Замок Оборотня - Елена Звездная

И этот монстр низко и глухо зарычал, дернулся, сбрасывая с себя воротничок от порванной рубахи, и… посмотрел на меня. И больше никаких оскаленных зубов, никакого рыка – волк просто смотрел своими сияющими янтарными глазами, и я увидела то, в чем никогда бы не заподозрила свой ночной кошмар, – я увидела горечь и грусть, а еще просьбу…

Где-то вдалеке громыхнул гром, опять бушевала гроза, за моей спиной, обдавая теплом, горел огонь в камине – передо мной стоял огромный волк и смотрел на меня жалобно. Столько всего было в этом зверином взгляде, что сердце защемило от боли… А он стоял и смотрел, прямо мне в глаза, и никакой опасности я от этого могучего зверя не ощущала.

А потом оборотень, осторожно ступая, подошел ко мне, обошел и носом подтолкнул к дивану. Осторожно, но настойчиво.

– Мне ходить больно, – почему-то сказала я зверю.

Тот наклонил голову, обнюхал мою повязку, лизнул шершавым языком ногу и снова подтолкнул. Пришлось пропрыгать на одной ноге к дивану. Тяжело опустившись, я посмотрела на волка. Тот подошел, лег на полу, а затем снова начал обнюхивать больную ногу. Не знаю, что он там унюхал, но в итоге взял и обхватил «гипс» зубами. Я замерла. Волк начал осторожно сжимать зубы.

Дернулась, за это получила лапу волка на колено, словно он пытался меня удержать. Так и застыла… «гипс» хрустнул под могучей челюстью… Зверь сначала убрал лапу, потом отпустил и мою ногу. Желтовато-каменная субстанция осыпалась изломанными глиняными кусочками, открывая посеревшую кожу. А потом волк вскинул голову, посмотрел мне в глаза и… положил свою лапу прямо на больную ногу, на самое чувствительное место. Я взвыла, лапа оказалась очень тяжелой, но затем…

Свет, желтовато-янтарный, тусклый, словно приглушенный, окутал мягким мерцанием лапу волка. Свет становился все ярче и ярче, а затем словно перетек на мою ногу, и боль начала уходить… Боль и онемение…

И когда зверь убрал лапу, я осторожно пошевелила пальчиками, стопой, затем так же осторожно встала – больше у меня не болело ничего!

Совсем!

С размаху опустившись обратно на диван, изумленно посмотрела на волка, а он… Зверь поднялся, сел передо мной и осторожно опустил голову мне на колени.

Мы долго так сидели – ничего не понимающая я и прикрывший глаза, грустно вдыхающий волк. Потом раздалось бурчание. Одно ухо зверя вскинулось, прислушиваясь… ну я и так знала, что это у меня в животе отсутствием еды возмущаются. Зверь это тоже понял. Поднялся, подтолкнул меня носом, требуя, чтобы я встала.

Встала, пошла за направившимся к столовой зверем. Чудовище приоткрыло дверь и посторонилось, галантно пропуская меня. А стоило подойти к столу, как мне отодвинули стул и придвинули, едва села.

– Ой, да ты джентльмен, – пробормотала несколько шокированная я.

Волк ткнулся в руку, сделал глубокий вдох и, отойдя, уселся на пол, наблюдая за каждым моим движением. Живот повторно напомнил, что с едой я сегодня имела мало общего, и, потянувшись к первому блюду, я сняла крышку – рис с запеченной рыбой.

Чувствуя себя несколько неловко, набрала в тарелку, оглянулась на волка. Тот продолжал сидеть и неотрывно смотрел на меня. И вот Сонхейду я бы не предложила, а волка почему-то спросила:

– Голоден?

Зверь ничего не сказал, но сглотнул заметно. Я посмотрела на стол, заставленный блюдами с едой, на зверя, который оказался настоящим джентльменом, в отличие от лорда, и решила:

– Сиди здесь, я сейчас.

