Путь за грань - Юлия Новикова

Вампирша смотрела на меня настороженно, словно на обезьяну с гранатой. Да, я могу и покусать, если выведет из себя.

– Собирайся, ведьма, – бросила она мне, – за твоей головой пришли. Если хочешь жить, иди за мной и не издавай ни звука.

Хотела я ей сказать пару ласковых, но смолчала. Не до того было. Жить мне очень хотелось, а потому я живенько вскочила с постели и натянула на себя джинсы. Вампирша тем временем прошла в гардеробную и нажала на что-то, скрытое от глаз металлической пластиной. Раздался щелчок, и деревянная панель, расположенная прямо за вешалками, отъехала в сторону. Ловко отодвинув одежду, Инга ступила в образовавшийся ход. Я колебалась всего секунду.

Шагнув за Ингой, я оказалась на небольшой площадке перед винтовой лестницей, уходящей вниз на неопределенную глубину. Вампирша уже начала спуск. Остановилась она, лишь увидев, что я замялась.

– Поживее, корова, – недовольно проворчала она. – Или ты предпочитаешь достаться тем головорезам, что покромсали людей Аскольда?

Нет, конечно. Я этого не хотела, но и оставаться с кланом Вентру особого желания не было.

«Не глупи, Лиза. Тебе одной отсюда не выбраться. Добраться до упомянутого Лео озера, а там жизнь покажет…» – уговаривала я себя.

Я решилась. Уже через несколько минут мои ноги стояли на ровной поверхности. Мы оказались в узком тоннеле. Если бы не четкая уверенность, что мы находимся на территории Крансвеля, я подумала бы, что оказалась в подземных коммуникациях большого города. По крайней мере, стены были из бетона и воздух оказался очень спертым.

Инга толкнула меня, и я вынуждена была пойти вперед. Стоило ли говорить, что у нас был лишь маленький фонарик, который предусмотрительно захватила с собой вампирша?

«Как чувствовала, что пригодится», – отметила я про себя.

Тоннель шел под наклоном вниз, поэтому создавалось впечатление, что мы углубляемся, а не поднимаемся к поверхности. Никаких ответвлений или второстепенных ходов не было – заблудиться точно не получится. Наконец когда дышать стало совсем трудно, я почувствовала, как легкие наполняются кислородом. Да, мне даже показалось, что внутри тоннеля гуляет ветер. И на самом деле спустя мгновение мы подошли к выходу, закрытому массивной решеткой. Я присвистнула от удивления, так как прутья были толщиной с четыре моих пальца.

– Ну и дверца! – вырвалось у меня.

– Да, – довольно произнесла молчавшая до этого Инга. – Открывается только изнутри, и никакому вампиру не под силу ее сломать.

– А что, были прецеденты? – поинтересовалась я.

Вампирша сверкнула глазами и ничего не ответила. Повозившись с каким-то механизмом, она открыла решетку, и я наконец вдохнула полной грудью свежий запах леса и озера. Оно, кстати, оказалось совсем рядом. Кроме нас, здесь больше никого не было. И только тут я заметила, как хищно на меня смотрит Инга. Я сделала шаг назад.

– Мое время пришло, – злорадно улыбнулась она, демонстрируя мне ряд белоснежных зубов и длинные клыки, портившие ее очаровательный облик. – Добро пожаловать в ад, – выплюнула вампирша мне в лицо.

Прежде чем я успела среагировать и метнуть в нее огненную сферу, что-то тяжелое опустилось мне на голову. Я почувствовала резкую боль, а дальше мое тело, очевидно, просто обмякло, и я потеряла сознание. Очнувшись, я поняла, что нахожусь в автомобиле, который куда-то мчится. Голова раскалывалась, и я попыталась сообразить, что произошло. Кажется, мы вышли из длинного тоннеля, а потом Инга превратилась в клыкастое чудовище. Больше ничего не помнила.

Я пошевелила ногой, проверяя целостность некоторых костей, но это привлекло ко мне внимание. Кто-то перегнулся через сиденье, и к моему носу тут же была прижата какая-то вонючая тряпка. Голова закружилась, и я снова провалилась в черноту.

Следующее мое пробуждение было еще менее удачным. Я ощутила под собой холодную твердую поверхность. В голове разместился целый оркестр, и сейчас он на все лады барабанил что-то чудовищное, причиняющее мне массу неприятных ощущений. Как оказалось, это был вовсе не оркестр. И вовсе не у меня в голове. Просто рядом со мной на холодном полу лежало переговорное устройство. Такие еще в кино показывают, где преступники обязательно переговариваются между собой. Оно жутко трещало, привлекая к себе мое внимание.

«Какой черт издевается надо мной? Узнаю, ноги переломаю», – подумала я, беря в руки аппарат.

Нажав на кнопку вверху, я наконец устранила треск, и в моей тюрьме воцарилась тишина. Помня, что во всех фильмах после этого нужно что-то сказать, я не заставила себя долго ждать.

– Эй, вы, там! Меня кто-нибудь слышит? Уроды, клыкозавры!

Ответом мне была тишина, и я решила осмотреться. К слову, моя тюрьма выглядела вполне сносно. Я оказалась заперта (очевидно, что заперта) в маленькой, абсолютно пустой комнатке, пол и стены которой были обшиты серебристым металлом.

«Еще бы мягкие стены – и вот вам готовая психушка».

– Приветствую вас, Елизавета, – неожиданно для меня из переговорного устройства раздался хриплый мужской голос.

Можно было подумать, что некто очень вежливо затеял со мной светскую беседу. И все бы ничего, но я слышала сочащееся зло в его интонации и, собственно, в словах приветствия. Мне бы испугаться, насторожиться, но вместо этого я разозлилась еще больше.

– Какого черта происходит? – рявкнула я. – Ты-непонятно-что, тащи свой зад сюда, и я с удовольствием тебе его надеру.

Я понимала, что способна на это. Во мне бурлили те самые силы, которые посещали меня уже не раз. Я научилась чувствовать их. И, кажется, поняла, как ими управлять. Осталось только проверить на практике. Чего, собственно, я и желала в эту минуту.

– А Инга была права, – услышала я все тот же голос.

Он начал меня раздражать. И упоминание об этой предательнице завело меня настолько, что я готова была выцарапать ей глаза, появись она тут.

– А эта крыса помойная пускай только попадется мне под руку, я ей ее белокурую башку оторву.

Ругательства сыпались из меня как из рога изобилия. И не удивительно. Меня вначале огрели чем-то по голове. Потом заставили надышаться какой-то дрянью, а теперь заперли, как лабораторную мышь, в обитой свинцом комнате. Да я готова была их всех покромсать на кусочки и скормить бешеным собакам.

– Я обязательно ей передам, – с иронией в голосе ответил мне таинственный незнакомец.