Испытание на прочность - Вера Чиркова

— Давно?

— Как сила пополнилась. Сначала сам не понял, а теперь все яснее это ощущаю. Мне кажется, они прячут рабов в глубине…

Ленс смолк, но Инквар уже понял, чего он боится. Что рабов не прячут, а просто сбросили куда-то, чтобы скрыть следы своих издевательств.

— Нужно сказать Зинерсу, — тотчас принял он решение и резко снял щит.

Свежий ветерок обдал прохладой, принеся с собой букет запахов и звуков. Пахло дымом, едой, грязными обносками рабов, бережно уносимых в купальню самыми сильными воинами, среди которых мелькнула внушительная фигура Кержана. Но сильнее всего несло зельями, этот дух, казалось, пропитал сегодня каждый шатер и каждого человека.

Оглядывая полянку, Инквар наткнулся на внимательный взгляд Зинерса, сделал ему знак «очень срочно» и направил повозку к пустому шатру со знаком братства мастеров. Поставил прямо у входа, легко спрыгнул с сиденья и приподнял полог, словно что-то ища.

Ленс так же стремительно проскользнул у него под руками, юркнул в прогретый солнцем полумрак полотняного убежища и тут же сбежал через задний выход. Инквар огорченно глянул вслед: полгода, проведенные в деревне, не избавили воспитанного подростка от застенчивости, какой отнюдь не отличаются дети наемников. Мальчишка никогда не напомнит о своих желаниях, когда от него ждут помощи в важном деле.

— Что случилось? — торопливо влетел в шатер глава братства.

— Две вещи. Главная — Ленс чувствует отца, и тот переместился куда-то вниз. Не нравится мне это. И второе — он все-таки еще ребенок и должен изредка отдыхать и перекусывать. Очень трудно несколько часов напряженно слушать чужие эмоции.

— А где он сейчас? — глянул на амулет Зинерс, не найдя мальчишку.

— Скоро прибежит, — указал на выход Инквар. — Нужно еще раз предупредить бандитов о том, как мы их накажем, если они попытаются… ну ты и сам все понимаешь.

— Уже вызвал Бранга и остальных советников, а к вам приставлю кого-нибудь из твоих друзей, чтобы больше никого не посвящать во все тайны.

Через несколько минут в шатер толпой ворвались искусники, притащили с собой чай и еду, накрыли стол.

Зинерс сам сообщил им новость Инка, и мастера тут же взялись писать новое сообщение для осажденных. И вскоре из усиленного магией рупора к терриконам уже летело грозное предупреждение.

Бандиты из последней банды, стоящие в очередь к коридорчику прохода, притихли, трусливо вжали головы в плечи, хотя и до этого угрюмо молчали, лишь изредка огрызаясь на свирепо поглядывавшего на всех грузного атамана.

— Они сильно боятся, — шепнул учителю Ленс, снова сидевший за занавеской в их повозке, помолчал и неуверенно добавил: — А вон тот толстяк очень злой и не хочет сюда идти.

— Понял, — еле слышно буркнул Инквар, притворно улыбаясь поглядывающим на него бандитам, и, защитив их обоих куполом, деловито осведомился: — Сможешь его удержать, если вздумает бежать? Или мастерам сообщим?

— Я его уже держу, — похвалился Ленс. — Он только этого не знает. Вот сейчас разожмет руки… вытащит из карманов…

Внезапно раздался пронзительный визг, переходящий в жутковатый вой, и тут же все увидели, как суматошно замахавший руками толстяк, подпрыгивая и вминая в щиты подельников, ринулся назад, к терриконам.

Несколько стрел и болтов вмиг нашли свою цель, и в тот же момент рядом с Инком тихо застонал его ученик. Забыв обо всем, искусник ринулся вглубь повозки, прижал мальчишку к себе, заглянул в пламеневшее горячечными щеками лицо:

— Ленс, что случилось?

— Сила… — выдавил сквозь стиснутые зубы юный маг. — Жжет…

— Скинь мне, — потребовал искусник. — Хоть часть.

— Не удержу, — шипел Ленс, и Инквар только теперь догадался взглянуть на его амулеты.

Все они горели жарким, на пределе, огнем, но искусник уже сообразил, как помочь ученику. Поспешно сорвал с себя несколько защитных амулетов, выхватил из кармана свирель и, попутно выбирая из всего энергию, сунул в ладони Ленса:

— Вот сюда.

Амулеты вмиг налились ярким светом, засияли кнопки свирели, а мальчишка, облегченно выдохнув едва слышный стон, обмяк в руках учителя. Инк сорвал с пояса фляжку, поспешно налил бодрящий отвар и поднес кружку к губам ученика. А потом просто сидел рядом, гладил парнишку по голове и шептал несвязные утешения, не зная, чем еще может помочь. В последние дни Ленс истово учился всему, что могло бы пригодиться в борьбе с врагами, и особенно целительству. И уже сам, без помощи зелий и амулетов, мог вылечить себе небольшую рану или простуду. Но ран у него не было, и Инквар не понимал, откуда он взял столько силы разом. Хотя начинал догадываться, но спрашивать ученика сейчас, когда почти рядом снуют толпы народа, не мог.

— Юдган? — заглянул в повозку встревоженный Мейлан. — У тебя все хорошо?

— У меня да, — сделал несколько стремительных жестов искусник и, заметив за плечом мастера еще двоих собратьев, еле слышно шепнул: — Нужны амулеты, любые, лучше защитные. Обязательно — разряженные.

— Много? — уточнил Гарат.

— Пока хоть несколько.

— Не подходите к нему… — прошептал Ленс. — У него в карманах…

И снова обессиленно смолк.

— Понял, — стремительно ринулся прочь старший мастер, а Гарат, ссыпав в ладони Инквара несколько амулетов, влез на место кучера и решительно повернул коня в сторону шатра.

— Бандиты никуда не денутся, — тихо бурчал он, прикрывая своей спиной Инка, заносящего ученика в полумрак их временного пристанища. — А вам беречь себя нужно. Ты ведь понимаешь…

— Не ругайся, — снова очнулся Ленс, глянул на учителя и бледно улыбнулся: — Спасибо. Я уже могу ходить.

— Лучше посиди пока, — усадил его в кресло искусник и направился к столу. — Чего хочешь, есть или пить?

— Пить… кисленького. — Мальчишка следил за стремительно летавшими над столом руками учителя, явно добавившего ему силы, и едва сдерживал непрошеные слезы.

До сих пор только папенька с маменькой и Лил источали такой поток тепла, заботы, тревоги и сострадания, какие изливал на него сейчас одетый клоуном искусник, постепенно ставший Ленсу больше другом, чем учителем. И эти искренние эмоции оказались неимоверно нужны и важны его растревоженной, вымотанной страшными видениями душе, впервые оторванной от всех, кто всегда питал его любовью.

— Юдган! — В шатер почти ворвались Зинерс с Мейланом. — Как он?

— Уже хорошо, — оторвался от кружки с холодным квасом Ленс. — Этот… толстый…

— Может, пока забудем о нем? — послал Инквару опасливый взгляд мастер. — Сначала отдохните.

— Нельзя. — В глазах мальчишки мелькнули взрослая ненависть и тревога. — Нужно идти туда. Он что-то знал… и боялся. А еще был очень злой.

— Поговорим и пойдем, — хмуро согласился Инквар с учеником, осознавая, как тот сейчас прав. — Но сначала сбросим силу в амулеты, у них еще полно заначек.