Волк моего приказа не послушался, и пока я бегала за покрывалом, оставленным в гостиной, тенью следовал за мной, а едва я взяла тяжелый плед, подошел, отобрал и, дождавшись, пока я пойду вперед, пошел за мной.

В столовой отдал мне его безоговорочно и с интересом проследил за тем, как я расстилаю ткань на полу. И с еще большим интересом за тем, как я переношу блюда со стола на плед и ставлю для себя тарелку. Тарелку я поставила, потом посмотрела на волка, вспомнила о его манерах и принесла отдельную и для него. Зверь оценил, но на вилку посмотрел с сомнением. Я подумала, убрала приборы у себя, не стала ставить и ему.

– Ну, – устраиваясь на пледе, сказала, – что будешь?

Волк обошел место незапланированного пикника, сел напротив, рядом с приготовленной для него тарелкой, посмотрел на меня, затем, прикрыв глаза, потянул носом. Вдох, еще один, и зверь кивнул на массивное блюдо справа.

– Ваш заказ принят, – полушутливо отрапортовала я и, потянувшись, сняла крышку.

Слабо прожаренные стейки горкой возвышались на тарелке – да, волк точно знает, чего хочет.

– Вам один или два? – вежливо осведомилась я, перегнувшись через покрывало и беря его тарелку.

Волк пристально посмотрел на меня и кивнул раз, второй, третий и четвертый.

– Четыре стейка? – уточнила я.

Мне величественно кивнули. Я положила четыре стейка, мимоходом поразилась количеству мяса и осведомилась у зверя:

– Соус?

Отрицательно мотнули головой в ответ.

– Хлеб?

Реакция та же.

– Только мясо?

Зверь кивнул.

Снова потянувшись, расположила тарелку перед ним. Блюдо со стейками, а их там два осталось, закрыла и начала смотреть, что еще тут есть. Жареные ребрышки, зверь так внимательно посмотрел на них, что я положила ему пять штук, даже не спрашивая, лосось запеченный, на мой вопросительный взгляд волк поставил лапу на нос, так что сразу стало ясно – не хочет. Еще в меню присутствовали три салата, я себе каждого взяла по чуть-чуть, зверь от салатов отказался.

Ужинали в молчании. Волк сначала смотрел на меня, ожидая, пока начну есть, и к своей еде не притрагивался.

– Знаешь, если ты боишься меня смутить, это зря, – не выдержала я в итоге. – Мне как раз неловко от того, что ты ничего не ешь.

Зверь удивленно моргнул, потом наклонился к своей тарелке, начал есть. Причем достаточно аккуратно, я даже не ожидала. Так и ужинали, он почти постоянно смотрел на меня, я на него, но это не помешало мне наесться до отвала и вообще получить удовольствие от ужина. И когда я вернула тарелку на плед, зверь посмотрел на меня, на тарелку, поднялся и направился к столу. С нарастающим удивлением я проследила за тем, как, взяв стакан, причем очень осторожно, волк принес его мне и даже не обслюнявил. Затем с той же аккуратностью мне принесли кувшин с яблочным соком, и, так как стакан я продолжала держать, волк умудрился даже сока мне налить. Это так трогательно было.

– А тебе воды? – пригубив, спросила я.

Выразительный взгляд на стакан был молчаливым сообщением о невозможности пить для волка. Я подумала, посмотрела на стол, увидела одну из глубоких тарелок и решила, что выход есть.

Когда наливала из кувшина с водой в эту тарелку – волк лишь молча смотрел, но когда поставила блюдо перед ним, зверь потянулся, лизнул меня в щеку и только после этого принялся пить. Я едва сдержала порыв обнять зверя, зарыться пальцами в его густую шерсть, прижаться щекой к могучей шее, но… Это все-таки волк, а я зверей побаиваюсь. Вернулась на свое место и, взяв стакан с яблочным соком, начала медленно пить, задумчиво глядя в окно.