Следуя зову - Кристи Кострова

— Ты уверен, что нам действительно нужно заезжать в эту деревню? — обратилась Брисса к Дэмиору.

День уже клонился к вечеру, и снова пошел снег. Лошади фыркали, но шли бойко — после Риогалла мы не жалели фуража.

Стоянку под стенами города мы покинули, едва рассвело. После визита умертвия уснуть больше не удалось, и мы, наскоро разведя костер, приготовили травяного отвара — завтракать не хотелось. Серебряную бляшку, что осталась от Крофа, передали крестьянам, спавшим поблизости. Они отнесут ее в храм Мафрины, и жрецы упокоят душу.

Весь день мы следовали по тракту. Теперь леса не скрывали горы, и они, увенчанные шапкой снегов, виднелись впереди. Это зрелище завораживало. Пару часов назад мы сошли с дороги и углубились в лес. Он был тих и с радостью встречал меня, но то тут, то там мне чудилось рычание крэйтаров, отчего я нервно вздрагивала.

— Нужно, — ответил Дэмиор. — Здесь мы добудем все оставшееся для перехода. Мы уже почти приехали.

Он не обманул: спустя четверть лиги деревья разошлись и перед нами показалась небольшая деревня. Я облегченно выдохнула. Не хотелось бы ночевать в чаще леса, а до тракта до темноты не добраться.

Встретили нас настороженно. Глядя на недружелюбные лица, я вспоминала то поселение, где погиб мальчик. Женщины, едва завидев нас, прятали детей, а мужчины недобро ухмылялись.

Когда Дэмиор спешился около крепкого домика, окруженного забором, и постучал в дверь, вокруг нас уже собралась целая толпа. Крестьяне ненавязчиво поигрывали топорами, и все внутри скрутилось в тугой узел от страха. Проводник же смотрел невозмутимо, словно не происходило ничего особенного. Спустя пару бесконечных минут во дворе отозвались собаки, вслед за ними раздался мужской голос:

— Тише-тише, окаянные!

Загромыхали замки, и дверь отворилась.

— Дэмиор? — хозяином оказался невысокий расплывшийся мужчина лет пятидесяти.

Толпа вокруг нас поредела: убедившись, что селянин нас знает, крестьяне разошлись.

Мужчина, казалось, искренне обрадовался Дэмиору, но стоило нам поставить лошадей в стойла, как первая радость схлынула — его глаза забегали, а улыбка вдруг стала натянутой.

— Это Арайн, мой давний приятель, — представил проводник, когда мы оказались внутри жарко натопленного дома, — Это Брисса, Орис и Олан. Я веду их через горы.

Арайн округлил глаза:

— Вот уж не думал, что ты еще водишь путников. Особенно девушек, — хозяин мазнул взглядом по животу Бриссы.

Дэмиор, не смущаясь, устроился в роскошном кресле, нелепо смотрящемся в крестьянском доме, и снял куртку, блаженно греясь у печи.

Я последовала его примеру — после долгой дороги тепло казалось невероятно обжигающим.

— Вожу, как видишь. Надеюсь, наш с тобой договор в силе? — приоткрыв глаза, строго глянул Дэмиор.

— Конечно-конечно, — засуетился толстяк и позвал дочь, чтобы та собрала на стол. Я вызвалась помочь, но меня усадили отдыхать.

Ужин был плотным, а Арайн болтал без умолку, рассказывая последние новости, что приходили из города.

— Крэйтары шастают, даже в горах видели их. Совсем житья от них не стало, а маги до нас никак не доберутся! А по весне-то их сколько народится новых!

Дэмиор слушал внимательно, но от стаканчика сансии отказался. От меня не укрылось то, что и сам хозяин от выпивки воздержался.

— Ладно, Арайн, не пугай мне девушек, — переведя взгляд на Бриссу, я увидела, что фандрийка побледнела, да и я, пожалуй, выглядела не лучше.

Хозяин дома неприятно хихикнул, и мне вдруг подумалось, что сам он ни разу не сталкивался с этими зверьми. Тот, кто видел, как умирают его товарищи, не стал бы смеяться.