Морская ведьма - Екатерина Оленева

– Оскорбить? Нет! Я испытываю к Нереин глубочайшее почтение.

– Ой, хватит! Почтение он испытывает. Я помилую тебя. Ты верно служил мне. Но впредь не смей оступаться.

– Госпожа, но наши чувства…

– Я поняла! Не стоит повторяться дважды. Учти, я такая милостивая отчасти потому, что не хочу огорчать мою дочь. И не думаю, что сказочка о твоём высоком происхождении сможет вдохновить Ворикайна дать согласие на ваш брак.

– А вы, госпожа? Вы бы как в этому отнеслись?

– Я поразмышляю об этом на досуге, но ничего обещать не могу. А пока я думаю, во избежание неприятностей держись от Нереин подальше. Ты меня понял?

– Да, госпожа.

– Свободен. И чтобы пока не разрешу, я тебя рядом с дочерью не видела.

Фабиан кивнул, но на лице его застыло упрямое выражение.

Господи, как же с детьми сложно! И не важно, в каком они возрасте – легче не становится. Но с этой мысли на ум пришло то, что детство Нереин прошло мимо неё. А грустить Марихат не хотелось. Что толку? Нужно поговорить с дочерью. Та, должно быть, ждёт?

Нереин и вправду ждала, нервно прохаживаясь по комнате туда и сюда, подметая пышными юбками пол.

Охрана покорно растворила перед Марихат дверь, и та вошла в палаты. Нереин скользнула к матери навстречу:

– Сударыня, вы уже говорили с отцом?

Её влажные от волнения пальцы сжались на руке матери:

– Не говорите, пожалуйста, умоляю вас! Я даже не знаю, что отец сделает. В последнее время он и вовсе сам не свой. А Фабиан –он ни в чём не виноват. Это я просила его прийти! Я его позвала и…

– Помолчи, – тихо оборвала её Марихат.

Она не хотела использовать дочь как орудие против Ворикайна, но ничего не могла с собой поделать – мысленно поставила галочку напротив чувств дочери к приручённому ею белому волчонку. Пообещав Нереин желаемое можно будет перетянуть девушку на свою сторону. Кроме того, почему – нет? Фабиан говорит правду. Крэсэ – древний, благородный род, а если ему вдруг не хватит богатств? Что ж? На дне морском много золото из затонувших кораблей и ещё больше – жемчужных раковин.

– О чём ты только думала, дочка? Хорошо, что только я видела? А если бы кто ещё? Какой тебя посчитают люди? Что скажут о воспитании твоего отца? Как жаль, что ты поступила столь опрометчиво и необдуманно.

– Матушка, если он умрёт, я… я не знаю…

– Да что с тобой? – ласково провела рукой по щеке девушке Марихат, получая от прикосновения к дочери чистую, незамутнённую, ни на что не похожую радость. – Ты из-за любви словно совсем разума лишилась?

«А кто не лишался его до тебя? И сколько ещё лишится позже? В этом-то и вся силы любви, в этом и её ужас».

– Ты действительно его любишь? – мягко спросила она.

Нереин вздохнула, покачав головой. По округлой щеке скатилась слеза:

– Когда вижу его, сердце выпрыгивает из груди. Я думаю о нём постоянно, днём и ночью. Разве это не любовь?

– Возможно. Но постарайся не поддаваться чувствам. Чувства преходящи. Они, как листва на деревьях или волна в океане – уходят и приходят вновь. Если поддаться им, они способны разрушить сердце и душу. А ты такая красавица, что любой от любви обезумеет. Вот и Фабиан один из таких несчастных.

– Что же будет? Неужели нет надежды быть вместе?

«А ведь малышка не промах, – с доброй усмешкой подумала про себя Марихат. – Она пытается мной манипулировать. Мол, помоги мне получить то, что хочу я и, возможно, мы поладим. Но что поделать? Всё в мире имеет цену».

– Сейчас нельзя сказать так однозначно, дорогая моя девочка. Любому плоду нужен срок, чтобы он успел вызреть. Возможно, придёт время и всё решится к твоему удовольствию.

Когда Марихат вернулась в свою комнату, её штормило от усталости и всё, о чём она могла мечтать – это постель.

Но мечтам о сне не суждено было незамедлительно осуществиться. В комнате её дожились незваные гости. При чём их присутствие Марихат заметила не сразу. Войдя к себе, она принялась разоблачаться, скидывая с себя надоевший ворох одежд, когда из-за угла увидела движущуюся на неё тень.

Марихат почти мгновенно перекинулась в боевую форму, перетекая из человеческой ипостаси в нага. Огромный шипастый хвост взвился по направлению к непрошенному посетителю, но в воздухе столкнулся с блоком, выставленным таким же нагом.

Вернее, нагиней.

Перестроившееся зрение помогло разглядеть гостью – белокожее, как рыбье брюшко, лицо; светлые, как бесцветные водоросли, волосы. Светлую радужку пересекал острый кошачий зрачок, а между бледно-розовыми губами сверкали острые змеиные резцы.

– Госпожа, я не несу с собой угрозы, – хвост, обвившийся вокруг хвоста Марихат, ослабил кольца и в следующий момент развязал их, отодвигаясь в сторону.

– Асиэль? – удивлённо прошипела Марихат. – Что ты здесь делаешь?

Асиэль была в штате при дворе и долгие годы выполняли при ней роль наперсницы и охраны. В своё время девушки серьёзно повздорили, после того, как, прознав о планах своей принцессы сбежать наверх, к людям, фрейлина предано обо всём доложила своему царю. В итоге Марихат всё равно сбежала и долгие годы люто ненавидела свою наперсницу. И Асиэль старалась не провоцировать её и не раздражать, лишний раз избегая маячить перед глазами.

Конечно, гнев Марихат давно утих, она повзрослела и пережила достаточно, чтобы теперь в действиях бывшей служанки увидеть не предательство, а как раз доказательство верности. И всё же её появление здесь и сейчас не могло не встревожить. Мозг начал подкидывать идею одну за другой, что могло означать это появление – что-то случилось с отцом? Разведка донесла, что скоро здесь станет слишком жарко, и отец прислал Асиэль об этом предупредить? Но тогда резонней было послать какого-нибудь воина?

– Госпожа, – нагиня склонила голову в знак почтения и в следующее мгновение приняла человеческий облик.

Марихат последовала её примеру.

– Как ты сюда попала? – требовательно вопросила она.

– В ваших покоях есть замечательный фонтан. Вода в нём никогда не пересыхает и соединена с подземными источниками и колодцами. Этого оказалось достаточно, чтобы построить портал переноса.

– Ясно. Хотя вопрос остаётся – как ты узнала об этом?

– Мне и раньше доводилось посещать дворец Лорда Молний. Пока вы находились в плену у инкуба Его Величество несколько раз присылали во дворец гонцов для связи, когда вели переговоры о вашем возвращении.

– Очень мило. Ты пришла удостовериться, что со мной всё в порядке? – попыталась догадаться Марихат.

– Не совсем так, госпожа. Скорее, я пришла просить вашей помощи.

Признаться, Марихат ожидала чего угодно. Вот только не этого.

– Помощи? Признаться, я не могу даже представить в каком деле я могла бы оказаться помощь всемогущим Детям Моря.