Бояръ-Аниме. Одаренный: адъютант - Тим Волков

Противник не сразу понял что произошло. Когда же понимание начало подсказывать, что нужно что-то срочно делать, было уже поздно. Браун попытался создать конструкт оздоровления, но внутренние потоки силы были повреждены, а некоторые вовсе выжжены. Конструкт слетел с пальцев ворохом голубых искр. И ничего не произошло.

Браун в бессилии захрипел, пошел ко мне, но на полпути остановился. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в глотке. Противник упал на колени. Поднял руку. Да так и упал.

Браун был мертв.

* * *

Смотреть на поверженного врага не было времени. За любое действие будет спрос. Время спроса пришло и для Брауна. И он получил по заслугам. Собаке собачья смерть.

Я двинул дальше по коридору, улавливая слабые трепыхания силы. Теперь она была мне знакомой.

Коридор свернул налево, я остановился. Камер больше не было видно, лишь посередине коридора стояла одна дверь, подбитая стальными вкладками. Толстые стальные петли и несколько замков говорили о том, что заключенный в ней важная персона.

«Император!» — с замиранием сердца подумал я, подходя к двери.

— Алексей Иванович? — несмело позвал я, стукнув в дверь.

Внутри было тихо.

Неужели ошибся? Нет, не мог, эманации остаточной силы его, в этом не может быть ошибки. Тогда почему молчит? Спит? Или…

Отгоняя дурные мысли, я вновь постучал, на этот раз громче.

— Алексей Иванович?! Это я, Пушкин!

За дверью вдруг послышалась возня. И сдавленные стоны.

Император! Точно он!

Я рванул дверь, но она, конечно же, оказалась запертой. Нужно было открыть замки.

Я принялся лихорадочно припоминать все конструкты, которые могут мне помочь, но ничего подходящего припомнить не смог. Такому в школе и кадетском корпусе нас не учили.

— Спокойно! Я вас освобожу! — крикнул я, услышав возню, хотя не представлял, как именно это сделаю.

Паника начала подкатывать к горлу, но я не дал ей этого сделать.

Если нельзя открыть замок, значит нужно его уничтожить. Так, из чего сделан он? Ага, какая-то сталь, укрепленная конструктами земли. Еще ощущаются формулы огня и воды. Боги, кто это выдумал?! Слишком сложная схема. Так, если разобраться… Поток силы огня уходит в механизм защелкивания, зацикливается на самом себе… тут подходит поток земли…

Нет, путано. Нужно время, причем очень много, чтобы разобраться. А его нет.

Я в бессилии стукнул в дверь.

Черт! Что же делать?!

Краем глаза обратил внимание на угловатую тень, которая приближалась ко мне со спины. Готовый броситься в атаку на неприятия, я подскочил как ужаленный, развернулся… Но никого за спиной не обнаружил. Тень двигалась сама по себе. Я не сразу понял, что это за фокусы такие, и некоторое время смотрел как тень ползет к двери. А потом меня осенило — Морозова!

Понимая, что все это происходит не просто так, я отошел в сторону и принялся наблюдать за происходящим. Тень медленно наползла на дверь, закрыла собой замок. Я услышал, как внутри замка что-то сухо защелкало.

— Александр Федорович! — вдруг раздался сдавленный слабый голос Императора.

— Алексей Иванович, да, это я! Подождите немного, сейчас я освобожу вас!

— Ты добрался! Смог! Я знал, что ты сможешь!

Замок еще раз сухо щелкнул и затих. Тень отползла в сторону, как бы приглашая меня войти. Я осторожно дернул ручку и дверь нехотя поддалась, со скрипом отворилась.

Представшая картина ужаснула. Император в грязной больничной одежде сидел на каменном полу. Он выглядел болезненно, силы, и без того потраченные на удержание Архитектора, не восстановились после такого «лечения».

На лице у Императора была уродливая железная маска.

— Александр Федорович! — радостно воскликнул Император, увидев меня.

Он попытался встать, но не смог.

— Я знал, что вы справитесь! Знал, что сможете прочитать мои знаки.

— Вы про письмо и оригами?

— Да. Письмо удалось написать, когда ко мне заходил Фурманов — как оказалось в последний раз. Я чувствовал, что что-то затевается за моей спиной и потому написал тебе. К сожалению предпринять что-то самому не получилось — не оставалось сил. К тому же, я предполагаю, меня накачивали какими-то сильными транквилизаторами, все время хотелось спать. А потом визиты Фурманова прекратились, меня перевели в другую палату, закрытую. Тогда-то я и понял, что болты начали закручивать. Клочок бумаги, который мне удалось стащить — это все, что у меня было. Я знал, что меня отвезут в «Черный лебедь» — проговорился один из охранников. У меня не было ни карандаша, ни ручки, чтобы оставить тебе совещание. Поэтому я сделал оригами.

— Это сработало, — кивнул я.

— Сними с меня пожалуйста эту проклятую маску! Она гасит все мои силы!

Я подсел к Императору, осмотрел железную маску. С виду грубая, сделанная наспех, она оказалась весьма изощренной блокировкой. Но с ней я смог справиться и без теней. Потоки силы тут распространялись спиралью, открыто, и я применил изначальный свой Дар, поглотив эманации маски. Замок на ней скрипнул и Император освободил голову.

— Проклятая маска! — злобно процедил он, швырнув ее в стену.

Лицо Императора было исхудавшим, грязным. Я протянул Алексею Ивановичу платок и тот с благодарностью стер с лица грязь и пот. Спросил:

— Какие дела творятся в государстве?

— Дела?.. — растерялся я, не зная, как сказать главное. — Дела не самые хорошие. На троне сидит ваш двойник.

— Что?! — зарычал Император.

— Сектанты смогли каким-то образом найти двойника — или создать его, — и теперь он правит страной.

Лицо Императора было красноречивей любых слов.

— Изданы указы, убирающие с должностей тех, кто не поддержал секту. И назначающих на должности тех, кто, соответственно, служит секте верой и правдой.

— Но как такое возможно?! Ведь Распутин мертв! Кто смог стать на его место? Его ближайшие подчиненные.

Я некоторое время молчал. Потом все же решился сообщить свою версию.

— Алексей Иванович, я прошу выслушать меня до конца и гневаться заранее об услышанном. Это только моя версия и она покажется вам обидной и непринятой, но есть ряд фактов, которые говорят в ее пользу.

— Что ты имеешь ввиду? — пристально посмотрел на меня Император.

— На место Распутина должен был стать человек, знающий всю структуру секты. Его подчиненные — Браун, Дантес и прочие, — не такие высокие по рангу, чтобы ставать ими. Новый глава также должен обладать определенной властью и знать структуру государственного управления изнутри — иначе не смог бы он так просто поставить на трон двойника. К тому же новый глава должен обладать определенным авторитетом, чтобы его назначение должны были поддержать остальные. То, кто знал Распутина лично. То, кто был с ним практически всегда.