Перекресток миров. Начало - Павел Кобылянский

— Ну что, Шелли, сойдем мы за местных? — спросил Стингер, чему-то весело улыбаясь. Я с сомнением покачала головой:

— Для т’сареш, пожалуй, и сойдет, но вот в Десяти городах в таком виде вам лучше не появляться… Засмеют. Даже больше внимания привлекать будете, чем в обычной одежде. Наверное, придется вам в Перевальном что-нибудь прикупить…

Я еще раз с сомнением осмотрела их. Ну чего же не хватает-то? А, точно…

— Ребята, а куда вы оружие наших дели?

— Собрали и сложили в повозку с телами, — ответил Потапыч, — а что?

— Возьмите себе по клинку, хотя бы для вида. А то как-то странно… Вы же на магов ну никаким местом не похожи, а человек без оружия… Ну ладно в городе, там никто мечи не таскает, кинжала за глаза и за уши обычно хватает. Копья были бы, конечно, логичнее, я вас как слуг, а не как воинов представлю. Но, наверное, вам не надо, чтобы руки оказались заняты?

— Э-э-э, Шелли, тут такое дело, — внезапно замялся майор.

— Что? Вы же воины. Я же вижу, как вы двигаетесь, как ходите. Ну ладно жрец, у многих из них какие-то странные ограничения на владение оружием, но вам-то что запрещает его носить?

— Да ничего не запрещает, вот автоматы же не только таскаем, но и используем. — Он приподнял свой жезл, как бы показывая его мне.

— Ну и?.. — Я снова пожала плечами. — Жезлы это жезлы, пусть у вас они и без магии. А оружие это оружие. Ножи у вас, конечно, отличные, целое состояние на поясе носите, но вот т’сареш их лучше не показывать. Они и так в бешенстве будут, но если еще в открытую серебром махать — то могут не удержаться.

— Это какие? Эти, что ли? — Стингер откинул полу пыльника и вытащил тот самый нож, которым на моих глазах тыкал в т’сареш. — Так это мусор… Только против вампиров.

— Ни хрена себе мусор, — кажется, с этими людьми я скоро разучусь удивляться, — тут серебра на монету, а то и больше. На его стоимость можно любую повозку нашего каравана купить со всем содержимым, а то и не одну… Вы что, не представляете, что с собой таскаете?

— У вас серебро так сильно ценится?

— Ну да, — кивнула я. — Его мало. Но главное — это единственное действенное средство против упырей. Как же его наш мастер оружия называл-то, во, стратегически важный материал. И самое печальное, что использовать можно один раз. Оно как бы… Ну, не знаю, не гниет, конечно, это же металл, но… В эльфийских наконечниках очень много серебра, и их можно использовать неоднократно, но со временем и они как бы истираются, что ли. Ваших ножей хватит надолго, у вас там серебра, как в десятке эльфийских стрел, если не больше…

— Странно, его вполне можно очистить. — Теперь немного удивленным выглядел уже майор. — Ну в смысле серебро очистить… Я как-то по твоим рассказам был лучшего мнения о вашей химии…

— Если ты знаешь как, то вполне можешь завоевать весь континент. — Ну и люди мне попались. От вопросов о каких-то малозначимых вещах, от обычного моего бытового любопытства постоянно уклоняются или отвечают крайне неохотно, а о предметах, способных перевернуть весь мир, говорят как о вполне естественном.

— Ну, точный рецепт я тебе не скажу, я не химик, но возможность точно есть. Дома я бы порылся в специальных справочниках и что-нибудь, да нашел бы. — Майор пожал плечами, показывая, что его эта проблема пока не особо интересует. — А с холодным, ой, с клинковым оружием все просто… Мы не умеем им пользоваться. Ножами можем, нас учили, голыми руками тоже кой-чего умеем, а вот мечи… С копьем я бы еще, может, чего и смог, немного учился бою на шестах, но все равно так, несерьезно… Но копье действительно не пойдет, ты права, лучше, чтобы руки были свободными.

— Но как, вы же воины, явные воины. Ты же говоришь, что умеешь драться руками, значит, и мечом сможешь, там же все довольно похоже. — Я попыталась изобразить стойку для рукопашного боя и переход из нее в стойку для вооруженной руки, но одной рукой, да еще сидя, получилось, наверное, смешно.

— Ладно, всем спать, — скомандовал майор, заканчивая спор. — Тирли, ты будишь меня за два часа до рассвета, дальше начну действовать сам.

И он подхватил меня на руки. По дороге до фургона я все еще пыталась у него выяснить, как можно быть воином и не владеть мечом. Он все отмалчивался, но уже в фургоне выдал:

— Понимаешь, Шелли, драться мы вообще не умеем. Ни один из нас, — и, предупреждая кучу вопросов, готовых сорваться с моего языка, продолжил: — Нас учили не драться, а убивать себе подобных. Максимально эффективно, на любых дистанциях. Мне проще убить человека, чем, скажем, просто сбить его с ног. Я годами заучивал несколько ударов, доводя их до полного автоматизма. Вот смотри…

И он вдруг, не меняя положения своего тела, быстро нанес мне несколько ударов, остановившись буквально на волосок от моей тушки. Ребром левой ладони коснулся раненой ключицы, кулаком правой — точки, находящейся примерно посредине груди, кончиками пальцев левой — стукнул где-то у меня под правым ухом. И все это очень-очень быстро, я ударов даже не увидела, только почувствовала еле уловимые прикосновения. Майор двигался даже быстрее, наверное, чем наш мастер боя, а он, уже очень пожилой тифлинг, тренируя молодежь, брал не силой, а исключительно скоростью и отточенной техникой. Но как… Тифлинги же быстрее людей, и реакция у нас лучше…

— Вот так примерно, — продолжил майор, — я связку провожу на автомате, уже не задумываясь, руки сами помнят, куда идти и как бить. А если у меня в кулаке будет при этом зажат кусок железа, мне придется обдумывать свои действия, не просто решать, когда применить всю связку, а продумывать каждое движение в отдельности. Потому как я не тренировался на такие удары. Это трудно объяснить, — немного виновато улыбнулся он. — Ладно, давай спать.