Мой любимый зверь! - Ольга Гусейнова

— Хая, на лайнере мы встретили двух прекрасных, но разных девушек. Как вы сами сказали, инь и янь. Эрика — робкий чистый ручеек, который только набирает силу и ищет свою дорогу. Ее сразу выбрал шир Алесио. Вы же, Ровена, были, словно огонь: яркая, сильная женщина, знающая себе цену, абсолютно уверенная в своих чарах. Там вы играли на грани приличий, щекотали нам нервы, но от того игра была только азартнее и слаще. Мы знали, никто из нас не получит главный приз, потому что огонь приручить нельзя. Нам было занятно, приятно любоваться вами, разделять игру и остроту ощущений, что вы дарили. Сейчас дело не в том, что вы нас обманули, провели как юнцов, сдали начальству. В конце концов, мы взрослые мужчины и признаем за собой вину. Вы не заставляли, не опаивали, всего лишь поманили своим огнем и чистотой Эрики. И даже потом, на Фортане, вы вызвали ярость и желание отомстить как достойный противник…

— Что вы хотите этим сказать? — Ровена взмахнула здоровой рукой, прерывая Матео.

— Мы честны с вами здесь и там, — громыхнул басом Фальк, тоже приблизившийся к нам. — Он же сказал вам, хая, на лайнере была игра. Ваша с нами, и наша с вами! Мы все об этом знали. И приняли условия игры! Не более.

— И охота на Эрику, — цинично усмехнулась Ровена.

— Да, моя охота, — отозвался Райо, не отрываясь от готовки.

— Но и вы, хая, и мы знали, что будущего ни с кем из нас именно у вас нет. Все было честно, — продолжил Фальк. — А потом ваша весьма опрометчивая выходка на транспортнике, когда вы… отключили соседа по скрепке и привлекли общее внимание к двум красавицам. Вы в курсе, что после посадки очень многие охотились на вас? В отличие от нас, те асоциальные элементы заранее знали, куда их везут и что их ждет. Их осудили гораздо раньше нас и транспортировки они ждали дольше. Поэтому упустить двух свободных и весьма заметных женщин позволить себе не могли.

— Мы больше чем уверены, Эрику вы увели с берега намеренно, боялись, прежде всего, за себя. Ведь вы о клеранцах знаете больше, чем она. Да? И о том, что шир Алесио никогда не убьет женщину, которую назвал своей лаили, должны были знать. Эрика для вас — страховка! — сурово подытожил Матео.

— Мы уже обсуждали это, — я встала и попыталась прекратить нехороший разговор.

— Она сама начала. — Неожиданно за моей спиной возник Райо, обнял меня и тоже высказал: — Не вышло со мной, принялась за них.

Ровена задрала подбородок, упрямо и гордо взирая на всех словно свысока. Только глаза блестели от подступающих слез, злых и отчаянных.

Матео продолжил ее обвинять:

— Тогда мы восхищались вашей силой, уверенностью, волей. Сейчас видим эгоистичную, злобную, неуверенную в себе женщину. Женщину без привязанностей, высших ценностей и добродетелей. Которая ради себя продаст все и всех, которая легко и любому предложит свое тело в качестве оплаты за…

— Хватит! — взвилась я. — Хои, мужчины, это такая моральная пытка? Месть за содеянное нами?

— Нет, — ровно парировал Райо, сильнее прижимая меня. — Майор Ровена Гриф никак не успокоится. От страха за свою судьбу кидается в крайности, делает больно тебе, совершает непоправимые глупости, с ней опасно идти в группе. Сначала стонала у ручья, а ветер далеко разносит звуки. Затем приставала к мужчинам здесь. Она непредсказуема, неуправляема, мы не уверены в таком спутнике. А Драун — не то место, где это допустимо. Ошибку, даже маленькую, нам никто не простит и второго шанса не даст.

— Что вы хотите от меня? — глухо выдохнула Ровена, пытаясь горящим отчаянным взглядом объять сразу трех клеранцев.

— Мы были честны с вами с первой минуты знакомства, хая Ровена, — повторил Матео. — Игры закончились на лайнере «Вселенная радости». Здесь вы не нужны никому из нас в качестве любовницы. Мы ясно дали это понять. Но вы своим аморальным поведением выводите каждого из себя…

— Аморальным? Там вам это не казалось, — все еще с вызовом буркнула Ровена.

— Там вы были иномирянками, чужестранками, которые вербально и невербально демонстрировали желание развлечься. А мы, свободные мужчины, не на Клеране и могли себе позволить отдохнуть. Вы играли, а хаю Эрику Райо почти сразу отстранил от наших игр.

— То есть, с клеранками развлекаться нельзя, а с землянками можно? — глухо уточнила я.

— И на Клеране есть женщины свободных нравов, — ответил Фальк.

Только хуже сделал своей честностью. С другой стороны, что я хотела услышать, если сама порой в шоке была от поведения «кузины»? Сама же боялась, что клеранцы примут нас за, как Фальк сказал, женщин свободных нравов. А теперь меня заело, видите ли. Судорожно вздохнув, я с надеждой попросила:

— Хои, думаю, все хотят есть, вы мыться собирались идти, а мы ведем этот крайне неприятный разговор. Мне кажется, пора успокоиться, поесть и затем обсудить.

Ровена неожиданно резко встала на колени и произнесла с жаром:

— Даю слово, если надо, кровью поклянусь. С моей стороны не будет больше никаких неожиданностей и провокаций. Никаких сомнительных и дурацких предложений. Я приношу извинения всем вам за прошлые ошибки и недопустимое поведение здесь. Готова… хочу стать полноправным и полезным членом вашей команды как хорошо подготовленная боевая единица. Трупы, что вы после нас обнаружили, — подтверждение моих слов. Я буду следовать вашим указаниям, нести свою часть обязанностей. И поверьте, приложу все усилия, чтобы доказать вам: мне можно доверять.

— На Драуне? — криво усмехнувшись, уточнил Райо.

— Не только, — Ровена напоминала комок нервов, — если у вас появится возможность покинуть Драун и забрать с собой не только Эрику, но и меня, я расплачусь за билет на свободу.

— Чем? — золотые глаза Райо сузились, Фальк с Матео даже не дернулись, но, судя по вспыхнувшему интересу в глазах, Ровена их тоже заинтриговала.

— К примеру, достану вам Гонга с группой, занимавшейся вашей разработкой и всей операцией, — выдохнула она с дикой надеждой. — Это позволит Клерану избежать политического скандала.

Я обессиленно опустилась на землю рядом с напарницей. Я возненавидела Гонга и тех, кто за ним стоит, но ее предложение — цинизм чистой воды. По сути, Ровена сейчас, не прикрываясь моралью, меняет свою жизнь на чужие. Она бы и мою отдала, чтобы выбраться с Драуна? Глядя на напряженную фигуру этой непостижимой женщины, я почти не сомневалась: отдала бы; я для нее — ступенька к лучшей жизни. Хотя мне ли морализировать? После всего, что произошло. Клеранцы оказались в плену у землян, сама — на Драуне. Из-за моей поспешности и наивности погибли двое журналистов. И здесь троих убить успела.

Вдобавок вспомнилось, как бывшая абнзешница обещала все мыслимые и немыслимые кары обрушить на Гонга, когда отсюда выберется. Меня опять пробило на истерический смех:

— Гриф, ты неисправимый безбилетник!

Ровена привычно замахнулась, чтобы пощечиной привести меня в чувство, но не успела. Ее кисть перехватила широкая мужская ладонь, сжала чуть не до хруста и сразу оттолкнула. Райо из-за моей спины прорычал: