Пепел Атлантиды - Шеннон Мессенджер

– Не повезло ему. Хотя ты подняла мне настроение.

– Все будет хорошо, – отмахнулся Киф. – Я практически непобедим, когда надо сбить кого-нибудь с ног в брамбле.

– Это не игра, Киф, и жульничать нельзя.

– Я никогда не жульничаю. – То, как он подмигнул, говорило о многом.

– Не поможет, – предупредил Димитар. – Как только мы выйдем на арену, мы не уйдем без победителя. Один шаг за границу – и я получаю право на свободный удар. Победит тот, кто первый трижды прольет чужую кровь. И я не настолько жесток, – добавил он, обращаясь к леди Каденс. – Обычно мы сражаемся на мечах, но я сомневаюсь, что его тощие ручки выдержат…

– У меня не тощие руки, – возразил Киф, закатывая рукав и напрягая вполне крепкий бицепс – вот только король Димитар последовал его примеру, демонстрируя мускулы размером с арбуз.

– А еще я не стану использовать грусом-дадж, – пообещал Димитар, напомнив про огрскую атаку, которая вызывала такую же боль, как насылали инфликторы. – И позволю не снимать штаны.

– Э… чего-чего? – переспросил Киф.

– Обычно противники обнажают одинаковые части тела, чтобы цель была открыта клинку, – объяснила леди Каденс. – Поэтому, по идее, ты должен быть одет так же, как он.

– Будет достаточно, если разденешься до пояса, – добавил Димитар.

– Фух, – выдохнул Киф, расстегивая плащ. – А то в подгузнике я бы себе все натер.

– Хватит делать вид, будто это шутка, – сорвалась Софи, хватая его за руки. – Ты же понимаешь, что в лучшем случае заработаешь себе серьезные увечья, да?

– Ты так очаровательно волнуешься. Но зря. Я бы не согласился, если бы не знал, что справлюсь. Видишь?

Киф высвободил руки – они не дрожали.

А затем он отдал ей свой плащ и принялся расстегивать жилет.

– Можно придумать что-то еще, – начала было Софи, оборачиваясь к королю. – Сыграем в загадки? Или…

– Я сделал свой выбор, – прервал ее Димитар, выхватывая серебряный кинжал с длинной стойки, полной ножей. Его клинок был минимум сантиметров тридцать, а из рукояти торчали загнутые шипы, как будто кинжал был создан для того, чтобы рвать плоть.

– Пожалуйста, не надо, – взмолилась Софи, когда Киф начал расстегивать рубашку, а затем накинул ее на остальные вещи в руках Софи.

В любой другой раз она бы заметила, что для своего худого телосложения Киф был впечатляюще мускулистым. Но когда он подошел к огромному королю, в голове билась только одна мысль: «БЕГИ!»

– Посмотрим, что тут есть, – Киф выхватил широкий черный клинок и пару раз взмахнул им. Его движения были одновременно медленными и беспорядочными, а когда он попробовал повернуться, кинжал выскользнул из его пальцев.

– Рукоять у него так себе, – пробормотал Киф, отпихивая клинок и выбирая кинжал с лезвием длиной с ладонь. – Прекрасно подойдет для скрытного нападения.

– Ты не сможешь подкрасться к нему на открытой арене, – возразила Софи.

– Это ты так думаешь, – он ухмыльнулся, но Софи не купилась.

Король Димитар вновь оглядел его, отмечая, как Киф демонстрирует хват на своем маленьком кинжальчике.

– Для эльфа ты проявляешь невиданную храбрость. Приятно видеть, что за помпезностью и напыщенностью вашего народа скрывается хоть капля умения бороться.

– То что мы не сражаемся клинками, не значит, что мы боимся битвы, – сказал ему Блик.

Димитар указал кинжалом на арену и глянул на Кифа.

– Возможно. Но клинок – мерило всего, что имеет значение.

– Правда? – спросила Софи, силой разума поднимая мечи и направляя их в грудь Димитара.

– Не. Смей. Угрожать. Королю! – выкрикнула леди Каденс.

– Я не угрожаю, – возразила Софи, направляя на него еще один меч. – Просто показываю, что в поединке нет смысла.

– Думаешь, раз ты можешь поднять меч, то ты им владеешь? – спросил Димитар, изучая свой кинжал.

В одно мгновение его взгляд был на клинке – а в следующее он провернулся вокруг своей оси, взмахивая рукой, и все мечи с грохотом рухнули на пол.

– Все просто, – произнес он, подходя так близко, что Софи пришлось отступить. – Я выбрал испытание. Мальчишка его принял. Теперь он должен либо сражаться, либо сдаться.

– Сдаваться нельзя, – предостерегла леди Каденс. – Боль, которую Киф испытает на арене, не сравнится с наказанием за подобную трусость.

– Она права, – бросил Димитар, заходя в соляной круг и вытягивая клинок в сторону Кифа. – Приступим?

Софи схватила Кифа за руку.

– У меня очень плохое предчувствие.

Он накрыл ее ладонь своей.

– Понимаю. Но я не проиграю. А когда выиграю, – добавил он, оборачиваясь к Димитару, – вы отдадите нам камень?

– Ты не выиграешь, – усмехнулся Димитар. – Но, если ты сможешь продержаться без соплей и нытья, я позволю забрать безделушку и уйти – после того, как пролью кровь твоих спутников. Считайте это ценой за путешествие с мальчишкой, решившим, что заслуживает быть меркадиром.

– Я же говорил, не надо впутывать Софи, – возразил Киф.

– А я не соглашался. – Димитар топнул ногой, и в земле открылись прорехи, из которых выбрались четыре огромных огра в броне, перекрывшие единственный выход.

– Как я и говорила, – пробормотала леди Каденс. – Под нами целый батальон.

– Если думаете, что можно сбежать, – неторопливо произнес Димитар, – то нет. Вы увидите нашу схватку. И расплатитесь за проигрыш.

– Но проиграете тут только вы! – Киф обошел Софи и кинулся на арену, вскинув кинжал, с диким взглядом бросаясь на короля огров.

Димитар схватил его за плечи и повалил на землю, наступая огромной ногой Кифу на шею и перекрывая дыхательные пути.

– Разъясню еще кое-что, – сказал он синеющему Кифу. – Во-первых, я не стану наносить серьезные раны, если ты окажешь ту же любезность. Попытаешься убить – даже паршивой атакой – и вы все умрете до того, как ты взмахнешь клинком. И во‐вторых: друзья не должны помогать.

– Раз мы пострадаем из-за его проигрыша, то у нас должно быть право помочь победить, – возразила Софи.

– Да, это было бы честно. Но честность – это не про меня, – Димитар убрал ногу с горла Кифа. – Именно поэтому поединок начинается прямо сейчас.