Маятник Судьбы - Денис Чекалов

Круглая линза объектива.

Серая мостовая, круглые булыжники почти идеальной формы. Такие бывают только в северных странах.

– Вот он идет.

Иоахим Владек пересекает улицу. У него бледное лицо, широко расправленные плечи подчеркивают худобу. Его внешность так подходит к старой пустой улочке городка, что кажется, еще мгновение, и он растворится в деревянных стенах домов.

Поэтому за ним лучше следить в подзорную трубу.

– Он ищет дом, – говорит Франсуаз, не отрывая глаз от окуляра.

– Триста лет прошло с тех пор, как Владек в последний раз был в Скаргионе.

Я не пользуюсь подзорной трубой, даже если это последняя модель, стоящая на вооружении у эльфийского спецназа. С плоской крыши портового здания, на которой мы находимся, Иоахим Владек похож на темного оловянного солдатика.

Только я еще никогда не видел, чтобы из олова делали игрушечных вампиров.

– Владек спрятал свои амулеты в одном из этих домов. – Марат Чис-Гирей перелистывает пожелтевшие страницы тетради. – Заначку на черный день. И он не двинется с места, пока ее не достанет. Он привык жить с комфортом, старый мерзавец.

Франсуаз поворачивает подзорную трубу, следя за шагающим по мостовой вампиром.

– С этой позиции я легко разнесла бы ему голову, – мечтательно произносит девушка. – Одной серебряной пули ему бы хватило.

– Тогда бы мы не узнали, что Владек собрался делать с кольцом Зари. – Я облокачиваюсь на перила крыши и смотрю вниз, где суетятся портовые рабочие.

– Как случилось, что Иоахим Владек узнал тайну колец Зари? – спрашивает Франсуаз.

– Действие этих колец многообразно, – отвечает Марат. – Они ощутили зло, которое таится во Владеке, и многократно усилили его.

– Теперь осталось узнать, как помешать его сородичам воспользоваться этими знаниями… Он входит в дом.

Вампир поднимается по каменным ступеням. Время и морской ветер успели сточить их больше, чем ноги шагавших по ним людей.

Франсуаз поворачивает прибор для наблюдения еще ровно на четверть градуса, и ее тонкие пальцы ложатся на ручку настройки.

Направленный усилитель звука.

– Хочешь послушать, как он будет ругаться, когда ударится головой о притолоку? – Я подхожу к девушке. – Главное, чтобы он поскорее забрал деньги и начал свои эксперименты. Когда мы поймем, что за силы он в состоянии разбудить, – он отправится обратно в преисподнюю.

Франсуаз поднимает глаза и поудобнее пристраивает на голове наушники.

– Кто это там? – резко спрашивает Владек.

Голос, хотя и приглушенный деревянными стенами, звучит так ясно, словно вампир не находится от нас на расстоянии доброй четверти мили.

Франсуаз с гордостью смотрит на прибор для наблюдения, будто все его способности – это ее личная заслуга.

– Неужели его деньги кто-то забрал? – обеспокоенно спрашивает Марат.

– За триста лет воришка мог бы успеть смотать удочки, – отвечаю я.

Франсуаз недовольно шикает на нас, призывая к молчанию.

– Узнаю старого вампира. – Существо отвечает Владеку на всеми забытом языке, даже я с трудом его понимаю – он успел здорово измениться за последние четверть тысячелетия. – Что привело тебя в мою скромную обитель?

– У нашего друга возникли проблемы, – констатирует Франсуаз.

Владек ругается, и не знаю – стоит ли его за это винить. С одной стороны, он позволил себе грубое выражение при даме, с другой – вампир не мог знать, что дама его подслушивает.

– Убирайся с моей дороги, старая тряпка, – приказывает вампир. – Не загораживай дорогу.

– Зря он стал ему грубить. – Я подтаскиваю раскладной табурет. – Теперь это надолго затянется.

В динамике слышно тихое шуршание, с которым движется живущее в доме существо.

– Это паутинник? – спрашивает Франсуаз.

– Конечно, паутинник, – отвечаю я, закладывая руки за голову. – Кто еще мог прожить в старом заброшенном доме двести пятьдесят лет. Чувствую, Иоахим вряд ли получит свои деньги.

– Я не хочу причинять тебе вреда, – внятно произносит вампир.

Обычно такой тон пугает людей, но сейчас перед Владеком не человек, а напугать тонкую, закутанную в паутину тварь нелегко.

– Он говорит так, будто может причинить ему вред, – замечаю я. – Ну, мальчики и девочки, наш вампир теперь надолго здесь застрял.

– А разве Владек не может убить паутинника? – спрашивает Марат.

– Мне всего лишь нужны мои деньги, – доносится из наушников голос Иоахима.

– Смотрите – он уже сбавил тон. – Это плохая примета…

– Что-то вроде черной кошки, которая переходит дорогу?

– Черная кошка означает, что может случиться что-то плохое. А если убьешь паутинника – считай, что это плохое с тобой уже произошло.

Серая тварь возится в дверном проеме, заменяя его новыми слоями паутины. Серая тень акварельными разводами изгибается на фоне неосвещенной комнаты.

– Я видел твое золото, старый вампир, – шелестит паутинник. – Только оно больше не твое.

Черная тень Владека ложится на рыхлое тело паутинника и проваливается сквозь него.

– Что тебе нужно? – глухо спрашивает вампир. Бесформенная тварь вновь шевелится, и два черных глаза открываются перед лицом Иоахима Владека.

– Ты все равно не сможешь принести мне этого, вампир. Так что забудь о своих деньгах.

– Владек же сам помогает ему взвинтить цену, – бормочу я. – Нет, сейчас я туда спущусь и вправлю ему мозги.

– Статуя, маленькая статуя нимфы, которая стоит в городском саду. Раньше она была перед моим домом. Мне она нравилась, старый вампир… Принеси ее, и я пропущу тебя к твоему золоту.