Атлантия - Элли Каунди

Дверь плавно открывается, и впервые в жизни я вижу небо и землю. Все окрашено в синие и серые, зеленые и коричневые цвета. И здесь настолько больше света, чем на глубине океана, что даже голова кружится.

Я – Наверху.

Мерцающий подвижный воздух опускается с неба, он отражается в воде и на металлическом мостике, который перекинут с транспорта на берег. Теплый воздух касается каждого дюйма моей кожи. Солнце – оранжевый круг – похоже на опускающуюся в океан раскаленную монету. Чтобы устоять на ногах, я хватаюсь за поручни, а потом чувствую, что меня вот-вот стошнит. Это так странно – стоять над водой и видеть поверхность океана, мне трудно определить свое положение в пространстве. Возможно, так же почувствовали бы себя люди из мира Наверху, если бы могли встать над небом.

Майра берет меня за руку и помогает пройти по мостику.

– Все в порядке, – говорит она.

Я делаю свой первый шаг на настоящую землю, на песок. Песок чудесный, он белый и коричневый, с вкраплениями травы и ракушками, он такой разный, намного разнообразнее, чем деревянные предметы в храме и вообще все, что я прежде видела.

Воздух теплый и насыщен кислородом. Я знаю, что воздух Наверху загрязнен, но все равно вдыхаю его полной грудью. После неудачной попытки сбежать через шлюзы руки у меня все еще соленые от морской воды. Неужели это было всего лишь несколько часов назад?

– Рио, – говорит Тру, – смотри, деревья.

И точно. Всего в нескольких футах перед нами из песка растут серебристо-серые деревья, а с их веток свисает пепельный мох. Надо же, цвета точно такие же, как у нас Внизу, но это совсем другие деревья – они живые, и, когда листья отрываются от веток, никто не заботится о том, чтобы приделать их обратно, потому что вырастут новые. Да никто и не смог бы этого сделать, даже если бы и захотел: ведь они такие тонкие и хрупкие, как бумага. Я подбираю несколько листьев и разминаю их в руках. Просто не могу удержаться.

А потом у меня в ушах звучит голос Майры. Она берет меня за руку и уводит прочь от опавших листьев. Я оборачиваюсь и не могу поверить своим глазам – транспорт уже исчез под водой.

Я даже не услышала, как он погружался.

Мы идем к низкой деревянной платформе, на которую уже поднялись остальные сирены. Похоже, платформа сделана из древесины тех самых деревьев, которые растут на этом острове.

– Я знаю, как вам с Тру можно сбежать, – торопливо говорит Майра.

Я вся обращаюсь в слух.

– За теми камнями, слева, – продолжает тетя, – есть узкий залив. Плывите вдоль его берега, пока не найдете пещеру. Спрячьтесь там и по возможности дождитесь темноты. А потом плывите на главный остров и идите в храм. Вы увидите его, как только подниметесь вон на тот холм. – Она указывает на берег главного острова.

– Откуда ты все это узнала? – спрашиваю я.

– Один из голосов рассказал мне, – с грустью отвечает Майра. – Рио, ты бы ни за что не выжила, если бы сбежала через шлюзы. У тебя бы легкие разорвались на подъеме. Я должна была любой ценой тебе помешать. Вот почему я рассказала Невио о том, что ты задумала. Мы успели как раз вовремя.

Так, значит, это тетушка меня заложила. Но как она узнала?

Мы подходим к платформе. Сирены выстроились в ряд, их голубые мантии раздувает ветер.

Недалеко от берега видны лодки, в них – люди, они явно ждут нас.

– Что это у них там? – спрашиваю я достаточно громко, чтобы услышали другие сирены. – Часом, не оружие?

– Даже если и так, это не важно, – говорит одна из сирен. Она произносит это так убежденно, что я почти ей верю.

Единственное оружие сирен – их голоса. А вдруг глупая затея Невио закончится смертью и голоса умолкнут навсегда? Зачем он это делает? Хочет стать последним сирениусом там, Внизу? Что-то я сомневаюсь, что этот тип вообще хочет спасти Атлантию.

Самого Невио нигде не видно. Сирены растерянно оглядываются по сторонам.

– Все в порядке, – говорит одна из них. – Верховный Жрец наверняка где-то рядом. И он же не обещал, что будет говорить вместе с нами.

Люди в лодках ждут. Лодки серые, как деревья.

Сирена с Нижнего рынка поднимает руки к небу. Остальные смотрят на нее. Они готовы.

– Что даровано нам, живущим Внизу? – спрашивает она.

Точно так же спрашивала мама в годовщину Великого Раздела; и Невио в тот день, когда ушла Бэй; а потом я слышала это еще раз на транспорте.

Ну и где, спрашивается, наш Верховный Жрец?

И зачем он устроил затопление Нижнего рынка? Чтобы сирены подумали, будто это провокация со стороны людей из мира Наверху, поднялись на поверхность и попытались спасти Атлантию? Интересно, он сказал жителям Атлантии, что сирены добровольно решили пожертвовать собой? Или представил все таким образом, будто бы Совет решил очистить город от нашего зловещего присутствия?

В любом случае он надеется, что мы все тут погибнем.

Неужели мы и впрямь погибнем?

– Береги свой голос, – шепчет мне Майра. – Но шевели губами, чтобы другие ничего не заметили. И не пытайся бежать, пока я не скажу, что пора.