Шумерские ночи. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

— Я тебя понял, — выставил руку Креол. — Я понял. Ты делаешь ошибку, бр… не. Племяш, ты делаешь ошику… ошибку. Не лезь в это. Тьма — слишком стрш… стрш… кхм. Тьма — слишком страшный погубитель. Опасно с ней даже связываться. Ты меня понял? Ты… понял?..

— Я тебя понял, — выставил руку Трой. — Понял. Не связываться. Понял, не дурак.

— И да чтоооо мгия Тьмы может… — задумался Креол, когда опустел еще один кувшин. — Гадить… и… гадить… Даже вина не создашь…

На Троя он уже взирал с пьяной отеческой теплотой. Сейчас он его научит финики собирать.

— Вот, детей у меня нет… — пробормотал Креол. — У тебя тоже нет…

— У меня есть! — заморгал Трой. — Эхта!.. эй, там, приведите Эхту!..

Креол ужасно удивился тому, что у Троя оказался сын, причем уже лет девяти-десяти. Это во сколько ж он его зачал?..

Трой, тоже опорожнивший не один кувшин, сыну долго умилялся, показывал его Креолу и хвастался, какой он крепкий и здоровый, как гордится им отец.

— Еще немного подрастет — отдам его учиться, — заявил Трой. — Магии. Кому-нибудь. Вот хоть тебе.

— А я возьму! — широким жестом согласился Креол. — Но помни, что меня учил Халай. И я считаю, что ученикам надо давать то… что мне давал… мой собственный… учитель.

— Тогда не тебе, — быстро передумал Трой.

Креол согласно кивнул. Последняя фраза отняла у него кучу сил, и он немного обмяк. Над головой уж совершенно стемнело, высыпали звезды, и лететь домой точно было поздно. К тому же Креол не был уверен, что в таком состоянии сумеет подняться в воздух… и вообще наколдовать хоть что-нибудь, кроме Огненного Шара.

Огненный Шар у него получался всегда.

— Огненный Шар!.. — грозно воскликнул маг и уставился на возникший над ладонью шарик.

Чрево Тиамат, и куда его теперь?

Креол незаметно перевернул ладонь и опрокинул сгусток пламени в фонтан. Если никуда не метать, то и не взорвется… наверное.

Вода зашипела, поднялось облако кипящего пара. Креолу обожгло лицо, он вскрикнул и упал в фонтан.

— Дядюшка-а-а!.. — донесся панический вопль.

— Жарко у тебя тут… — сказал Креол и с достоинством погрузился.

…Пробуждение было неприятным. Голова раскалывалась, кожа на лице болела. Креол привычно провел простенький, но очень полезный ритуал Снятия Похмелья, потребовал у рабов еды и пива, а потом отбыл по-касситски — незаметно и прихватив кувшин вина.

Ему понравилось гостить у Троя. Муж небольшого ума, но широкой души. В течение осени Креол еще несколько раз к нему наведывался и каждый раз приглашал нанести ответный визит. Но Трой, в отличие от него, не мог просто подняться в воздух и долететь за пару часов, а ехать на колеснице пришлось бы два, а то и три дня.

А Трой не любил такие долгие путешествия. От илькума он откупался, а из больших городов изредка посещал только Йоланг, который к его дворцу все же немного ближе, чем Ур. Когда Креол в очередной раз завел разговор о Шедевре племянника, тот признался, что если каким видом Искусства и желает овладеть всерьез, так это телепортацией.

— Нет, однажды я непременно навещу твой Шахшанор, дядюшка, — не очень охотно обещал Трой. — Как-нибудь зимой, когда придет прохлада… или весной…

Креол сказал, что Трой может заглядывать в любое время, и тут же об этом забыл. Его все сильнее поглощал грядущий титул магистра, он уже почти завершил свой труд и готовился представить его на суд Гильдии. Путем некоторых как будто и совсем несущественных изменений в проведении ритуалов рассеивание удалось снизить даже не на десятую, а на девятую часть! Когда речь идет в потерях маны, это совсем не пустяк — девятая часть!

Был месяц аб-ба-эд, когда Креол облегченно выдохнул. Он закончил.

— Ты все?.. — с надеждой спросила Тхари, последние три часа державшая над его чертежом зонт. — У меня руки онемели!

— Терпи, — бросил ей Креол.

Он еще раз перепроверил руны. Да, все правильно. Если придать каждой именно такое значение и соответствующим образом расположить в пространстве, рассеивание сокращается весьма значительно. Креол взял калам и принялся дописывать последние строки.

— Я промокла, — грустно сказала Тхари. — Почему ты вызвал такой холодный дождь?

Креол только отмахнулся. На последней проверке он только уточнял пару моментов, так что не стал обращаться к Трою или еще кому-нибудь. Просто выставил вместо живого мага собственный жезл и велел Тхари следить, чтобы чертеж не смыло, потому что этот ритуал предусматривал три последовательных изменения погоды — сначала обычный дождь, потом гроза…

— Ай!.. — взвизгнула Тхари, когда в небесах прогремел гром. — Ты правда считаешь, что твоя беременная наложница должна стоять под холодным дождем, рискуя заболеть?!

Креол недоуменно посмотрел на нее. Он не понял вопроса.

— Я почти закончил, — все же проворчал он, совершая ритуальный пасс.

Дождь начал прекращаться, небо вновь становилось ясным. Тхари бросила зонт на песок, сама плюхнулась рядом и сердито воскликнула:

— За что ты меня так мучаешь, о господин мой?!

Креол изумленно заморгал и переспросил:

— Женщина, ты в уме ли? Мне для ритуала нужен был раб. Любой раб. Я просто крикнул: пусть подойдет любой раб! Подошла ты. Чем ты теперь недовольна?

— Я же не знала, зачем! — всплеснула руками Тхари.

— А ты думала, я зову раба, чтобы умащивать его маслом и кормить медовыми лепешками?!

— А вот это мне бы понравилось, — заявила Тхари.

— Женщина, не зли меня. Ты живешь в моем доме восемь лет и до сих пор не узнала меня?

— Узнала, — вздохнула Тхари. — Когда ты творишь чары и зовешь рабов, то иногда чтобы проверить на них заклятие. И иногда тем их убиваешь.

— Ну… да. На ком-то же надо мне их проверять.

— Вот. Поэтому я и спешу всегда первая. Меня ты не убьешь.

— Почему ты так уверена? — недовольно пробурчал Креол.

— А ты меня любишь.

— Женщина, прикрой для начала лицо ладонями, когда обращаешься к хозяину! — рявкнул Креол, отводя взор.

— Нет, — с вызовом ответила Тхари, поднимаясь на ноги. — Не хочу.

Креол немного потемнел лицом, но