Принц темных улиц - Анна Рэй

День неожиданных находок и встреч

С момента расставания с Магдой прошло несколько дней. Эрик не ожидал, что будет так сильно скучать. Страсть и желание грозили перерасти в нечто большее, и это пугало. Нет, он не боялся самих чувств, не бежал от ответственности. Скорее переживал за то, что ввязывается в опасную авантюру и Магде может грозить опасность. И конечно же не мог предугадать, как именно она воспримет правду о его родстве с императором Белавии и о том, что он замыслил. Да, пока Алитар вычеркнул их с Августой из истории, но может так произойти, что правитель вспомнит о детях Агнуса и решит устранить. Поэтому необходимо поторопиться и упредить удар. Но все, что наследный принц Алан мог себе позволить, – это ждать вестей от Берка.

Чтобы отвлечься и от мрачных мыслей, и от нахлынувших чувств, Эрик с головой погрузился в работу. Днем он занимался заказами в мастерской, а ночами по чертежам и схемам отца строил пространственный переход, соорудив в мансарде пирамиду с резонаторами. Перемещениями в прошлое Эрик и его друзья решили не увлекаться, а договорились наладить переход из Ингвольда в Эльхас. И с этим пока ничего не получалось. Послания, которые он отправлял Райнеру, оставались без ответа.

Как и прежде, мастер механики наносил регулярные визиты Ле’Ройсу, который, похоже, совсем расклеился, и на плаву его держали только маленький сын и работа.

Следствие по делу Фионы не закрыли, как предполагал Фрайберг. Но, по мнению вдовца, дело окончательно зашло в тупик. Допрос магов смерти ничего не дал, у каждого члена малочисленной общины на момент убийства нашлось алиби. Жрица и послушницы в один голос утверждали, что в храме сводничеством никто не занимается, а все намеки полиции – гнусный поклеп. Прошлое Фионы тоже вроде бы подтвердилось. Пока Эрик был в Дардании, Ле’Ройс с детективом Фризом посетили улицу Беттлер. Там, где ранее находилось ветхое жилище семьи Кормик, теперь стоял новый дом. Жители соседних лачуг с трудом припомнили, что случилось с девчонкой из девятого дома: кто-то считал, что она сгинула в огне вместе с отцом, а кто-то утверждал, что дочь сбежала от папаши-насильника, а может, и сама устроила пожар.

Хотя Эрик дал себе зарок больше не вмешиваться в расследование, но не удержался и утром отправился в участок.

– Зря Фриз затягивает с этим, будто у нас других дел нет, – посетовал Кроули, когда Фрайберг заглянул к нему в кабинет. – И с палачом из Айзенмитта неловко вышло. Но тут уж моя вина, сам настоял на приезде. Хотел как лучше, а получил нагоняй от Грубера.

– Мэр пришел в себя? – насторожился Эрик.

– Приходит, правда, с постели пока не встает. Но все чаще спрашивает о невесте. – Шеф недовольно покосился на Фрайберга.

– Боюсь, это все, что ему остается. Спрашивать и сожалеть, – довольно хмыкнул мастер механики.

– Ты давай мне тут не умничай! И без твоих любовных приключений голова кругом идет! Слухи вон по городу поползли, что полицаи без суда и следствия подозреваемых убирают! И что мы убийцу-насильника словить не можем. А железнорукие с «Червями» опять грызутся, не хватало мне очередной заварушки! Вызвал их тут давеча всех, попросил хотя бы на время следствия не устраивать в городе потасовок…

Наворчавшись, шеф полиции уткнулся в какой-то документ, сделав вид, что сильно занят. Эрик тоже был не в настроении цапаться с Кроули. Пожелав хорошего дня, он поторопился покинуть кабинет главы полиции и направился к выходу. Но затем, миновав входную дверь, прошел по коридору дальше и заглянул в комнатушку, где обитали детективы.

Старик Фриз сидел спиной к двери и увлеченно чистил пистоль. Детектив Липсиус полулежал за соседним столом, сдавленно охая. В спертом воздухе витал устойчивый запах перегара, а раскрасневшийся Липсиус то и дело икал. Заметив Эрика, он приподнялся на локтях и улыбнулся. А вот Фриз, с упоением начищавший щеточкой детали затвора, не сразу увидел вошедшего. Лишь когда Эр прокашлялся, старший детектив поднял взгляд, и его губы тронула скупая улыбка. На время следствия Фриз удивительным образом позабыл былые распри, не осыпал, как раньше, Рыжего Эра проклятиями, наоборот – оживленно рассказывал о ходе следствия. Только в последние дни старик пал духом, даже перестал мрачно шутить.

– Сам зашел или тебя Кроули подослал? Знаю, шеф хочет, чтобы я поскорее закрыл это дело.

– А сами вы чего хотите? Ведь признания Фроля есть, никого из мертвяков не поймали.

– Признания-то есть, но без деталей. А как без них дело закрывать? Где и в котором часу Фроль встретился с Фионой – неизвестно! Как именно душил и насильничал – тоже молчок…

– Кто ж тебе в деталях расскажет, как насильничал, – фыркнул Липсиус, прислушиваясь к разговору. – Признание подписал, и хорошо!

Фриз бросил на коллегу уничижительный взгляд, и тот, икнув, отвернулся к окну. А старший детектив отложил затвор в сторону и поманил Эрика пальцем.

– Я ведь почему за это дело взялся, – прошептал он, как только Фрайберг склонился над ним. – Видение у меня вначале было. А со мной в последнее время это редко случается. Вот и подумал, что дар вернулся.

– И что же вы видели?

– Овраг возле храма. Чуйка у меня возникла, что в том овраге нашу фрау и убили, – признался Фриз, придав голосу таинственности.

– Лицо убийцы не разглядели?

– Мой дар так не работает, – посетовал старик. – Я по молодости, когда расследовал особо тяжкие, всегда видел место убийства. Потом улики собирал, свидетелей опрашивал, и все как на стержень нанизывалось: улики, показания, признания. А тут – не собирается. Потому что мотив нащупать не могу!

– Так, может, тогда от места убийства плясать? – предложил Эрик. – Овраг возле храма хорошенько нужно прочесать…

– Да прочесали уже несколько раз! Я ж еще в первый день дал указание полицейским из отдела урегулирования обследовать местность, а к тому дальнему выходу из храма человечка приставил.

– И как? Что-то обнаружили?

– Есть кое-что, – кивнул детектив и достал из кармана клетчатый носовой платок. – Только не уверен, что это относится к нашему делу.

Детектив развернул ткань, показав изящную золотую серьгу с крупным зеленым камнем. По всему видно – дорогая вещь.

– И? – нетерпеливо поинтересовался Эрик.

– И ничего, – отмахнулся Фриз, убирая находку в карман. – Я-то думал, может, Фионе принадлежали? Но вдовец вещицу не опознал, на ней в день убийства другие серьги были.