Две жизни Алессы Коэн - Хайди Эберт

— Мы что, сами себя тут замуровали?

Я пытаюсь шутить, но мне вовсе не весело. Зябко повожу плечами, хотя здесь и не холодно. Просто я все еще ощущаю вчерашнюю усталость, да и идея отсиживаться в каменном лабиринте мне не по душе. Гвеллан щурится со сна, пытается пригладить взъерошенные волосы и улыбается, глядя на меня. Ну да, я невыспавшаяся и смешная, на нахохлившуюся сову похожа.

— Замуровали? Нет, но какое-то время провести тут придется. Сама подумай: в королевском дворце про нас знают. И уж точно ждут. Куда мы подевались, им неведомо. Пару дней они потратят на обыск замка и моего городского дома. Есть еще имение, довольно далеко от столицы. Пусть прокатятся.

— Ага, а еще будут гоняться за нашими двойниками, которых ты отправил блуждать по всему королевству, так? Вообще здорово, конечно: мы будем появляться то там, то сям, им придется отряжать солдат, а все будет напрасно, потому что мы-то здесь. И они вымотаются. Надеешься, что наши преследователи утратят бдительность?

Он кивает.

— Там, — Гвеллан указывает в сторону арки, — есть горячие ключи. Что-то вроде купальни. Пойдем?

— А наружу мы высунуться не можем? — мысль о добровольном заточении мне все еще не нравится. — Мы же близко к поверхности.

— Близко, — он поворачивается на бок и разглядывает меня, подперев голову широкой ладонью. И кажется таким умиротворенным, домашним… — И выйти мы можем. Вход запечатан, но это легко исправить. Сама рассуди: стоит ли выбираться из пещеры, когда нас разыскивают по всему королевству. Случайный путник, пастух, забредший сюда в поисках отбившейся от стада овцы, — и Избранная в руках короля Эддарда. Настоящая Избранная, а не ее призрачный двойник…

Я горестно вздыхаю и опускаю голову. Распищалась, как маленькая, вот честно: "Мы не выйдем отсюда, мы себя замуровали!".

— Я…

Но Гвеллан уже обнимает меня и буквально роняет на себя, а я пытаюсь вырваться — не всерьез, конечно. Мы возимся, словно дети, а потом все же отправляемся в соседний каменный зал — исследовать купальню.

Она похожа на небольшой бассейн, скорее всего, рукотворный. Места здесь хватит как раз для двоих. Пахнущее лавандой мыло кружевом ложится на кожу, его свежий травяной аромат, впитавший в себя солнце и ветер, прогоняет сон. И я внезапно понимаю, что мне невероятно легко. Куда-то пропало чувство опасности, что пригибало меня к земле последние несколько дней. Исчез страх и… да, я больше не ощущаю никакой вины. Король Эддард оказался негодяем, да что там — почти безумцем, так что Алессу Коэн трудно винить в его смерти. Она… я всего лишь защищалась, я не обязана была покорно подставиться под жертвенный кинжал. К тому же в нашем сегодня Его Величество пребывает в добром здравии, и если будет на то воля Господина Источника, будет здравствовать еще долгие годы. Алесса Коэн — не убийца! Ни тогда, ни сейчас.

Гвеллан блаженно прикрывает глаза, опираясь локтями на каменный бортик, а я сжимаю ладони под водой — и вот уже брызги летят в лицо моему архимагу. Мы делали так в детстве, когда плескались в море… А Гвеллан фыркает, грозно сдвигает брови к переносице и притворяется, что пытается меня утопить. Подгребает ближе к себе — и мы целуемся, долго, самозабвенно, словно подростки на заднем сиденье автомобиля.

