Сокровище Агремильдхора. Воля Стихий - Алекса Вулф

— Эль? — удивленно спросила я у Фрая, покосившись в их сторону. — После тр.. трэк..

— Ага! Именно! — усмехнувшись и прервав мои попытки выговорить новое слово, ответил анимаг.- Только не вздумай повторять за ними! Твой организм не справится с последствиями! А нам еще отвечать за твоё самочувствие перед матушкой!

— Я и не собиралась, — обиженно фыркнула я. — Я в курсе, что смешивать напитки чревато!

— Вот и отлично! — резюмировал уже устроившийся рядом Скай, плеснув из бутыля нам в бокалы темно-коричневую жижу. В этот момент со стороны братьев анимагов послышалась музыка. Я удивленно посмотрела на инструмент в руках, кажется, Грана. Отдаленно это напоминало гитару, скрещенную с мандолиной и балалайкой. Он наигрывал какую-то веселую мелодию, и парни отбивали такт ладонями по деревянным «лавкам».

Я одним махом допила свою порцию трэкиса и с шумом поставила бокал на землю. Коварно улыбнувшись, почувствовала, как во мне просыпается шальная певица. Поймав взгляд моих подозрительно заблестевших глаз, Фрай словно прочёл мои мысли.

— Слушай, ты же у нас поёшь! А давай-ка, исполни нам еще что из своего... репертуара! — даже в таком состоянии братья помнили о нашем уговоре скрывать моё иномирянское происхождение от родственников, дабы избежать излишнего любопытства.

— А почему бы и нет! — широко улыбнулась я, тряхнув пустым бокалом перед носом Ская. — Бедному менестрелю нужно промочить горло!

-Конечно, конечно!- засмеялся Скай, даже не спрашивая, что за неведомый менестрель был упомянут мною так неосторожно. Очевидно, сообразил по смыслу.

Щедро налив мне до краёв, он не забыл о Фрае и о себе. Подняв кубок в сторону братьев, как бы чокаясь с ними на расстоянии, пролепетала сквозь икоту:

— В-ваше... ик!... здоровье!

Отхлебнув больше половины (после третьего бокала коричневая жидкость обманчиво воспринималась организмом как компотик с легким градусом), подошла к игравшему Грану.

— Сможешь с-ик!-играть мелодию, ес-сли я нап-пою? Ик!

— Давай, попробую! — весело отозвался парень, широко улыбаясь. Минут пять мы убили на то, чтобы добиться нужного понимания мотива. Потом я села рядом с музыкантом и затянула песенку, которая мне показалась вполне приемлемой для этого мира и этого вечера:

"Мы в сумерках осенних под сентябрьским дождём

Сегодня в лес за грибами не пойдём.

За лесом — холм в колючках и во мху.

Мы знаем, кто живёт там наверху.

Они быстры как ветер, но весьма невелики.

На них надеты смешные колпаки.

Будь ты стократ вонюч и волосат,

Они вонзят тебе колючку в зад.

В лесу повсюду пни, гнилой покрытые корой.

Там эльфов рой, и с ними их король.

Когда ты встретишь маленький народ,

Они тебя затащат в хоровод.

И если танцы для тебя — тяжёлый скучный труд,

Тебя в холме на двести лет запрут.

А если ты предпочитаешь блуд,

Тебя до смерти феи закружат.

Мы в сумерках осенних под сентябрьским дождём

Сегодня в лес за грибами не пойдём.

Зажжём огонь, а феи подождут:

Мы лучше блуду предадимся тут«.*[2]

Остальные братья сразу включились в действо, отбивая ритм башмаками и руками. Вышло так же душевно, как если бы я оказалась в ирландском пабе. Объясняться с анимагами по поводу непонятных им слов из песни не стала, махнув на это рукой. Все равно рано или поздно они узнают о том, кто я. Пусть близнецы с этим разбираются сами!

После моего шумного выступления ребята спели несколько красивых баллад, слов которых я не запомнила, но прониклась ими настолько, что даже слезы заблестели на моих глазах. Заметив мою грусть, Фрай шутливо пнул меня локтём вбок и сказал:

— Эй! Не грусти! Давай-ка свою про принца! А потом спать пойдем, скоро рассвет уже.

Я не стала заставлять себя просить дважды, с радостью переключившись на задорный лад песенки.

Уснула я уже в предрассветных сумерках с блаженной улыбкой, хотя и понимая, что завтра меня ждет дикое похмелье.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Неделя пролетела одним сказочным днем, и даже первое похмелье после крепкого напитка Файрона не омрачило моего пребывания в поселении анимагов. За то время, что я прожила с анимагами, мне удалось узнать о них много интересного. Семья близнецов была на хорошем счету у вожака стаи, они были уважаемым и зажиточным семейством.

Меня познакомили с вождем, который весьма тепло принял человеческую магичку. Лишь однажды посмотрел на меня странным долгим взглядом, после чего переспросил о моем происхождении. Мне показалось, что вождь почувствовал отголосок моей иномирянской ауры, но копать глубже не стал.

Фрай и Скай показали мне свои вторые ипостаси, и я впервые смогла прикоснуться к живому анимагу в теле животного. Их мишки были огромными, с блестящей бурой шёрсткой, совсем как их волосы в человеческом обличии. Меня даже покатали на могучей спине! Я совсем забыла про свои душевные терзания, наслаждаясь единением с природой и этими волшебными созданиями.

Аруту, как и обещала, не показывалась анимагам, избегая любого контакта даже с братьями. Как я ни пыталась узнать причину этой неприязни, у меня ничего не вышло.

И вот, одним солнечным утром, едва мы позавтракали за общим столом, как в дверь постучали. Марена тихо шепнула младшенькой девочке, и та помчалась встречать гостя.

— Доброго утра и ясной погоды! — с порога громогласно возвестил большой широкоплечий мужчина с густой тёмно-рыжей бородой.

— И тебе хорошего дня! — ответил глава семейства, радушно указывая на место за столом. — Проходи, Стэк, выпей с нами горячего гвару и расскажи, что привело тебя в мой дом.

— Да я, собственно, письмо занести, — подтверждая свои слова, мужчина протянул белый пакет Файрону. Тот всё же усадил гостя за стол и подвинул ему свою чашку горячего напитка.