Ледяная кровь - Элли Блейк

Клэй замахнулся на тигра, ударив его цепью. Когда я подбежала к нему, насмешки и ругательства слились в непрекращающийся гул. Выхватив меч из ножен, я резанула тигра по плечу, когда он снова кинулся на нас. Зарычав, он отошел прочь, обнажая длинные, острые зубы. Я стояла спиной к Клэю, выставив вперед меч.

– Что ты делаешь? – прошипел он за моей спиной.

– Мы из одной деревни, – ответила я, пока тигр ходил взад-вперед, яростно сверкая голубыми глазами. – А это значит, что я сражаюсь с тобой.

Ответить он не успел – ведущий заговорил с балкона слева от меня.

– Похоже, Огнекровная не может дождаться своей очереди. Что скажете, если и мы выпустим ещё соперников? Вот это будет зрелище!

Толпа одобрительно взревела, и из ниши выбежал человек в шлеме, закрывающем лицо Одновременно выпустили белого быка, ярмо свалилось на землю. Его изогнутая спина поднялась в воздух, а затем, ударив копытами, он бросился к заключенному, который пытался забраться наверх по отвесной ледяной стене на краю ринга. Люди на трибунах смеялись и бросали камни. Часть камней попала в быка, еще больше разъярив его. Острые рога животного вонзились в спину несчастного. Он упал и остался неподвижно лежать на земле.

Затем бык развернулся к человеку в шлеме. Тот стоял с мечом наготове, но в последний момент бросился в сторону и, направив меч вверх и направо, нанес точный удар в бок быку. Бык взревел от боли и ярости и повернулся к бойцу. Мышцы его напряглись, приготовившись к броску.

Тигр же рыскал возле нас. Каждые несколько секунд он двигался немного вперед и тут же отступал, ускоряя темп. Мне приходилось все время вертеться, бросаясь на него с мечом и защищая Клэя. Животное было так близко, что я могла сосчитать его ребра. Мне было жаль несчастного голодного зверя, такую же игрушку в руках короля.

Я повернулась и увидела, что бык уже повержен, и меч поднят над его головой. Я отвернулась, когда воин нанес смертельный удар. Толпа аплодировала.

– Ты не сможешь спасти меня, – сказал Клэй. – Только один человек покинет арену живым.

Я покачала головой, мысленно отвергая его слова.

Воин вытер свой окровавленный меч о белый мех быка и направился ко мне. Я изменила позицию, оттолкнув Клэя за свою спину, стараясь не выпустить из вида ни тигра, ни воина. Когда я направила меч на воина, тигр воспользовался преимуществом и бросился вперед. Левой рукой я швырнула в животное огнем. Он отступил, и я создала линию огня между нами.

– Оставь и мне немного, – сказал мой противник.

Я узнала голос еще до того, как он снял свой шлем. Когда он показал свое лицо, толпа разразилась восторженными криками.

Капитан Дрейк.

Я подняла меч, а он спрятал свой в ножны и показал ладони. Я подождала, пока он вышел вперед и остановился в нескольких метрах от меня.

– Ты сожгла моих солдат, а затем заставила меня гоняться за тобой по всему королевству, – сказал он. – Некоторые из тех, кого ты украсила шрамами, сегодня здесь, на трибунах. Они будут счастливы, когда я отомщу за их боль.

– Ты убил мою мать, – сказала я, жар уже рвался наружу сквозь пальцы. – Сегодня ты заплатишь за это своей жизнью.

– Давай, попробуй, – сказал он, возвышая голос над гулом толпы.

Он сделал несколько плавных движений мечом, демонстрируя свою ловкость. Затем повернулся и низко поклонился женщине, стоявшей на трибуне за его спиной, и девочке, у которой были глаза капитана и волосы такого же песочного цвета. Его жена и дочь, подумала я. Девочка, которой он хвастался за ужином у короля.

Тебе когда-нибудь приходилось сражаться с людьми, которые вообще ни в чем не виноваты? Об этом я спросила Браку. Но капитан был виновен. На его руках кровь бесчисленного множества людей. И все же… убить его на глазах жены и дочери. Этого мне не хотелось. Меня воспитывали так, чтобы я ценила жизнь и помогала сохранять ее. Я не хотела, чтобы дочь капитана страдала, наблюдая за смертью отца.

Мой отчаянный взгляд нашел короля на балконе, его украшенная золотом одежда и волосы сияли, как у божества. Поза была расслабленной, но взгляд темных глаз был тверд и непоколебим.

– Я не хочу этого, – четко произнесла я, и слова эхом прокатились по арене, заполненной затихающим гомоном замершей в предвкушении толпы.