Семь чудес и ключи времени - Питер Леранжис

Все, нам конец. Мы с Эли и Марком, пригнувшись, бросились в сторону и бухнулись на землю в углу между похожим на теплицу зданием и скальной стеной.

Но грифон последовал за нами и скользнул по стене, выпустив когти в нашу сторону. На нас посыпались комья земли и каменного мусора, сметенного им с обрыва.

Издав яростный вопль, он развернулся и вновь атаковал скалу.

– Он хочет прорваться внутрь! – крикнул я. – Ему нужно что-то внутри.

– Что-то, начинающееся на «л» и заканчивающееся на «окулус», – откликнулся Марко.

Новый удар сотряс стену склона. Пришлось откатиться в сторону, иначе нам грозила участь оказаться раздавленными под лавиной камней и грунта.

Мой мозг работал на полную катушку. Касс находился вне зоны нашей досягаемости. До локулуса тоже было не добраться. На долю секунды в голове промелькнул образ папы. Он часто повторял, что у любой проблемы есть решение, остается лишь его найти.

«Помоги мне, пап!» – в отчаянии подумал я.

Когда грифон ударил по стене в третий раз, над нашими головами прогремел новый выстрел. Один из помощников брата Димитриоса опустился на колено у кувшина с оливковым маслом и целился прямо в грифона.

Тот, рыча от бешенства, приземлился всего в нескольких футах от нас. Мужчина поспешил спуститься по лестнице. Остановившись внизу, он выстрелил в третий раз. Мы все вздрогнули. Пуля прошила кожу грифона, и тот, наклонив голову, уставился на стрелявшего. Сделав два быстрых шага вперед, чудовище взмахнуло своими мощными крыльями. Монах с ружьем попытался уйти в сторону, но оказался недостаточно быстрым.

Порыв ветра подхватил его и сбросил за край плато. От его полного ужаса вопля у меня свело желудок.

Грифона явно не интересовали ни монах, ни собственная рана. На секунду он замер, глядя на пещеры к северу по склону. Я, конечно, вряд ли мог считаться экспертом по выражению морды грифонов, но и без того было ясно, что чудовище голодно. Как и у всех у нас, у него тоже не все шло гладко. Ему нужно было добраться до локулуса, но еще ему необходимо было подкрепиться.

И в этот момент на меня снизошло озарение.

– Если локулус внутри, – сказал я, – нужно помочь грифону его достать.

– Что?! – в унисон воскликнули Эли и Марко.

– Он запрограммирован на поиск локулуса, – пояснил я. – Это его первостепенная задача, так пусть он его получит. Но смотрите дальше. Он голоден. Бьюсь об заклад, как только локулус окажется у него, он тут же переключится на еду.

– Ага, и этой едой станет Касс! – возмутился Марко.

– Именно! – кивнул я. – Нам останется всего лишь добраться до него раньше грифона!

– Супер, чувак! – сообразил Марко. – Полезем прямо по склону!

Эли бросила на него уничижительный взгляд:

– И как ты собираешься это осуществить, мистер Бессмертный? Спустишься на шнурках? Да там десятки этих пещер! У нас уйдет неделя на поиски!

– Я знаю, затея рискованная, – вмешался я, – но это наш единственный шанс.

– Ох-хо-хо, – пробормотал Марко. – Поберегись!

Грифон медленно разворачивался, будто только что нас заметил. Он моргнул, затем оскалился, показав острые, поблескивающие от слюны зубы. Издав утробный свист, он начал загребать задними лапами, явно готовясь к атаке.

Рука Эли нашла мою и крепко сжала.

Марко посмотрел поверх головы грифона и с трудом сглотнул:

– Э-э… Злая птица? Ты явно не понимаешь, что я говорю, но у тебя большие неприятности…

Я посмотрел вверх. Двое мужчин из грузовика с оливковым маслом стояли почти на самом краю обрыва, в сотне футов над грифоном, и целились в него огромным валуном.

За спиной чудовища распахнулась металлическая дверь и с грохотом ударилась об стену. Грифон резко повернул голову, и в этот момент мужчины толкнули валун.

Он рухнул вниз, задев плечо чудовища. Его левая нога подогнулась. Взревев от боли и замешательства, грифон взвился вертикально вверх. Мужчины поспешили броситься наутек.

Стоило грифону взлететь, из монастыря выбежал брат Димитриос и начал поспешно спускаться по деревянным ступенькам на первый уровень. В руках он сжимал что-то большое, завернутое в золотую с вышивкой ткань.

Зависнув в воздухе, грифон повернул голову в его сторону.

И вдруг, громко крича, спикировал прямо на голову монаха. Брат Димитриос споткнулся. Шарообразное нечто вылетело у него из рук и поскакало вниз по лестнице, ударяясь о дерево с каким-то странным дребезжащим звуком. Прокатившись по всему плато, оно остановилось почти на самом его краю.

Покров слетел, явив под собой бронзовую скульптуру в виде огромного языка пламени футов в пять в высоту.

– Нет! – взревел брат Димитриос.

Увернувшись от атаки грифона, он бросился по ступенькам вниз, в погоню за скульптурой.

Я, в свою очередь, тоже ринулся вниз, пытаясь его опередить.

Я понятия не имел, как выглядит локулус. Но я знал, что Колосс сжимал в руке факел, прямо как статуя Свободы. И не зря же грифон вдруг обратил внимание на брата Димитриоса и эту скульптуру.

Все это могло значить лишь одно: вероятность того, что локулус скрывался внутри этого языка пламени, была очень высока.

Марко и Эли бежали позади.

– Отдайте его грифону, брат Димитриос! – крикнул я. – Пусть он его заберет!

– Только через мой труп! – рявкнул в ответ монах.

Он все же обогнал меня, подхватил пламя и побежал назад, по ступеням вверх, ловко уворачиваясь от атакующего грифона. Марко, Эли и я со всех ног бросились за ним. Но в начале следующей лестницы он вновь споткнулся, и в этот момент грифон спикировал.

Монах закричал, когда когти чудовища вонзились ему в плечо. Грифон встряхнул его будто сломанную игрушку, ударив по деревянным перилам, тянущимся с внешней стороны ступенек. Те с громким хрустом сломались.

Ряса брата Димитриоса порвалась, и он, скатившись по лестнице, упал прямо к нашим ногам, продолжая крепко сжимать в руках бронзовое пламя. Грифон опустился на ступени немного выше нас и приготовился к прыжку.

– Эй, мисс Несвежее Дыхание! – крикнул Марко, перепрыгнув через монаха и побежав навстречу грифону. – Никогда не играла в догонялки?

Он выдернул часть сломанных перил и поднял над головой, а затем резко рванул вверх по ступенькам и со всей силы ударил чудовище по клюву.