Решение - Михаил Михеев

К цели они вышли почти к полудню. Джоанна едва не проворонила этот момент и сообразила, что они пришли, лишь уткнувшись в спину киборга. Артур, обернувшись, предостерегающе дотронулся пальцами до губ и скинул рюкзак. Джоанна последовала его примеру, и дальше они шли уже осторожно, налегке. А еще через сотню шагов лес кончился так резко, словно его отрубили.

Зрелище, открывшееся перед Джоанной, было воистину эпическим. Высокий холм, тщательно очищенный от деревьев, и пирамида с плоской вершиной на самой высокой его точке. Сооружение было сложено из циклопических каменных глыб и сияло в лучах солнца так, что впору было зажмуриться. Артур, уловив, наверное, удивленный взгляд девушки, шепотом пояснил:

— Камень — обыкновенный песчаник, просто в нем то ли кварца очень много, то ли слюды. Не важно. Ты лучше смотри, что происходит.

Девушка послушно достала бинокль и едва удержала вздох удивления. Возле пирамиды собралось несколько сотен, может, даже около тысячи человек — полуголых, то ли с темной от природы, то ли покрытой густым красноватым загаром кожей. Они молча и неподвижно, словно каменные истуканы, стояли по обе стороны ведущей наверх лестницы, по которой к плоской вершине пирамиды двигалась странная процессия. Впереди — двое крепких мужчин в богато изукрашенной одежде, напоминающей одеяла с дыркой для головы и перевязанной роскошными поясами. Следом за ними — женщина в белом платье до пят и веревкой на шее. Конец веревки держал в руке один из четверки воинов, с копьями наперевес замыкающих шествие. И еще один человек, обнаженный по пояс, зато в черной шляпе с широкими полями, ждал их наверху.

— Что это? — недоуменно спросила Джоанна.

— Не знаю, — отозвался внимательно наблюдающий за происходящим киборг. — Здание напоминает пирамиды одной полулегендарной цивилизации на Земле. Если и предназначено для того же, то я этой бабе не завидую. Но построено оно сравнительно недавно.

— Откуда ты знаешь? — шепотом поинтересовалась девушка.

— Во-первых, когда проводилось картографирование, здесь ничего не было. Холм — да, имелся, до самой вершины заросший, а каких-либо строек века не наблюдалось. Во-вторых, состояние камней. Конечно, точные характеристики материала мне неизвестны, но в первом приближении оценить его можно. Я так прикидываю, этому капищу от трехсот до пятисот лет, вряд ли больше. Так, тс-с. Они уже почти наверху. Если я хоть что-то понимаю в таких церемониях, сейчас тот, который расположился выше всех, будет толкать речугу. Попробую ретранслировать.

— Ретро что? — не поняла Джоанна и тут же осеклась.

Лицо Артура словно окаменело, превратившись в ничего не выражающую маску. В следующий момент бескровные губы шевельнулись, и он заговорил. Шепотом. Чужим голосом, резким и скрежещущим, как плохо заточенная пила.

— …Господь наш Моисей, прими дар недостойных сынов твоих, вкуси плоть и кровь ее и яви лик свой…

Джоанна перевела взгляд обратно на пирамиду как раз для того, чтобы увидеть, как жрец — а кем еще может быть этот говорун — резко взмахнул рукой. Дальнейшего она не видела, ракурс был не самый удобный, но потом жрец вдруг распрямился во весь рост и поднял на вытянутых руках что-то… Что, Джоанна не видела, но, наверное, озвучила свой интерес вслух, поскольку Артур незамедлительно ответил:

— Сердце.

— Что?

— Сердце. Обычное человеческое сердце. Еще живое, кстати. Если я правильно думаю… Ну да, все верно, он его ест. Вот уроды, смешать древние бредовые сказки о турпоходе по пустыне с верованиями ацтеков — это надо ухитриться. Эй, ты чего?

