Повелительница леса - Татьяна Май

— Госпожа, я понятия не имею, о чем вы, — развел руками эльф и со смехом обратился к Ульвару: — Одна моя знакомая как-то тоже перебрала с вином на балу, так ей везде мерещились убийцы.

От злости я скрипнула зубами, поняв, что он говорит о моем поведении на маскараде в честь дня рождения Элрика, а Морнэмир улыбнулся еще шире. Прядь волос упала ему на глаз, придав шаловливый мальчишеский вид. Видимо, вся ситуация его здорово забавляла. Ульвар еще раз извинился и грубо потащил меня обратно.

— Глупая рабыня, — ворчал он. — Зачем ты подошла? Благодари богов, которые вовремя закрыли твой болтливый рот! Не хватало еще нарваться на патруль, тогда не миновать мне огромной пошлины.

Я обернулась, чтобы еще раз злобно взглянуть на Морнэмира, а он быстро кивнул в сторону Ульвара и выразительно округлил глаза. И как прикажете это понимать? Почему этот прохвост не пожелал признать, что мы с ним знакомы? Может, у него при себе денег нет?

Приблизившись к столу, Ульвар грубо пихнул меня почти в объятия Снора.

— Уведи их в повозку. Выезжаем через четыре часа.

Снор кивнул. Мы цепочкой потянулись за ним к выходу. Проходя мимо Морнэмира, я увидела, как он достал целый мешочек золотых монет, чтобы рассчитаться за вино. Получается, деньги у него есть! Я послала ему гневный взгляд, но он сделал вид, что ничего не заметил. Негодяй!

— Испортила нам ужин! А я еще хлеба с маслом не поела! — ворчала Ида, забираясь в стоявшую на конюшне повозку. — Поскорее бы Ульвар тебя продал!

— Прошу тебя, помолчи! Или я подмешаю тебе в еду отраву! — огрызнулась я, но, увидев испуганные выражения лиц Иды и Марны, тут же пожалела о собственной вспыльчивости. — Простите, ничего такого я, конечно же, не сделаю. Просто я думала, что там сидит мой знакомый, который сможет меня выкупить, но онв общем, я обозналась.

Марна успокаивающе похлопала меня по руке.

— Все они перестают тебя узнавать после того, как дашь слабину, — «утешила» Ида, пытаясь поудобнее улечься на соломе.

Я не стала уточнять, что она имеет ввиду, к тому же нас с Морнэмиром ничего не связывало, кроме одного ничего не значащего поцелуя.

Я улеглась на жесткий пол повозки и ждала, пока все заснут. Ида сраху же захрапела, как старый хряк. Когда дыхание Марны стало ровным, я села и чуть отодвинула в сторону холстину, покрывающую повозку. Снор, залитый лунным светом, сидел около входа в конюшню и размеренными движениями точил меч. Музыка из таверны долетала даже сюда. Я осмотрелась в поисках чего-нибудь тяжелого, но, как назло, в конюшне не было ничего, кроме соломы и одного старого седла, которого при всем желании не смогла бы поднять.

Вдруг Снор вскочил на ноги, воинственно выставив меч. Может быть, Морнэмир все-таки придет мне на помощь?

— Хозяин, это вы, — охранник поспешно опустил меч.

— Буди травницу, Снор, есть работа.

Я поспешно опустила холстину и легла, притворившись спящей. Мне на плечо легла тяжелая рука.

— Вставай, девушка.

Я демонстративно потерла глаза и зевнула.

— А? Что случилось?

— Пошли, ты нужна хозяину.

Лесные боги, надеюсь, что Ульвар не забавляется между делом со своими рабынями. Вряд ли я смогу что-то придумать, как в случае с Маркусом. Я постаралась унять дрожь, слезая с повозки. Ульвар от нетерпения дергал себя за усы.

— Скорее, скорее! За мной!

— Что случилось?

Я еле поспевала за торговцем. Мы обошли таверну с другой стороны и, толкнув деревянную дверь, пошли по коридору. Ульвар остановился около дальней комнаты и, пропустив меня вперед, втолкнул внутрь. Я оказалась под прицелом пары десятков глаз. Испуганные стражники в перепачканных доспехах толпились около стоявшего посередине комнаты стола.

— Вот она, капитан, — услышала я сзади заискивающий голос Ульвара. — Моя жена и великая травница.

— Твой муж говорит правду, девушка? Ты умеешь лечить раны? — раздался спокойный голос.

Я встретилась взглядом с говорившим. Высокий золотоволосый гигант в тяжелых доспехах ждал ответа. Темно-серые глаза вопросительно смотрели на меня. Незнакомец был очень красив. Я думала, что такой красотой обладают только эльфы, поэтому быстро перевела взгляд на его уши. Нет, обычные, закругленные, а значит — передо мной человек.

— Умею, — просто сказала я.

— Тогда прошу тебя: помоги королевскому наследнику, — мягко попросил он, приказывая остальным расступиться.

— Что с ним случилось? — хрипло спросила я, подходя к столу, на котором лежал пострадавший.

Это был еще юноша, с вьющимися каштановыми волосами и испуганными глазами, как у теленка. На нем была дорогая, украшенная гербами одежда красно-золотого цвета.

— Мы были на охоте. В него случайно попала стрела. Везти его до замка несколько часов, а поблизости оказалась лишь эта таверна.

Я кивнула. Такие ранения не были редкостью. К маме часто приносили незадачливых охотников. Глубоко вздохнув, я перечислила:

— Принесите бутылку самого крепкого вина. Потом мне понадобится горячая вода, нож, чистые полотенца, щипцы, шелковая нить и игла, а еще свежая трава тысячелистника. И быстро. Но сначала вино.

Капитан кивнул подчиненному и тот убежал искать перечисленное. Не прошло и минуты, как явился сам трактирщик и принес глиняную бутыль.

— Лучшее вино из моего погреба, — гордо сказал он.

Капитан кивнул и дал ему золотую монету. Счастливый трактирщик принялся так усердно кланяться, что лишь чудом не разбил себе лоб об пол.

Я вынула пробку из бутылки и, чуть глотнув, раскашлялась, под смех воинов, а потом поднесла ее к губам юноши.

— Пей, — велела я.

Он замотал головой.

— Я вытреплю. Я будущий король.

— Поверь, боль будет такая, что ты забудешь свое королевское имя, — зловеще пообещала я.

— Не смей указывать наследнику, — стиснув от боли зубы, выдавил юноша.

Однако здоровой рукой он схватил бутыль и, морщась, сделал несколько больших глотков. Наконец появился стражник со всем необходимым. Ножом я разрезала богатый наряд наследника, освободив раненую руку. Она была опухшей и красной. Стрела прошла навылет, зазубренное острие торчало с другой стороны.

— Вы не смазываете стрелы ядом? — спросила я.

— Нет, — ответил капитан.

— Тогда наследнику повезло. С рукой все будет в порядке. Держите его, — приказала я.

Мужчины обступили юношу и крепко держали ему кто здоровую руку, кто ноги. Я взяла щипцы и, перекусив ими наконечник стрелы, медленно извлекла ее из плеча, предварительно плеснув туда вина. Все это время наследник брыкался и стонал.

— Привели мне коновала, а не лекаря, да еще девку! Вы все ответите за это перед королевой!