Нерушимая клятва - Андреа Кремер

Я ткнула его в грудь кулаком.

— Да ты ревнуешь.

Он ничего не ответил. Вместо этого он накрыл своими руками мои руки, прижав их к краю умывальника. Я оскалилась на него.

— Когда я сказала, что не хочу, чтобы ты оставлял меня, я не имела в виду, что ты должен тереться возле меня все время. Поэтому я хочу, чтобы сейчас ты оставил меня в покое. Кроме того, обстановка здесь не соответствует моим представлениям о романтике.

Он покачал головой.

— Три вопроса.

— Что? — спросила я, хмурясь.

— Первый: что именно тебя тревожит? — Увидев морщинки вокруг глаз, свидетельствовавшие об искреннем беспокойстве, я сменила гнев на милость.

— Меня беспокоят призраки. Шей сказал, что ему кажется, будто его везде преследуют тени. Я боюсь, что на самом деле это призраки, которые следят за ним, когда Боско нет дома, — сказала я, поежившись. — Это так опасно.

— Значит, ты волнуешься из-за него.

В глазах Рена промелькнула целая гамма чувств, но это произошло так быстро, что у меня не было шанса понять их.

— Мы же о призраках говорим, — пояснила я. — Конечно, я обеспокоена. Ты представляешь, что они могут с ним сделать?

Смысла лгать ему, говоря о том, что я не испытывала желания защищать Шея, не было. Я все равно была не в состоянии это скрывать. К счастью, по причине приказа, отданного Логаном, мне и не нужно было врать Рену. По крайней мере, пока.

Рен сжал зубы и некоторое время хранил молчание. Вскоре я увидела, что он принял какое-то решение; выражение, указывающее на борьбу чувств, исчезло с его лица.

— Да, это опасно, если, конечно, призраки действительно следят за ним. Но мы не можем сказать этого наверняка. Кроме того, Хранители хотят, чтобы ему ничто не угрожало. А значит, намеренно подвергать его опасности они не будут. Если призрак не находится под непосредственным контролем, он будет следить за любым человеком.

Рен перестал прижимать мои руки к краю раковины.

— Я бы не стал волноваться. Он странный парень. Может, ему просто померещились тени.

— Хотелось бы в это верить, — согласилась я и посмотрела на дверь, опасаясь, что кто-нибудь войдет и натолкнется на нас. — Ты говорил о трех вопросах?

— Второй: пойдешь со мной на охоту после уроков?

Рен наклонился ближе, улыбаясь краешком рта.

— На охоту?

— На нашей стороне горы пасется стадо оленей. Последнее время они слишком уж расплодились.

Услышав приглашение, мозг с готовностью отдал мышцам команду, они принялись самопроизвольно сокращаться. Но я покачала головой.

— Спасибо. Отличное предложение, но я не могу его принять.

— Почему?

На лице Рена появилось и исчезло разочарование. Я закусила губу и приняла решение сказать правду. Ну, скажем так, часть правды.

— Ты помнишь о том, что Логан попросил меня проводить как можно больше времени с Шеем?

Он ничего не ответил, но из груди донеслось красноречивое ворчание, полное скрытой враждебности.

— Я помогаю ему с уроками каждый день после занятий.

Ворчание в груди Рена оформилось в резкие, отрывистые слова.

— Каждый день?

— Приказ есть приказ, — ответила я, прикидываясь дурочкой.

— Да, верно.

Меня слегка покоробило, так как в его голосе мне отчетливо послышалась нотка, свидетельствующая о том, что вожак признал поражение.

— А третий вопрос? — поинтересовалась я, испытывая желание поскорее перейти к чему-нибудь другому и оставить, наконец, скользкую тему.

На губах Рена снова заиграла улыбка.

— А, третий, — сказал он, поднимая мое лицо за подбородок одной рукой и обнимая меня за спину второй. Он крепко прижал меня к себе, и мое сердце вновь пустилось в галоп. Одна рука у меня осталась свободной, и я воспользовалась ею, чтобы упереться в его грудь.

— Не поможет, Лилия, — сказал Рен. — Если хочешь избавиться от меня, придется придумать что-то посильнее.

Я набрала в легкие побольше воздуха и попыталась вырваться из его цепких лап, но он крепко держал меня, не давая сдвинуться, и улыбался, наблюдая за моими тщетными стараниями. Рен приподнял меня и усадил на раковину.

— Что ты делаешь? — крикнула я, впадая в панику. — Кто-нибудь может зайти!

— Если кто-нибудь увидит нас, то просто развернется и постарается незаметно уйти, — промурлыкал Рен мне на ухо, касаясь его губами. — Никто не встанет поперек дороги мне.

Его бедра прижались к моим коленям, раздвигая их. Юбка задралась. Я схватила его за рубашку и напрягла руки, чтобы не упасть в раковину. Рен просунул руки за пояс моей юбки. Я вскрикнула, почувствовав, как он крепко прижался ко мне, полностью раздвинув мои ноги. Внизу все загорелось, жар быстро распространился вверх, заполняя грудь. Мне показалось, что горячая волна вот-вот захлестнет меня с головой.

— Нельзя… — попыталась возразить я, но он приник губами к моему рту, не позволяя закончить фразу. От поцелуя закружилась голова. Я впилась пальцами в его плечи.

— Ты сказала, что не хочешь, чтобы я оставлял тебя, — произнес он, проводя языком по моей щеке. — Вот я тебя и не оставляю.

— Ты нарушаешь правила, — сказала я, едва дыша. — Ведь союз еще не заключен!

— Я сам устанавливаю правила общения с тобой, — ответил он, просовывая руку меж моих ног.

Силы покинули меня.

— Я не могу дышать.

— Значит, тебе нравится, — сказал он и снова поцеловал меня.

Краем глаза я уловила чью-то тень.

— Постой, Рен, — прошептала я, отстранившись от его губ. — Мне показалось…

Дверь, ведущая в коридор, распахнулась.

— О боже! — воскликнула медсестра Флинн, которая, впрочем, ничуть не была удивлена. — Я вам не мешаю?

Рен едва слышно выругался. С медсестрой Флинн спорить он не мог.

— Простите, мисс Флинн, я уже ухожу.

Я покраснела и принялась застегивать юбку, не обращая внимания на то, что моя блузка полностью распахнута.

— Спасибо за приятную беседу, Лилия. Увидимся на уроке.

Он снова наклонился ко мне и провел губами по лбу, наградил медсестру Флинн победной улыбкой и вышел из туалета. Я закрыла глаза и поспешно слезла с раковины.

Каким-то чудом мне удалось сохранить равновесие. Я была уверена, что повалюсь на пол. Подсознательно я все еще чувствовала себя в объятиях Рена, но ощущение вскоре растаяло, и вместо вожака стаи я увидела перед мысленным взором улыбающееся лицо Шея. Нет, так жить больше нельзя.

Раскатистый, мелодичный смех вернул меня к действительности. Медсестра Флинн подошла ко мне, захлопнув за собой дверь.