Мог бы, кстати, и не спрашивать, поскольку Джоанна уже метнулась к кустам, где экстренно распростилась с остатками завтрака. Рвало ее долго и мучительно, до желчи, и когда девушка выбралась назад, то едва держалась на ногах. Артур, продолжающий наблюдать за пирамидой, бросил на нее короткий взгляд и протянул флягу с водой, которую Джоанна тут же, с благодарностью, и оприходовала, прополоскав рот и напившись. Вернув опустошенную на две трети посудину, она подошла к Артуру:

— Ну, что там еще… интересного?

Киборг, похоже, не обратил внимания на то, как ее передернуло от собственных слов, хотя и наверняка заметил это. Мрачно усмехнувшись, он ответил:

— Пока ничего, но, похоже, сейчас что-то будет.

— Думаешь?

— Прогнозирую. Ничего не происходит, но народ не расходится и пялится на пирамиду. И жрецы оттуда ушли, вот что интересно, стоят теперь вместе с остальными и тоже смотрят. Вряд ли на барельефы — они их и без того тысячу раз видели.

Барельефы Джоанна не видела, возможно, потому, что не приглядывалась, но вынуждена была согласиться с Артуром. Человек не будет просто так стоять и смотреть, наверняка вся эта толпа чего-то ждет. Приникнув к биноклю, она внимательно оглядела собравшихся. Ну да, так и есть, таращатся на пирамиду с таким вожделением, будто там голые бабы пляшут, разве что слюни не пускают. И похоже, то ли перепились, то ли обожрались какой-то дряни, что ломает мозги не хуже травяных сборов. Не зря Артур запретил ей связываться с травой, сейчас Джоанна поняла это как никогда отчетливо. И вот в этот-то момент все и началось.

С вершины пирамиды вдруг ударил в небо огненный столб. По сравнению с каменной громадой он был словно тонкая спица, но Джоанна видела, что на самом деле он велик. Артур это тоже подтвердил, бросив мимоходом что-то про «свыше двух метров в диаметре», но Джоанне было не до этих мелочей. Как завороженная она смотрела на клубящееся пламя, вначале ярко-красное, потом побелевшее и, наконец, ставшее бледно-голубым. Вокруг столба заплясали потоки ярко-желтых, красных, белых, синих и фиолетовых светлячков, несущихся с такой скоростью, что казались размазанными в воздухе, превращая пространство вокруг огненной колонны в море огненных кругов. Это было невероятно красиво, завораживающе и в то же время страшно. А потом на Джоанну нахлынула эйфория.

Это сложно было описать словами. Просто девушка вдруг почувствовала себя всемогущей и одновременно счастливой. Полностью счастливой, до состояния, когда не надо больше никого и ничего. Тело стало невесомым, как надутый воздухом шарик. Она была в состоянии увидеть всю планету или испепелить ее одним-единственным заклинанием… если бы захотела. А ей не хотелось ничего. Где-то на самом краю восприятия вдруг появилась какая-то странно знакомая тень. Кто это… Да не все ли равно… Вот сейчас она его молнией… И именно на этой мысли Джоанну вдруг грубо выдернули в реальность.

Переход обратно в материальный мир оказался жестким и болезненным. Неяркий вроде бы свет резал глаза, лицо горело, во рту стоял явственный привкус крови. Джоанна сплюнула, и тягучая слюна размазалась по воротнику. Она с трудом скосила глаза — слюна была красной.

— Ну что, пришла в себя?

Девушка повернула голову и обнаружила рядом с собой сапоги. Черные, изрядно заляпанные и очень знакомые. Кое-как переборов возникший от этого усилия противный звон в голове и вновь сфокусировав взгляд, она смогла рассмотреть и хозяина сапог. Ну да, Артур, кто же еще. Стоит над ней, бесстрастный, как скала, а значит, очень злой, и потирает ладонь. Ага, похоже, вот она и причина кровавой слюны — наверняка дал ей оплеуху. Как только голову бедной девушке не оторвал…