Магнус Чейз и боги Асгарда. Молот Тора - Рик Риордан

Как же мне не хотелось, чтобы Хэрт оказался прав и мы оказались вынуждены отдать еще и кольцо. Было жаль расставаться с ним. Или, точнее, мне представлялось это неправильным. Я собирался его возвратить Андвари, чтобы на нас не распространилось проклятие. Впрочем, в башке у меня в тот момент как-то путалось, словно туда набилась грязь со дна озера.

– Ага! – вскричал торжествующе мистер Олдерман, указав пальцем на край шкуры в области шеи, где шерсть была самой густой и высокой.

Из-под настила сокровищ пробился, словно упрямый сорняк сквозь асфальт, один синий волос.

– Ой, да ладно, – не видел особой проблемы я. – Немного подправим золото, и порядок.

Я подвигал туда-сюда несколько золотых монет. Волос исчез, однако на другом месте немедленно возник новый. Вторая, и третья, и четвертая мои попытки закончились тем же. Синий упрямый волос, похоже, тупо меня преследовал, выбиваясь все в новых и новых местах.

– Вот дайте-ка только Джека сейчас разбужу, – все еще не сдавался я. – Или попросту принесите мне ножницы и…

– Долг не уплачен, – суровым голосом перебил меня мистер Олдерман. – Или сейчас же закройте торчащий волос, или я буду вынужден назначить вам штраф за разочарование и напрасную трату моего драгоценного времени. Сумма равняется половине добытого вами сокровища.

Хэрт с мрачной покорностью поглядел на меня. Ни удивления, ни досады. Словно ему было известно заранее, что все обернется именно так.

– Кольцо, – показал он мне.

Кольцо мне нашептывало, что мне не следует с ним расставаться, оно мое, должно принадлежать только мне и принесет мне сказочное богатство. Меня захлестнула волна убийственной ненависти к каждому, кто попытается на него посягнуть, но тут взгляд мой скользнул по стенам с правилами и расценками на белых досках и на все остальное, что будет и дальше преследовать Хэрта, если отец не признает сегодня его вергельд. И шепот кольца вдруг смолк. Да, мне по-прежнему не хотелось с ним расставаться, однако желание, чтобы Хэртстоун освободился от тирании отца, покинул этот токсичный дом и воссоединился с Блитценом, пересилило все остальные чувства.

Я вытащил из кармана самую главную и последнюю часть сокровища.

В инопланетных глазах мистера Олдермана затлел голодный огонь.

– Прекрасно. Клади кольцо в кучу, – потребовал он.

– Отец, – прожестикулировал Хэрт. – Предупреждаю: кольцо проклято.

– Не собираюсь слушать твои дурацкие жесты, – отмахнулся с презрением старый эльф.

Я поднял вверх руку, в которой держал кольцо.

– Вы ведь прекрасно поняли, что он вам сказал. Проклятие этой вещи распространяется на каждого, кто ей владеет. Кольцо вас погубит. Я вот всего несколько минут держу его, а оно уже мне мозги затуманило. Примите золото, которое уже лежит на шкуре, и согласитесь, что его достаточно для уплаты долга. Проявите хоть чуточку милосердия, и мы вернем кольцо предыдущему владельцу.

– Милосердия? – горестно рассмеялся Олдерман. – Можно подумать, я смогу что-то приобрести на него или вернуть Андирона.

Будь моя воля, я просто бы с удовольствием врезал в ответ этому старому чуваку по физиономии, однако Хэртстоуна его поведение не на шутку встревожило.

– Проклятие Фафнира, – шагнув поближе к отцу, принялся жестикулировать он. – Не бери.

Фафнира… Андвари ведь тоже упоминал это имя, и мне самому оно казалось смутно знакомым. Вот только не знаю откуда. Может, так звали какого-нибудь победителя лотереи Пауэрбол?

Хэртстоун с умоляющим видом описал распластанной ладонью круг по груди. Слово «пожалуйста», которое в данном случае скорей походило на более мягкую версию «извини».

Два эльфа, стоя у кучи золота, не сводили друг с друга пронзительных взглядов, и я вдруг почти физически ощутил, как Альфхейм качается на ветке Мирового Дерева. Хэрт, несмотря на все, что творил с ним отец, пытался помочь ему, в последнем усилии удерживал его от падения в бездну, которая была гораздо темнее и глубже той, где прятался гном Андвари.

– Нет, – наконец произнес мистер Олдерман. – Либо платите вергельд целиком, либо оба останетесь у меня в долгу.

Хэртстоун обреченно опустил голову.

– Отдай, – показал он мне жестом, признав поражение.

– Только сперва камень Скофнунг, – крепко сжал я кольцо в кулаке. – Хочу убедиться, что вы выполняете свою часть договора.

– Инге, неси сюда из витрины камень, – бросил ей старый эльф. – Код безопасности – «Грета».

По тому, как болезненно дернулся Хэрт, я понял, что это имя его покойной матери.

Хульдра умчалась.

Мы в полном молчании замерли по разным краям синей шкуры, таращась друг на друга напряженными взглядами. Ни единого возгласа гип-гип-ура. Ни намека на предложение поиграть в «Монополию». И никто даже не попытался попрыгать по этой куче золота (хотя, если честно, меня подмывало).

Наконец в комнате вновь появилась Инге. Сделав книксен, она протянула мистеру Олдерману серо-голубой точильный камень. Тот, взяв его, протянул сыну.

– Отдаю тебе это, Хэртстоун, добровольно. Отныне ты волен с ним делать все, что захочешь. И пусть его сила станет твоей. А теперь кольцо, – уставился он на меня алчно-злобным взглядом.

Собственно, именно так я теперь и должен был поступить, однако расстаться с кольцом по-прежнему было трудно. Мне потребовалось напрячь всю волю. Втянув полной грудью воздух, как перед прыжком в воду, я встал на колени и положил кольцо на последний клочок синей шерсти.

– Договор выполнен, – оставалось лишь объявить мне.

– Да, – не отрывая глаз от сокровищ, подтвердил старый эльф. – Но только за исключением одного момента. Ты, Магнус Чейз, обещал мне публичный выход, и я прямо сегодня устраиваю небольшую вечеринку. Инге!

Хульдра подпрыгнула.

– Подготовка идет полным ходом, сэр. Все четыреста гостей подтвердили, что прибудут, – отрапортовала она.

– Четыреста? – переспросил я. – Но как вы успеете все устроить? И откуда могли знать заранее, что у нас все получится?

– Ха! – резко выдохнул мистер Олдерман, и безумное пламя, плясавшее у него в глазах, побудило меня не на шутку забеспокоиться. – Естественно, я не знал, что у вас получится. Да мне было и наплевать. А вечеринки я собирался устраивать каждый день, пока ты живешь у меня, Магнус Чейз. Вообще-то мне бы хотелось, чтобы это продлилось вечно. Но так как вы заплатили вергельд, я вынужден ограничиться лишь сегодняшним вечером. А на вопрос твой, как я успею устроить, отвечу: я Олдерман из славного рода Олдерманов, и никто не посмеет отказаться от моего приглашения.

Инге у него за спиной, панически округлив глаза, провела ребром ладони по горлу.

– Ну, а теперь… – И мистер Олдерман, выхватив из кучи богатств проклятое кольцо, нацепил его на безымянный палец правой руки. – О да! – Тут же он принялся с видом счастливого новобрачного любоваться им. – Оно замечательно будет выглядеть с моими парадными костюмами. Хэртстоун, я полагаю, что ты и твой гость… Эй, а куда это ты, интересно, направился?