Две жизни Алессы Коэн - Хайди Эберт

— Сами стены светятся, Лесса, — с восхищением поясняет архимаг. — Стены и вода. Мне приходилось слышать об этом раньше, а я не верил.

— Нам в школе рассказывали… нет, не здесь, а там, у нас… Бывают такие мхи, которые светятся в темноте. Они как раз в пещерах растут. Но чуть-чуть настоящего света им все же нужно. Здесь наверняка есть какие-то воздуховоды.

— Ну вот, — произносит он немного разочарованно, а сам крепко обхватывает меня за талию, чтобы я не свалилась. — В твоем мире для всего находят объяснение. Даже для того, что мы считаем чудом.

Но то, что я вижу внизу, действительно завораживающе красиво. Отливающая зеленью гладь подземной реки, словно расплавленный текучий нефрит. И приглушенное мерцание стен. А еще — абсолютная тишина, нарушаемая лишь звуками капающей воды. Если бы нам не нужно было спускаться, я бы любовалась подгорным залом вечно. То, что создала сама природа, во сто крат прекраснее всяческих дворцов с их анфиладами, картинами, статуями…

А Гвеллан тем временем отступает чуть назад, я тоже спешу вернуться на безопасные ступени. Из заплечного мешка он извлекает веревку — толстую, прочную, со множеством узлов, чтобы удобнее было за нее цепляться. Но… она слишком короткая.

— Нам все же придется воспользоваться магией, — он уже крепит веревку к каменному столбу, — мы далеко от столицы, а бытовые заклинания вряд ли привлекут внимание. Я пойду первым, ты за мной.

Гвеллан начинает спуск, а я так и не решаюсь признаться ему, что ужасно боюсь высоты. Буду смотреть вверх, и нечего архимагу возиться с моими страхами. Нам еще так много всего предстоит…

Влажные пальцы скользят по узлам, я сжимаю зубы, зажмуриваюсь, пытаясь успокоить отчаянно бьющееся сердце. Нечего паниковать, наверняка есть заклинания, способные остановить мое падение, Гвеллан ими точно владеет. Да и с чего мне падать? Веревка прочная, десятерых выдержит. И она и вправду удлиняется. Я осторожно сползаю вниз, радуясь, что свод пещеры становится дальше и дальше. И сдаюсь только в самом конце, позволяя себе просто упасть в объятия архимага. Он крепко обнимает меня, гладит дрожащие от напряжения пальцы:

— Страшно? Моя Лесса чего-то испугалась? — шепчет мне в макушку, будто я маленькая. — А я уж было подумал, ты вообще ничего не боишься.

И целует: в уголки глаз, где уже скапливаются стыдные предательские слезы, прихватывает губами мокрые ресницы.

— Знаешь, — говорю я, — лучше уж так, чем короля у Источника зарезать.

— Мы вообще не подпустим его к Источнику. Никто и никогда не приблизится к нему. Мы станем последними.

Я киваю, все еще прижимаясь к Гвеллану. Да, я буду смелой, король Эддард останется сидеть во дворце, а мой мир сохранит свою магию. И имени Алессы Коэн не будет ни в одном учебнике истории — кто же станет писать об обычной девчонке?

— Мы поплывем по реке, да?

Это глупый вопрос: иного пути здесь просто не существует. И я озираюсь в поисках плота или лодки. Хотя откуда им здесь взяться? Если этим ходом не пользовались более тысячи лет, то любая деревяшка просто обязана была сгнить. Но Гвеллан молча указывает мне в дальний угол пещеры — и я не верю своим глазам. Маленькая лодочка, аккуратная и нарядная — даже дерево, из которого она изготовлена, кажется светлым. И как будто тоже мерцает, перемигиваясь с зелеными отблесками на стенах и нефритовой речной гладью.

— Видишь? — я не сразу понимаю, на что указывает мне Гвеллан. — Получше приглядись.

Что-то сверкает на носу лодки, и будто вереница голубых огоньков тянется вдоль всего борта.

— Это водяные камни. Помнишь, они нам попадались, когда мы искали цветок альвендира?

— И в четках епископа, — вспоминаю я. — В них магия Источника, поэтому лодка и сохранилась, да?

— Другого объяснения у меня нет.

Гвеллан подтаскивает наше суденышко к воде, командует мне забираться внутрь, отталкивается от берега и запрыгивает сам. Весла тоже украшены водяными камнями, и ходкая лодочка весело скользит вперед, унося нас в сторону столицы.

— Я тоже умею грести, — бурчу я, оставшись не у дел.

— Еще чего не хватало! Лучше зажги факелы. Осмотримся тут немного. Кто знает, доведется ли еще раз здесь побывать.

— Вот интересно, кто это все придумал? Ходы, лестницу, которая обрывается на потолке, лодку…

— Часть лестницы могла разрушиться от времени. Или же это ловушка: свой пройдет, а враг разобьется о камни, потому что не ждет подвоха. Особенно, если это будет большой отряд, где все в спешке попросту налетят на первого и посыплются вниз. Древние умели защищаться и расставлять западни.

Он кажется мне совершенно спокойным и безмятежным, и его уверенность постепенно передается и мне. Мерный плеск воды за бортом, благоприятное течение, которое словно в сговоре с нами и несет именно туда, куда нужно, череда подгорных залов… И я, освоившись окончательно, решаюсь встать в полный рост, чтобы повыше поднять факел и разглядеть подземное великолепие. Да, я всегда знала, что в окрестностях Таверии полно карстовых пещер, в некоторые даже пускали туристов. И я тоже пару раз ходила по шатким мосткам над обрывом, ахая при виде причудливых сталактитов.

Но то, что я вижу сейчас… просто немыслимо. Как будто я попала во дворец горного короля: неведомые мастера вырубили в толще скал залы, комнаты, коридоры, святилища. Сталактиты и сталагмиты образуют стройные ряды колонн, арки, ниши. Свисают плотной стеной сосулек с потолка, напоминая замерзший водопад…

— Гвеллан, смотри! Там как будто надпись в рамке. Видишь?

Он прищуривается, пытаясь рассмотреть, на что я указываю, а потом разворачивает лодку в сторону стены.

— Никак не разберу… — от времени и влаги выбитые в камне буквы стерлись, их очертания стали расплывчатыми. — "Когда сильный выронит… выронит меч…"

— "Когда сильный выронит меч, а дерзновенный потерпит поражение, поднимется слабый. И рык его будет подобен львиному. Ибо будет в нем сила Источника и сметет она врагов его, как волна разбивает утлое суденышко…" Разве ты не знаешь? Это же из "Книги Источника".

Гвеллан удивленно смотрит на меня, а я лишь качаю головой. Я же уже объясняла: я не сильна в религиозных вопросах.

…Наше путешествие продолжается еще довольно долго: река заканчивается, мы ныряем в сплетение подземных ходов, преодолеваем бесконечные лестницы. И вот наконец наступает момент, когда Гвеллан приводит в действие очередной механизм, что-то щелкает у нас над головами, архимаг толкает крышку люка — и нас обступают тьма и гулкая тишина.

— Храм Святого Влахерна. Мы прошли дорогой Древних, Лесса, — шепчет Гвеллан чуть ли не с благоговением. — Мы у цели. Идем. Нам всего пара кварталов до королевского дворца.