Некрасавица и чудовище - Анна Бруша

— Что он говорит? — заволновалась Клеа. — Я не все понимаю.

— Он принц. Его зовут Гис. А рядом с ним — морт’аэн. Нам про них рассказывали в цветнике. Это самые страшные темные маги. Говорят, они вообще не люди. Мы будем завтракать с ними, — быстро перевела я, обрисовав ситуацию.

— Наши маги дело так не оставят. Все эти подонки сдохнут мучительной смертью.

— Ох, ради Светлейшей, Клеа, молчи. Вдруг они нас понимают.

Принц Гис с интересом прислушивался к нашему разговору.

— И пусть! — ярилась Клеа. — Отец введет войска и не оставит здесь камня на камне.

— Но нам хорошо бы этого момента дождаться! — рявкнула я в ответ. — И не умереть. Потому что мертвым все равно — будут здесь камни или нет.

Клеа посмотрела на меня удивленно. Кажется, она обиделась. Я и правда была с ней резка.

— А вот и наша карета, — обрадовался принц.

Вдалеке поднялись клубы пыли. Послышался мерный топот, от которого сотрясалась земля.

— Варвары. Перемещаются не пойми как. Вылезли со своего дна, а внутри не могут порталы протянуть, — ядовито пробурчала Клеа.

Пыль приближалась с невероятной скоростью. Я видела карету, но не могла понять, кто ее тащит.

Кучер лихо затормозил, натянув поводья. Раздалось очень тонкое ржание и фырканье. Когда пыль осела, перед нами предстала шестерка крошечных, черных как смоль лошадок. Каждая не больше кошки. Коньки беспокойно топтались на месте, звеня подковками. Ими должен заниматься не кузнец, а ювелир. И от этих крошек дрожала земля? А еще у каждой лошадки изо лба рос витой серебристый рог.

Мы с Клеа смотрели на этих существ буквально с открытыми ртами.

— Королевский мышиный единорог, — сообщил Гис. — Только моя семья имеет право разъезжать на жеребцах черной масти.

Единороги были такими занятными, что я не сразу обратила внимание на возницу. Поводья держали костяные пальцы! На козлах восседал живой покойник. Он снял широкополую шляпу и с отвратительным шуршанием поскреб костяную макушку. В пустых глазницах черепа тлели зеленые огоньки, зубы слегка постукивали, словно он силился что-то сказать, но не мог. И самое страшное: под тяжелым запыленным плащом можно было различить лохмотья формы светлого боевого мага.

Тут я не выдержала. Стало так страшно, что здравомыслие и присутствие духа меня наконец оставили. Я завизжала.

— Всегда знал, что нет ничего более пугающего, чем светлые маги, — сказал Гис, смеясь. Он явно был доволен эффектом, произведенным его экипажем.

Принц лично подтащил меня к карете. Я упиралась.

— Это был достойный соперник, теперь он служит мне верой и правдой. Хотя его волю было нелегко сломить.

Прозвучало с некоторым восхищением.

— Вы н-н-некромант? — выдохнула я.

— Да, — подтвердил принц. — Прошу!

Меня втолкнули на мягкое, обтянутое бархатом сиденье, рядом уселся морт’аэн. Клеа и сам принц Гис расположились напротив. Клеа демонстративно отвернулась от своего соседа и смотрела в окно.

— Клеа, принц Гис — некромант, — сказала я и продолжила: — Наш возница был светлым магом.

Ее лицо исказила легкая гримаса отвращения и суеверного ужаса.

— Мужайся, Магда. Мой отец нас спасет, — уверенно сказала принцесса.

Она постаралась отстраниться от некроманта, но тот, наоборот, придвинулся к ней поближе и заглянул в окно с ее стороны.

— Путь до моей цитадели будет долгим.

И весьма фамильярно похлопал Клеа по коленке.

Мне стало стыдно за свою панику. Нужно принять то, что нас окружают одни чудовища, и постараться сохранить достоинство.

Карета тронулась. Королевские мышиные единороги понеслись во весь опор. За окном серо-песочными полосами мелькала пепельная степь.

— Так, — сказал принц Гис. — Говори, Моран. Отчего ты столь мрачен, друг мой?

Я украдкой взглянула на морт’аэна. Тело расслаблено, но вместо лица клубится тьма, и понять, о чем он думает, невозможно.

— Да знаю, знаю. Ты говорил, что опасно вдвоем идти к Светлым. Но ты стоишь сотни их магов, — принц рассмеялся. — А что? Получилась весьма освежающая прогулка…

— Зачем тебе пленницы? — спросил морт’аэн.

Принц пожал плечами и улыбнулся.

— Посмотрим, — уклончиво ответил он. — Разве тебе не интересно узнать, почему за светлыми девицами явилась целая толпа боевых магов? И одна им очень уверенно приказывала? А?

Положение морт’аэна не изменилось. Похоже, ему не было интересно.

— Полагаю, они из благородных светлых родов. Я прав? — принц обращался прямо ко мне.

Я не знала, куда деваться. Нельзя, чтобы Темные узнали, что к ним попала ее светлейшество — дочь правителя.

— Не молчите дамы, представьтесь.

Мы с Клеа переглянулись и… все же промолчали.

— Ладно, пока оставим этот вопрос, — легко отступился принц. — На пустой желудок разговор не клеится. Не пытать же вас, в самом деле?

Некромант откинулся и прикрыл глаза. Вскоре его дыхание стало ровным и глубоким. Он просто заснул. Голова покачивалась в такт движению кареты.

Пейзаж за окном сменился. Теперь мы ехали по лесу. Древние деревья опутывал мох. Он свисал с ветвей до самой земли. Когда карета проезжала мимо, клочковатые бороды шевелились.

В конном путешествии есть определенная прелесть. Когда ты переносишься порталом, то лишен подобных прекрасных видов. А еще под стуж колес хорошо думалось. Если сейчас надавить на рунку, распахнуть дверь кареты и выпрыгнуть… Со связанными руками бежать неудобно. Да и как освободиться от пут — непонятно.

Морт’аэн хранил молчание. Он пошевелился, и его бедро прижалось к моему. Этот, в отличие от принца, не спал. Тьма повернулась в мою сторону. Я чувствовала на себе обжигающий взгляд и не знала, куда деваться.

— Нравится?

Принц уже открыл глаза и внимательно наблюдал за происходящим. Моран не ответил, но отвернулся.

Мы выехали из леса и оказались в предгорье. Тут единорогам пришлось трудно, дорога начала уходить вверх. Я приникла к окну. Впереди виднелась совершенно неприступная отвесная скала, которая приближалась с пугающей скоростью.

Но вот в ней начал образовываться провал, словно скала была живая и открывала пасть, готовясь нас поглотить. Провал превратился в портал, который перенес нас во двор черной цитадели.

Принц галантно помог Клеа выйти из кареты и потянулся так, что хрустнули суставы.

— Дом, милый дом. Тут можно освободить вам руки.

Он достал кинжал Клеа и срезал веревки.

Я растирала затекшие запястья и осматривалась. Очень подходящее жилье для некроманта. Замок окружен глубоким рвом. В резных орнаментах, которые украшали многочисленные балюстрады и высокие стрельчатые арки, основной темой были черепа и кости. Горгульи щерили пасти острыми зубами.