ужином не клеилась, и путешественники, едва утолив голод, отправились в постель.

Кедрину выделили спальню, которую он всегда занимал во время визитов в Высокую Крепость. Эта простая комната чем-то напоминала его покои в Твердыне Кейтина. Он поспешно растянулся на жестком тюфяке. Его последняя мысль была обращена к Уинетт. И он уснул, как обычно, сжимая в руке талисман. Слабый, едва осязаемый трепет камня успокаивал юношу: он знал, что Уинетт жива.

Сны были бессвязными и непонятными. Ему снилась Уинетт. Ее милое лицо улыбалось, и Кедрину привиделось, что она лежит рядом в постели. Потом он снова увидел, как Уинетт исчезает в пасти чудовища… и проснулся. Но лишь на миг: телесная усталость одолела душевное волнение, и крепкий сон тут же снова охватил молодого короля.

Когда он проснулся окончательно, на полу сиял яркий прямоугольник солнечного света. Кедрин выругался и вылез из постели. Судя по всему, уже давно рассвело. Несомненно, Рикол решил пожалеть его и не стал будить спозаранок, а усталость не позволила проснуться вовремя. Солнце поднялось над восточным краем речного каньона.

Кедрин подошел к умывальнику и щедро плеснул себе в лицо водой, потом оделся, опоясался мечом и помчался в трапезную. Он снова горел нетерпением.

При виде Кедрина Рикол и Тепшен прервали беседу.

— Я решил, что тебе стоит выспаться, — невозмутимо объяснил военачальник. — И Сестра Онья со мной согласна.

— Сестра Онья? — Кедрин потянулся за куском хлеба.

— Та, что осматривала вас вчера, — пояснил Рикол. — Она здесь вместо Уинетт. По ее словам, вы все на пределе.

Кедрин хотел было возразить, но Тепшен жестом остановил его.

— Она права, мы действительно переутомились. Для того, чтобы осуществить задуманное, нам потребуются свежие силы и свежие головы.

Как бы ни хотелось Кедрину немедленно отправиться в путь, он не мог не признать правоту кьо. Пробормотав извинение, он уселся за стол.

Тут в трапезной появился Браннок. Крепкий сон вернул ему прежний задор и хороший аппетит. Полукровка немедленно принялся за еду и посоветовал Кедрину последовать его примеру.

— Нам придется спешить что есть духу, — пробормотал он с набитым ртом. — Так что не скоро тебе доведется поесть горячего. Наслаждайся, пока можно!

Кедрин с воодушевлением кивнул, но ему по-прежнему кусок не лез в горло. Юношу снова охватила тревога за Уинетт. Он безразлично опустошил свою тарелку — просто ради того, чтобы подкрепить силы, — оттолкнул ее и стал дожидаться Браннока.

— Можно ехать? — спросил он, когда полукровка с довольным видом вздохнул и вытер губы.

— Конечно, — нимало не смущенный нетерпеливым вопросом, Браннок поднялся и поклонился хозяину: — Благодарю за гостеприимство, военачальник Рикол.

Комендант ответил осторожной улыбкой. Не так давно он призывал отправить Браннока на виселицу. С тех пор бывший разбойник проявил себя весьма достойно, и Рикол даже проникся к нему уважением, но все-таки в его присутствии чувствовал себя неловко.

— Твое посещение — честь для меня, — привычно пробормотал он и указал в сторону двери: — Кони уже ждут вас.

Сопровождаемые Риколом, Кедрин и его друзья прошли по извилистым переходам во двор конюшни. Там уже стояли оседланные лошади: три жеребца — два вороных и серый — и два вьючных мерина. Длинные ноги и широкая грудь жеребцов явно говорили о смешении тамурских и кешских кровей. Быстрые, выносливые и послушные, они легко выдерживали долгие переходы, сохраняя ровный быстрый шаг, а когда нужно, мчались как ветер. У меринов явно преобладала кровь крепких лошадок горного Тамура, а не стройных боевых скакунов Кеша. Браннок осмотрел лошадей с видом знатока, и на его смуглом лице отразилось нескрываемое восхищение.

— Это наши лучшие, — произнес Рикол. — А в тюках — провизия и корм для лошадей.

— Чудные лошадки, — подтвердил Браннок.

— Еще я даю вам луки и запас стрел, — Рикол указал на кожаные свертки, качающиеся у каждого седла. — А здесь — кирки и лопаты. Они пригодятся, когда вы будете раскапывать курган Друла.

— Благодарю тебя, — сказал Кедрин, пожимая ему руку. — Твоя щедрость делает нам честь.

Суровые глаза военачальника поглядели на молодого короля с печалью и нескрываемой гордостью.

— Я всего лишь исполнил свой долг, — проговорил он. — Уинетт была… она по-прежнему дорога мне. Я молю Госпожу хранить и направлять вас. И пусть Она поможет вам возвратиться вместе.

Кедрин кивнул и вскочил на ближайшего из вороных жеребцов. На другого сел Тепшен, а Браннок оседлал серого и привязал к луке своего седла повод вьючных меринов. Рикол бежал рядом всю дорогу до северных ворот крепости. Там их уже ждала госпожа Марга.

— Доброго пути и успехов вам, — твердо проговорила она, но Кедрин понял, что ее спокойствие скрывало тревогу. — И да благословит вас Госпожа.

— Пошлите весть в Андурел, — попросил он напоследок.

— Непременно, — пообещал Рикол. Он поднял руку в прощальном жесте, ворота распахнулись, и трое друзей отправились в путь.

— Мы вступаем во владения Ашара, — предупредил Браннок, когда копыта коней зацокали по камням Белтреванской дороги, и, сложив три пальца, привычно совершил знак-оберег.

— По велению Госпожи, — отозвался Кедрин, но голос его прозвучал мрачно.

— Никогда не участвовал в походе против богов, — признался полукровка.

Тепшен сдержанно улыбнулся и ничего не сказал.

* * *

Комната, куда Эйрик привел Уинетт, выглядела уютно. Ароматные свечи в канделябрах бросали блики на белые каменные стены. В центре накрытого к обеду стола, рядом с серебряными блюдами и парой изысканных кубков, красовался букет полевых цветов. Из двух окон открывался вид во двор — слава Госпоже, с перспективой не происходило ничего необычного. После несообразностей, на которые Уинетт насмотрелась за сегодняшний день, это успокаивало. Дальний угол за лужайками, где сгустились ночные тени, выглядел как-то странно — но скорее всего, ей просто показалось. Эйрик усадил гостью спиной к окну: по-видимому, он понимал, как тяготят ее картины, противоречащие здравому смыслу. Он дождался, пока она устроится поудобнее, потом сел напротив и наполнил ее кубок рубиновым вином.

— Надеюсь, тебе понравится, — произнес он с улыбкой, наливая вина себе.

Уинетт попробовала вино: оно действительно оказалось великолепным. Второй глоток сам проскочил в горло, словно в кубке была вода. Она все еще не могла отойти от того, что довелось увидеть в таинственном водоеме.

— Как такое возможно? — она задала этот вопрос самой себе. Эйрик улыбнулся и пожал плечами.

— Ты о водоеме? Не знаю… Здесь действуют другие законы.