Ромашки для королевы - Оксана Демченко

Остается одно. Нильэса прикрыла глаза и расслабилась. Сон забвения вернет ей репутацию и уверенность в себе. Не станет грязи прошлого – ни мужа, ни его гнусных алмазов, которые слишком хороши, чтобы их легко забыть, ни позора этого страшного дня. Новая жизнь и новые возможности. А Орильр пусть мучается со своей подёнкой. Так ему и надо. Уже теперь им тошно – день испорчен, завтрак пропал, ругани до вечера хватит. Она улыбнулась и задремала.

Последним огорчением для а-Кав могло бы стать то, что завтрак не пропал, и темой обсуждения визит бывшей жены не стал.

Орильр, правда, не удержался и вышел на балкон, чтобы пронаблюдать Нильэсу, бегущую по парковой аллее с несвойственными ей рычанием и визгом. Вернулся, прикрыл дверь и рассмеялся, погрозив жене пальцем.

– Ты ведьма, Сэль! Я и не думал, что до такой степени, если честно. Но, признаю, я и сам не лучше. Мне понравилось. Надеюсь, это не навсегда?

– К вечеру сойдет. Я ей сказала – если отдаст тебе домик и камни, – улыбнулась Сэльви. – Но вообще-то и так отмоется. Я не могу долго сердиться, она того не стоит. Ты умный эльф, я ожидала более интересной жены. И очень нервничала, знаешь ли. Тут все слишком красивые.

– Только я – не их судьба, – беззаботно кивнул Орильр, – а твоя. И я к этому постепенно привыкаю. Ну, ты готова к королевскому завтраку из пятнадцати перемен?

– Что, тут и умру от обжорства? – ужаснулась Сэльви. – Вчера двух хватило. Рир, мне всю ночь бабочки снились, каких ты наколдовал. Спасибо.

– Королевам подают всего по ма-аленькой ложечке. Ты справишься. Это меню осеннего бала, ты его должна одобрить. Или внести изменения. Учти, от титула мы с тобой пока спасены благодаря Жасу, и бал будет без нас. В долине Лирро определенно есть ведимы. Я сменил привязку заклинания Стены, теперь они заперты, поскольку прежние перстни доступа во внешний мир не действуют, а несколько новых я отдал Жасу. План на первое время такой: будем искать Черных и выселять с нашей Саймиль. Глянув на мою бывшую, глупо сомневаться – у нас все получится. Деготь хорош. Спасибо, хоть без запаха.

– Это пока не возьмется отмывать, – хихикнула ведьма. – Давай сюда завтрак.

Орильр кивнул и прошел через комнату, открыл дверь с лестницы и поклонился, пропуская Жависэля и еще трех эльфов. Представил их как наместника, в чьих руках закон, и его мудрых – правый отвечал за магию, левый – за имущество и торговые дела Лирро и его жителей, а третий, вошедший последним, будет заниматься воспитанием и обучением вышедших из сна. Все вместе должны еще и думать о праздниках – осенний бал у эльфов был всегда. Только последний «король» его отменил, перекраивая под себя все законы до единого. И теперь жителям Лирро надо вернуть радость. Вечным она очень важна, так сказал последний представитель рода а-Тэи, которого то и дело пытались назвать «ваше величество». Орильр терпел, но с явным трудом – и почтение, и покладистость.

В две минуты Жависэль расчистил стол от бумаг, заодно рассказывая о них Сэльви. Там были свитки со старыми законами, списки подлежащих казни сном забвения «тружеников» пыточного дела и их помощников – дознавателей и соглядатаев. Рядом лежали наброски системы разбора имущественных споров – древние дома отправленных на поля льна перешли в новые руки. Их следует вернуть, но не выгонять же нынешних жильцов на улицу?

Сэльви несколько виновато поняла – в эту ночь не спали ни Орильр, ни Жависэль, ни мудрые. Потом она заулыбалась. Все же муж нашел время для королевского завтрака. Бал – это повод ей угодить. Приятно.

