Воительница Лихоземья - Триша Левенселлер

Мы отрываемся друг от друга, лишь когда в легких заканчивается воздух.

– Пламя слишком сильно разгорелось.

Я несколько секунд расцениваю слова Сорена как метафору, и только потом понимаю, что он говорил буквально. Про костер позади.

Каким образом я оказалась у воина на коленях? И когда успела наступить ночь?

– Потуши огонь и возвращайся ко мне, – с трудом выдавливаю я.

Он ухмыляется, и мое сердце замирает от его улыбки.

Пока он тушит пламя, я раскладываю одеяла в шалаше и убираю мешки в изголовье.

Сердце стучит как сумасшедшее, когда Сорен входит. Я отчаянно жажду, чтобы он меня снова поцеловал. Так он и поступает: один долгий поцелуй, и парень устраивается позади меня, прижимая к себе.

– Я рад, что ты разрешила мне спать рядом. Не уверен, что смог бы заснуть без твоего дыхания поблизости.

– Не привык спать в одиночестве?

– Да я целый год спал один!

– Значит, в Рестине у тебя все же была девушка?

– Таких, как ты, – никогда.

* * *

Стоит мне проснуться на следующее утро, как я ощущаю странный запах и морщу нос. Затем понимаю, что именно мы с Сореном – источник далеко не райского благоухания. Мы целый день карабкались по горам, да и кровь оттерикса на одежде делу явно не помогла.

– Нужно срочно отыскать ручей, иначе в следующий раз будешь ночевать снаружи.

– Да ты и сама источаешь совсем не цветочные ароматы.

Я шутливо толкаю напарника в плечо.

– Ты не должен говорить такие вещи девушкам.

– Я никогда тебя не обманывал, – парирует Сорен, – и не собираюсь начинать. Даже если придется озвучивать не слишком приятную истину, – он подкрадывается со спины и целует меня в затылок.

Как ни странно, но эти слова мне кажутся ужасно романтичными.

* * *

Спускаться вниз гораздо легче. К сожалению, налетать на преграду тоже становится гораздо болезненнее. Так мы все будем с ног до головы в синяках, когда доберемся до подножия!

Перо оттерикса такое длинное, что не умещается в заплечном мешке Сорена и выглядывает наружу. Его спасение.

Камни так и норовят вывернуться из-под ног, и все мое внимание сосредоточено лишь на том, чтобы не упасть. Почти сразу после преодоления очередного невидимого барьера мы натыкаемся на ручей и идем вниз по течению в поисках более удобного места для купания.

– Вчера, – замечаю я, – ты даже не попытался убить оттерикса. Лишь ранил его, чтобы отпугнуть.

– Все верно.

– Я рада, что ты так поступил, даже при том, что бестолковая птица меня клюнула, – я бессознательно прикоснулась к перевязанной ране.

– Мой маттугр заключался в том, чтобы украсть перо, а не убить чудовище. Оттерикс не напал бы на нас, если бы мы не вторглись на его территорию. Он совсем не такой злобный, как хайгозух, и нападает только при необходимости.

При упоминании озерного монстра я содрогаюсь.

– Да уж, та тварь сожрала бы любого, вне зависимости, была бы она голодна или нет. Да из-за хайгозуха даже я теперь боюсь заходить глубоко в воду.

– А Пераксоло так и вообще воплощение зла, – комментирует Сорен. – И заслуживает смерти за свои зверские выходки. Когда до этого дойдет, тебе не следует колебаться.

– Возможно, у него и человеческое лицо, но душа демона, – отвечаю я. – Я без колебаний его убью и сделаю одолжение людям всех окрестных деревень.

– Отличный настрой, – говорит Сорен, и тут его взгляд падает на что-то у меня за спиной. – Нам повезло: впереди ручей разливается.

И действительно, ниже по течению тонкие струйки образуют запруду. Вода чистая, и я без труда могу разглядеть на дне блестящие в солнечных лучах камни. Должно быть, в них содержатся вкрапления металла. На горе явно никто никогда не пытался добыть полезные вещества. Уверена, здесь полно руды и других ископаемых.

– Дамы вперед, – галантно предлагает Сорен. – Заодно скажешь, холодная ли вода.

– Ручей берет начало в горах. Думаю, вода просто ледяная.

– Что тебе больше хочется: отмыться или остаться в тепле?

Я еще раз задумчиво принюхиваюсь к своей одежде и решаю:

– Отмыться!

– Я покараулю. Обещаю не подглядывать.

– Как благородно!

Сорен коварно ухмыляется, а затем растворяется в лесу. Я снимаю пластины брони и оставляю их под деревом. Потом избавляюсь от обуви. Топор прислоняю к стволу последним. Нахожу в мешке мыло и сменную одежду и подхожу к краю заводи. Раздеваюсь и складываю вещи на берегу. Трогаю воду ногой. Ледяная еще мягко сказано! Как только поверхность не замерзла? Я понимаю, что промедление только ухудшит ситуацию, поэтому набираю воздух в легкие и с разбегу ныряю.

Холод, будто иглы, впивается в кожу. Я застываю на несколько секунд, пытаясь привыкнуть к температуре.

– Ты как? – кричит Сорен, не оборачиваясь.

– В-водичка – прелесть! Пог-годи, сам окунешься и уз-знаешь!

Напарник издает тихий смешок. Я делаю вид, будто не расслышала.

Я дважды намыливаю каждый миллиметр тела, затем волосы и погружаюсь в воду с головой. От холода все сводит.

Смыв грязь, я поспешно выбираюсь из ручья и поспешно натягиваю чистую одежду. Мокрые волосы зачесываю назад и собираю в косу. Все это время Сорен продолжает меня охранять.

Я хватаю груду грязных вещей и бросаю в воду. У меня всего одна смена одежды, поэтому со стиркой лучше не затягивать.

Стараясь оттереть мылом грязь, я понимаю, что с особенно въедливым пятном от пореза на руке так просто управиться не выйдет. Оглядываюсь в поисках подходящего инструмента и вижу неподалеку отличный шероховатый камень. Вкрапления металла в нем так и сверкают на солнце. Я хватаю булыжник и начинаю яростно оттирать пятно. В этот раз мне удается вывести засохшую кровь.

Я выбираюсь из ручья, отжимаю выстиранные вещи и развешиваю их сушиться на ветках деревьев. Затем я делаю шаг в сторону доспехов, по-прежнему сжимая найденный булыжник в руке – уверена, Сорену он тоже пригодится. Однако внезапно что-то выхватывает камень из моей ладони. Я поднимаю взгляд от земли, но до напарника остается еще несколько метров. Я тщетно оглядываюсь в поисках захватчика.

– Ты что-нибудь видел? – кричу я воину.

– Расмира, клянусь, я не подглядывал. Пока ты купалась, я смотрел в другую сторону.

При этих словах я слегка краснею.

– Да нет! Я имею в виду, ты не замечал кого-то или чего-то постороннего?

– Нет, а в чем дело? – парень оборачивается ко мне.

Я перевожу взгляд на землю, высматривая возможные инструменты для нападения.