А потом вода расцвечивается разноцветными бликами — алыми, фиолетовыми, желтыми, зелеными, они мерцают, меняют форму. И вот уже по поверхности скользит белая лилия с точеными алебастровыми лепестками, а гладкий глянцевый лист, на котором покоится красавица, похож на блюдо. За ней еще одна, и еще… Они кружат вокруг меня, а под водой мерно покачиваются водоросли, блистают драгоценные камни на дне. И я пытаюсь взять цветок в руки, но иллюзия просачивается сквозь пальцы и продолжает кружиться в колдовском хороводе.

Я вновь тянусь к Гвеллану, целую его влажные губы, трусь носом о колючую щеку, а подземные ключи смывают с нас усталость и страх перед неизвестностью. Будь что будет.

А позже, когда мы возлежим на том самом ложе из шкур, я перебираю длинные тяжелые пряди его волос и говорю какие-то глупости. Ну, в сказках же часто пишут, будто в волосах чародея заключена его магическая сила. И поэтому Каспер нам вовсе не страшен, потому что лыс, как колено.

— Да нет, — смеется Гвеллан, — просто носить косы — обычное дело для боевых магов. Знак отличия. Традиция, довольно смешная по сути. Желание показать, что мы не такие, как все.

— Экстравагантные? — уточняю я.

— Экстра… — какие?

Он всегда переспрашивает, когда слышит от меня незнакомые слова.

— Экстравагантные. Ну, необычные. Круче всех.

И я счастлива в тот день, как и во все последующие: мы любим друг друга, да так, что потом приходится подбирать с пола разбросанные в порыве страсти шкуры. Мы склоняемся над картами, на которых вычерчены скальные проходы к центру столицы, ищем уязвимые места на плане дворцовых покоев.

— Откуда они у тебя? Эти карты?

Гвеллан поднимает на меня глаза: в первый момент мне кажется, что он слишком увлекся и не услышал, о чем я спрашиваю. Но нет, он отвечает:

— Лет десять назад я и мой наставник обновляли магическую защиту в королевской резиденции. А после, когда Каспер стал придворным магом, я вместе с ним устанавливал дополнительные амулеты. Они замурованы глубоко в нишах, в разных уголках дворца.

— Послушай… — я не так много знаю о магии, но почему Гвеллан даже не задумывается о самом очевидном способе проникнуть во дворец? — Если ты все там знаешь, ты же можешь открыть портал и…

— Не могу, Лесса. Будь я Каспером, не было бы ничего проще.

— Но… почему?

— Придворный маг должен напоить амулеты своей кровью, создавая печать, — именно она и откроет портал. Волшебник использует собственную кровь для создания порталов перемещения, поэтому подобные проходы настроены только на него. И она же может привести к нему, где бы он ни был. К счастью, свежая, взятая не более трех дней назад. Позже эта субстанция теряет свойства.

— Кровная связь… Постой! Поэтому ты сразу же сорвал ту ветку, о которую я поцарапалась в саду у епископа, и уничтожил ее?

— Разумеется. Окажись она в руках Каспера, мы бы давно встречали незваных гостей. Смотри, — он указывает мне на какое-то место на карте. — Вот здесь, где отмечена решетка, видишь?

Насколько я могу понять, по королевскому парку протекает небольшая речушка, а место, где она покидает пределы резиденции Его Величества, перегорожено решеткой. Мы появимся оттуда, где нас не ждут. Как обычные воры, позарившиеся на хранящиеся во дворце сокровища.

— Они рассчитывают, что ты поступишь, как маг, а ты собрался действовать, как человек, да?

— Точно! Да не оставит нас Господин Источника!

* * * *

Я не знаю, кто насылает грезы и ткет причудливый ковер наших сновидений, но после того, как Гвеллан рассказывает мне о порталах и кровной связи, мне снится странный сон. В нем царит ослепительный свет, от которого мои глаза давно отвыкли. И я вновь Алесса Лиатрис — мы с моей университетской компанией входим в огромный зал, словно вырубленный в леднике. Говорят, такие и вправду встречаются далеко к северу от полуострова Корот. И привлекают толпы зевак, желающих поглазеть на ледяные пещеры.