Двери распахнулись и одетый в нечто сияюще-белое эльф поклонился, скороговоркой называя первое блюдо. Порции и правда оказались крошечными. А вкус – великолепным. К пятому или шестому Сэльви утратила способность охать и хвалить, к десятому она призналась, что Лирро – отличное место. Когда последняя перемена была убрана, девушка с сожалением облизала губы. И удивленно отметила – все очень серьезны и что-то записывали за едой.

– Пятое было слабовато? – предположил Орильр. – И сладкое не удалось. Ваниль незаменима магией… Увы, чего нет – того нет.

– Украшения седьмого и двенадцатого почти одинаковы, – пожаловался маг Эфиль. – А в целом – как в старые добрые времена. Госпожа Сэльви, храны настаивают: вы непременно должны изложить рецепт того дивного напитка, которым угощали их в пути.

– Выбор вин у нас жалкий, – вздохнул Жас. – Так что нет смысла пробовать. Выкатим, что есть. Сэльви, ты уже пишешь?

– Не умею на вашем, – виновато вздохнула черноглазая. – Я схожу к поварам и повторю. Может, переделаю немножко – тут продукты другие. Рир, а как насчет сковородки?

– Увы, тучка, нельзя ее забирать. Она принадлежала раньше главному повару. Его схватили год назад и отправили на поля льна. Сказал всего лишь, очищая яблоко, что кое-кто может и подавиться, если резать чуть крупнее… Передали. Тут поганый дворец, все кушают не завтраки, а соперников. Тебе хватит десяти минут на рецепт? Мы выезжаем. Туда, к повару и прочим. Как вернем его, так и попросишь себе сковородку.

Сэльви кивнула.

День еще длился, удивляя обилием событий и новых лиц, а они уже скакали по северному тракту. Жависэль остался в столице, дел накопилось на много дней вперед. Орильру выделили сотню а-Тиса, трех магов и добавили к перечисленному Шаэля, умоляющий взгляд которого мог бы и камень разжалобить. Синие глаза то и дело смаргивали слезы. Эльф уже знал, что на полях льна хозяйничают ведимы, что не все вернутся домой – и боялся не найти маму.

До первого поселения сосланных от столицы было всего верст шестьдесят. Этого времени как раз хватило, чтобы со вкусом и неспешно рассказать мужу, как нашелся на кухне тот, кто передал слова повара. А нечего ведьмам врать! Как сказал «не я», так и окосел. Разве может лжец глядеть в лицо прямо и честно? Его теперь маги осматривают и пока ничего не могут поделать.

– Я того, перестаралась, – вздохнула Сэльви. – Ну…

– У вас в деревне… – подсказал Орильр.

– Да, как-то само сказалось. Пока мысли не станут нормальными, прямыми, без обмана. Боюсь, надолго я его. Маги ругаются.

– На тебя? За что?

– Говорят, полезное заклинание для выявления лжи, но я же не помню, как это сделала, – вздохнула Сэльви. – Ничего я не заклинала. Так, сказала – чтоб его, доносчика, перекосило.

– А почему весь первый этаж в панике? – припомнил отъезд Орильр. – Ты… н-да, глупо спрашивать про радиус действия, не ответишь.

– Уже спрашивали, – повторно вздохнула Сэльви. – Полдворца – того, в радиус. Человек пятьдесят.

– Эльфов.

– Косые они на нашего сельского пастуха стали очень похожи, – закончила рассказ ведьма.

Орильр фыркнул и пожал плечами. Прежде ему казалось, эльф и косоглазие – это несовместимо, – но вот, пожалуйста, совместилось. Глядя на закат, тусклый и притененный облаками, Орильр думал, что их ждет на полях льна. И не рассчитывал на малые и легко решаемые проблемы. Потому что донос – начало больших бед для отосланных сюда. И он полагал, никто из хранов до конца не понимает, насколько все может оказаться плохо.