Морская ведьма - Екатерина Оленева

– А я? – вмешалась в беседу мужчин Марихат. – Я могу быть бойцом против тебя?

– Возможно. А ты хочешь против меня бороться?

– Не знаю. Я ещё не решила. Откровенно говоря, сижу тут, слушаю вас и понимаю, что финал всей этой истории предопределён. И единственным правильным решением будет сбежать отсюда. Если я хочу выжить, конечно. Потому что вас ждёт поражение и гибель.

– Какая ты сегодня добрая, – усмехнулся Ворикайн. – Получается, ты со всех в нас не веришь?

– Даже не стану уточнять, кого ты подразумеваешь под «нас». Факт в том, что выиграть у вас шанс только в том случае, если Тахогор ещё глупее, чем вы оба вместе взятые или по отдельности. Что мне представляется маловероятным. И ещё, Ардор, мне кажется, пытаясь убедить Лорда Молний в том, что твои услуги для него важнее, чем его для тебя – ты больше, чем лукавишь. Ты нагло врёшь.

– Интересно, с чего такие выводы? – насмешливо поинтересовался Ардор.

– С того, что слишком много шума из-за новорожденного младенца, кем бы этот новорожденный не был, никто устраивать не будет. А здесь сам и лично… он идёт сюда не за Ворикайном. Он идёт сюда за тобой. И тебе действительно позарез нужен козырь. И этим козырем ты упрямо пытаешься сделать меня, пытаясь поставить моего отца в такое положение, при котором он вынужден будет ввязаться в конфликт. Но предупреждаю сразу – этого не будет. Морской народ не станет ввязываться в эту историю, чем бы она лично мне не угрожала. Так что единственное, что ты можешь получить, это меня и мои колдовские силы.

– Не так уж и мало на самом деле, – галантно улыбнулся Ардор.

– Но меньше, чем ты рассчитывал получить. Так или иначе, я не против уничтожения вашего Тахогара. Кто бы из вас не занял пост Главы Красного Ковена, я надеюсь, он будет куда более терпимым к людям и нагам. Хотя полной уверенности у меня в этом нет. Когда борешься с драконом, самой страшной опасностью предполагается возможность быть им съеденной, в то время как настоящий ужас заключается в перерождении того, кто взялся бороться со всемирным злом, а в результате им же сам и становится. История, старая как мир и повторяющаяся неоднократно.

– Тут всё уже успели переродиться, любовь моя, и не по одному разу, – процедил Ворикайн. – Поэтому этой опасностью никого из присутствующих не напугать.

– Предлагаю сделать следующее: заключить перемирие, – вынесла вердикт Марихат. – Оставить всё внутренние разногласия и выступить против общего врага единым фронтом. Если наш план увенчается успехом, в итоге мы сможем контролировать всё. Вот тогда и начнёте делить всё, что пожелаете – территорию и женщин.

– Нас не интересуют женщины, – усмехнулся Ардор. – В данном конкретном случае нас интересует только одна женщина.

– Не будем обсуждать нюансы. Мысль была о том, чтобы бороться вместе, пока совпадают интересы.

– Твой-то интерес в этой борьбе в чём? – мрачно поинтересовался Ворикайн.

– Я предпочту видеть тебя живым. Ну, пусть даже условно – живым.

– Ты мне льстишь, – усмехнулся Лорд Молний. – Но всё равно приятно. Что скажешь, Ардор, на предложение нашей милой дамы?

– Желание дамы – закон.

– Вот видишь, дорогая, теперь и тебе льстят. Ну что ж? Раз мы союзники, полагаю, нужно позаботиться о комфорте нашего нового друга, его пищи и – безопасности других. И нет, Ардор, не смотри в сторону Марихат – так далеко моё гостеприимство не заходит. Я пришлю к тебе одну из девушек. Или ты предпочитаешь юношей? – надменно приподнял бровь Ворикайн.

Ардор улыбнулся ему открытой и издевательской улыбкой:

– Тебе как никому другому известно, что нет. Если только уж совсем в крайней степени голодухи.

– Отлично. Сойдёмся на девушке. Или двух. Можно и трёх, но с одним условием – я бы был тебе благодарен, если бы ты оставил их в живых.

– Договорились, – кивнул Ардор. – Мы скоро увидимся, – обратился он уже к Марихат.

Она дружелюбно кивнула. Хотя на самом деле дружелюбия не испытывала. Неприятно было думать об о тёмной стороне инкубов, об особенностях, позволяющих этому виду выживать.

Ардор, бросив в её сторону взгляд, который Марихат затруднялась бы прочитать, покорно последовал за Ворикайном. И эта покорность настораживала. Она так и не научилась ему верить.

Марихат, оставшись в одиночестве, пыталась припомнить информацию о Главе Красного Ковена. Ещё до обращения это была довольно интересная личность. Хотя, сложно сказать, насколько правдивы были то ли слухи, то ли легенды о событиях полу-тысячитилетней давности.

Но согласно тем самым слухам, нынешний глава начал с того, что отправился на Земли Демонов чтобы покончить с ними. Согласно одним источникам он был магом, согласно другим – охотником, но так или иначе, всего его устремления обратились прахом. А он переродился в того, на кого изначально планировал охотиться и по своей жестокости превзошёл очень и очень многих.

– Ты ему веришь?

Марихат вздрогнула, расслышав голос Ворикайна над собой. Она не слышала, как он вернулся, и он это понял и кажется остался весьма доволен своими новыми способностями – прежде ему никогда не удавалось подкрасться незамеченным.

– Ты спрашиваешь о том, верю ли я в искренность чувств того, кто чувствами питается? – с усмешкой протянула Марихат. – Сам как думаешь?

– Мне не единожды приходилось наблюдать за тем, как Ардор зачаровывал и уничтожал своих жертв. Он силён и хорош в своём деле.

– Звучит так, будто ты ему завидуешь – хотя нет, не так. Ты хотел бы быть им. Обладать теми же качествами? Я правильно тебя понимаю? Я задам тебе некрасивый вопрос и надеюсь, ты ответишь мне честно.

– Хочешь знать, не было ли у нас романтической связи, в добавок к шпионской линии и к линии господина и его преданного слуги? – с усмешкой спросил он. – Нет. Хотя в молодости моё восхищение им было так сильно, что едва ли отличалось от влюблённости. Ты права – когда-то этот человек, если такое слово ещё можно к нему применить, оказал на меня огромное влияние. Но это было до нашей встречи. Твоё влияние было куда сильнее.

– Звучит уклончиво. Ты спал с ним?

Ворикайн ответил насмешливый и прямым взглядом:

– Нет. Я оказался достаточно ценным для того, чтобы меня просто сожрать и недостаточно ценным для того, чтобы пытаться привязать к себе настолько крепко. К тому же Ардор всегда предпочитал женщин.

– Я слышала, эти твари всеядны.

– Твари?.. Твоими стараниями я теперь точно такая же, как ты выразилась, тварь.

– И это изменило тебя?

– А ты как думаешь?

Марихат с любопытством окинула взглядом старого врага, друга и любовника:

– И какого это – стать демоном? Что ты чувствуешь?

– Жажду. Всё чувства обострены, и ты каждый раз боишься сделать новый шаг, чтобы не расплескать то, что переполняет тебя – желание, гнев. Я слышу звуки лучше, а краски вокруг – ярче, а нервная система словно в любой момент готова дать искру и превратить всё вокруг в один большой пожар. И я боюсь дать волю тому, что живёт во мраке моей души.