Чёрная пантера с бирюзовыми глазами - Оксана Чекменёва

– Тогда почему она так выла, когда ты её содержания лишил? И что это за содержание такое? Это потому, что она твоя любовница, да?

– Она не моя любовница.

– Ну, была.

– И не была. К любовнице обычно испытываешь хоть какие-то чувства. А между нами и этого не было.

Гейб забрал у меня нож и стал сам нарезать мясо. Тогда я стала чистить лук.

– А что было? – я оглянулась на Томаса, но он продолжал обстругивать картошку и болтать с Лаки, который улёгся рядом с ним, и глаз не спускал со стола, на котором лежали большие куски свежайшего мяса.

– С моей стороны – просто секс, – он дёрнул плечом. – У мужчин есть свои потребности. И когда тебе предлагают – почему бы не взять?

Мои щёки вновь заполыхали. Имей в виду, Гейб, с этого момента со всеми своими потребностями изволь обращаться только ко мне. Мне очень хотелось произнести это вслух, но я не решилась. Всё было ещё настолько зыбко, неясно. Успею ещё.

– А с её стороны?

– Думаю, то же самое. Чувств там точно никаких нет.

– Есть там чувство, – вмешался Томас. А вроде бы и не слушал нас. – Называется «алчность». Она хочет добраться до денег Гейба.

– Ну, наверное, не всё так мрачно, – повернулась я к мальчику. – Можно подумать, Гейба просто так полюбить нельзя, без денег? Он же вон какой красивый!

– Спасибо, – улыбнулся Гейб. – Но не думаю, что дело в моей внешности.

– Мы все красивые, – отмёл мой аргумент Томас. – И Гейб точно такой же, как и остальные. Но Линда липнет именно к нему.

– И вовсе не «точно такой же»! Я, конечно, далеко не всех видела, но вполне достаточно. И я знаю, о чём говорю!

– Ай, тебя не переубедишь, – отмахнулся Томас. – Продолжай и дальше заблуждаться, мне всё равно.

– И продолжу! – пробурчала я. – Ладно, проехали. Гейб, так почему ты содержишь Линду, если она даже не твоя любовница?

– Я всех содержу, а вовсе не её конкретно. При рождении каждого нового члена семьи я открываю счёт и кладу туда некую сумму денег. И проценты от вклада ежемесячно перечисляются этому ребёнку. Ну, сначала, конечно, родителям, а потом уж ему самому. Это неплохая поддержка, особенно в юношеском возрасте. Став взрослыми, многие заводят своё дело, или идут работать на одно из наших многочисленных предприятий – то есть имеют уже свой собственный доход. Но кое-кто продолжает жить и дальше на это пособие.

– Так вот чего именно ты лишил Линду…

– Да. Поскольку эти деньги всё же мои, то я вполне могу дать распоряжение в течение трёх месяцев перечислять дивиденды на другой счёт. И я это сделаю. Голодать и терпеть лишения Линда, конечно, не будет, но вот от своих горячо любимых шопингов ей придётся отказаться. Да и от прочих дорогостоящих развлечений типа курортов или ночных клубов. Ничего, ей это только на пользу пойдёт.

– Значит, у Линды есть кров и пища, но денег на удовольствия она лишилась? А знаешь, что мне напомнила вся эта ситуация? Как родители лишают наказанного ребёнка карманных денег.

– В точку! – рассмеялся Томас.

– Раз уж Линда ведёт себя как ребёнок – то и наказание я подобрал для неё соответствующее. Кстати, я сообщу её отцу и брату что запрещаю давать ей деньги. Она наказана.

– Хорошо, что у меня есть своя работа, – захихикала я. – И свои деньги. Если что – меня ты так наказать не сможешь.

– Кстати, чуть не забыл! – Гейб ополоснул руки и вышел из кухни. Я достала из шкафа кухонный комбайн и начала прокручивать мясо и остальные ингредиенты. Томас продолжал строгать картошку. Очистки получались толщиной чуть ли ни в полдюйма, но я не заморачивалась. Парень явно первый раз держал сырую картофелину в руках, но он старался, а это главное.

– Знаешь, почему мужчине нужно уметь готовить? – спросила его я.

– Чтобы не умереть с голоду?

– И это тоже. Но я немного о другом. Вот представь, ты вырастешь, встретишь девушку, влюбишься, женишься. И если ты будешь при этом уметь готовить, твоя избранница будет уверена, что ты женился на ней именно по любви, а не для того, чтобы заиметь домработницу. Конечно, в идеале ты должен уметь не только готовить…

– А что ещё?

– Ну, гладить, например. Стирают сейчас в основном машинки, это перестало быть тяжёлым физическим трудом, а вот глажка всё ещё таковым остаётся.

– Я не умею гладить, – вздохнул Томас. – Совсем.

– Не беда, научу, – успокоила я его. – Времени у тебя впереди ещё немеряно.

В этот момент на кухню зашёл Гейб и положил передо мной кредитную карточку.

– Это что? – не поняла я.

– Твоя кредитка. Точнее – пока одна из моих, я же не знаю твою фамилию. Узнаю – переоформлю на тебя.

– И что я должна с ней делать?

– Одежду себе новую купишь, – пожал он плечами.

– Куплю, но за свои деньги. Так что забери свою кредитку.

– Ладно, – Гейб забрал карточку и сунул в задний карман. – Непринципиально, у кого она будет. Я же всё равно с тобой поеду. Можем и Гвенни с собой взять – здесь у неё одежды ещё меньше, чем у тебя, вся осталась дома. Бетти поделилась с ней вещами, но лучше иметь своё, верно? И подходящего размера.

– Я согласна. Мне действительно не помешает наведаться в магазин одежды. Но платить за свои вещи я буду сама.

– Поговорим об этом завтра. А сейчас – что там у нас с котлетами? Пахнет вкусно.

– Потерпи ещё немного, – улыбнулась я, забрала у Томаса начищенную картошку, помыла и поставила варить.

– А ведь ты так мне и не рассказала про ваше ночное приключение, – печально вздохнул Томас.

– Действительно. Сама тебя обо всём расспрашивала. Ну, извини, сейчас исправлюсь. Кстати, ты знаешь, что у Ричарда есть супер-навигатор?

Я начала рассказывать всё, что с нами вчера приключилось. Гейб тоже вносил свою лепту в рассказ. Во время разговора, я электровеником носилась по кухне, делая множество дел одновременно. Нажарила кучу котлет – хватит на несколько дней, если, конечно, никто в гости не придёт, тогда – не факт. Настрогала салатиков. Сварила подливку. Сделала картофельное пюре. И между делом накрыла на стол. Всё же иногда здорово быть очень быстрой!

Когда мы, наконец, уселись обедать, Томас поинтересовался, где я научилась готовить. Я пожала плечами.

– Однажды я почти год проработала в ресторане.

– Ух ты! Круто! – восхитился он.

– Посудомойкой, – уточнила я.

Мы с Гейбом захихикали над физиономией парнишки. Потом Гейб посерьёзнел.

– Тяжело было?

Я поняла, что он имеет в виду те годы, когда я жила одна, а не только конкретно эту работу.

– Не физически. Я, к счастью, не уставала, поэтому могла заниматься физическим трудом на двух работах. Я бы и на трёх смогла, да тогда спать было бы некогда. Неквалифицированный труд плохо оплачивается, а у меня уходило много денег на продукты. Тот ресторан был просто золотым дном – мне разрешали забирать себе просроченные продукты, которые обычно просто выбрасывались, а порой мне доставались блюда, которые клиенты заказали, но, по каким-то причинам не стали есть. Но это случалось редко.