Дядя самых честных правил 2 - Александр Горбов

— Да? Уж не дядино ли это наследство? Точно-точно, лицо у него знакомое.

Она ещё раз бросила взгляд на Кижа, прищурилась и кивнула.

— Без сомнения, он и есть. Помню, был у Василия Фёдоровича такой человек. Правильно, Костя, такие “подарки” из прошлого надо рядом держать. Ты поспрашивай его, он тебе интересные столичные истории расскажет. Думаю, некоторые тайны до сих пор жгутся, а тебе будет нелишним узнать.

Я пожал плечами. Влезать в старые интриги и ковыряться в грязном белье высшего света не хотелось совершенно. Пусть себе лежат эти тайны и тихо превращаются в бесполезные россказни.

— Кстати, Костя, — Марья Алексевна опять сбавила тон, — в Муром приезжал старый Еропкин. Слышал о таком? Бандит и плут, каких мало. Так вот он всё тобой интересовался, выспрашивал. И между делом обмолвился, что зуб на тебя имеет.

— Кхм. — В горле запершило, и я потянулся за бокалом с водой.

— Не буду спрашивать, где ты ему дорогу перешёл, — княгиня посмотрела на меня заботливым материнским взглядом, — только будь аккуратен, пожалуйста. Побереги свою голову и держись от этого разбойника подальше.

— Спасибо, Марья Алексевна, я постараюсь.

В этот момент я поймал взгляд Кижа — мертвец смотрел на нас с княгиней пристальным взглядом, будто слышал, о чём шла речь. Да нет, ерунда, он сидел слишком далеко, а разговаривали мы тихо.

— Судари и сударыни! Минуточку внимания.

Добрятников встал и несколько раз звонко стукнул по бокалу ножом, привлекая внимание.

— Господа! Я приехал сегодня не просто так, а по радостному поводу.

Все сидящие за столом замолчали, обратив взгляды на него.

— Дело в том, что буквально через три недели состоится свадьба моей дочери Лизы.

Александра охнула и захлопала в ладоши.

— Хочу сказать спасибо Константину Платоновичу — без вас этот брак не состоялся бы.

Общество за столом загудело и с любопытсвом уставилось на него.

— Позвольте, Пётр Петрович, я-то здесь причём?!

— Как же, Константин Платонович, вы самым прямым образом причастны. Посмотрев, как вы взялись за поместье, я взял с вас пример и тоже занялся поправкой дел. Объездил деревни, организовал небольшой промысел, с соседями давние споры уладил.

Добрятников усмехнулся, видимо вспоминая подробности.

— И вот заехал я в Горохово к Чубукову. Со старым помещиком я в ссоре был — никак мы Воловьи Лужки поделить не могли. Да только умер он, а поместье к его племяннику отошло. Приятный молодой человек, по ранению в отставку вышел. Мы с ним Лужки-то поделили по совести, да я его в гости пригласил. Он раз приехал, другой, а после и попросил руки моей дочери.

— Поздравляю, Пётр Петрович, от всей души!

— Вот приедете на свадьбу, тогда и поздравите. Я приглашаю всех присутствующих разделить с нами это знаменательное событие и прибыть на торжества, — Добрятников изобразил поклон и обратился к княгине: — Марья Алексевна, мне неловко утруждать вас приглашением на наше скромное празднество, но мы будем безмерно рады, если у вас найдётся…

Княгиня махнула рукой.

— Ой, Петя, утруждать, тоже скажешь. Обязательно приеду, даже не сомневайся — давненько я на свадьбе не гуляла. Пожалуй, я приеду заранее и прослежу, чтобы всё было по традициям и правильно.

У Добрятникова дёрнулся глаз — не ожидал он такого предложения, совсем не ожидал. Представляю, как будет командовать Марья Алексевна! Но, к чести Добрятникова, с лицом он справился, улыбнулся и поблагодарил княгиню.

А я сидел и прикидывал — на свадьбу надо приходить с подарком. И что прикажете дарить едва знакомой девице и её совершенно незнакомому жениху?

* * *

День прошёл неожиданно спокойно. Княгиня устроила в гостиной “девичник”, куда меня не пригласили. Мол, я такой занятой, зачем мне слушать муромские сплетни и женские разговоры. Впрочем, я совершенно не обиделся — взял Буцефала и прокатился. Сначала до мастерских, поговорил с Прохором, обсудили с ним производственные планы, затем до моего места тренировок. Там я слегка размялся: сделал комплекс упражнений, погонял Анубиса, пострелял всполохами. А под конец отработал мой секрет — создание Знаков с помощью Таланта. Уже в темноте я вернулся в усадьбу, приказал принести ужин в кабинет и весь вечер читал книги, привезённые из Парижа. В общем, неплохо провёл время.

Утром меня разбудила Настасья Филипповна. Ключница лично принесла мне кофий, дождалась, пока я проснусь, выпью чашечку, и сказала:

— Костенька, я к тебе с серьёзным делом.

— М-м-м?

— Покойник твой, Киж, пропал.

— Эээ… Как пропал? В смысле исчез или испортился?

— Да ну тебя, — ключница махнула рукой, — скажешь тоже. Исчез, конечно. Главное, я всю дворню допросила, так никто не видел, как и когда. И лошади одной не хватает, из механических, той, что под седлом ходить может. Увёл, похоже, неблагодарный. Я ему, значит, настойку наливаю, разговоры веду, а он сбежал. Если найдётся, сама его пристукну за вероломство.

— Погодите, Настасья Филипповна, может, всё не так страшно. Может быть, у него были причины.

— Ага, ты ещё скажи, он в Муром за подарком для молодых поехал.

— Кстати, действительно может быть, — я улыбнулся. — Не надо нервничать, разберёмся, куда он делся. А теперь, разрешите, я оденусь.

Ключница, недовольная и мрачная, кивнула и вышла из спальни. Но я не торопился вставать. Откинулся на подушку, закрыл глаза и потянулся по невидимой струне, связывающей меня с мертвецом.

Ответ пришёл не сразу. Очень слабый, почти призрачный — Киж был далеко, не меньше двух десятков вёрст от усадьбы, как мне показалось.

Мертвец откликнулся радостно, послал мне удивление, что его ищут, и усмешку. Нет, наша связь определённо не годилась, чтобы передавать по ней мысли и сложные символы. Только простые эмоции и яркие мысленные “жесты”, будто общаешься с глухонемым. Вот Киж и послал мне что-то вроде пантомимы, но я толком ничего не понял. Вроде он просит не волноваться и скоро вернётся. Ладно, посмотрим, чем это обернётся. Или он действительно приедет обратно и я спрошу его, или мне придётся его найти и упокоить, где бы он ни находился. Так что я махнул рукой, встал и пошёл завтракать.

* * *

Вы не поверите, но не прошло и часа, как в усадьбу заявился очередной посетитель. Им что, здесь мёдом намазано?

На этот раз приехал хмурый орк-мужичок на дрожках, в смешном картузе и красной рубахе. Он выпрыгнул на землю, низко поклонился и вытащил с сиденья деревянный ящичек.

— Ваше благородие, велено вам передать.

Он поставил ящик передо мной и бодро затрусил обратно к дрожкам.

— Эй, человек, кто передал-то?