Тайна Ирминсуля - Юлия Эфф

Антуан гудит, изображая страшное привидение:

– Я, горги, мне тысяча веков, сегодня я спустился во Всемирье, чтобы наказать вас или вознаградить за ваши грехи…

– «Вознаградить за грехи»? – давится смехом Люсиль. – Перебор, Анчи!

– Да, я вознаграждаю за грехи… некоторые, – не смутившись, братец продолжает играть роль. Начинает перечислять: грех за съеденную сладость до завтрака, грех крепкого сна во время урока, грех поцелуя в темноте, когда никто не видит…

Все смеются. Мариэль хихикает вяло, больше от желания скрыть смущение – Арман слишком крепко прижимает её руку, просунутую под его локоть, и как-то незаметно успел обхватить её пальцы своими в замок.

– И какое же вознаграждение за эти грехи? – смеётся Люсиль.

– Самое справедливое. За сладость – сладость, за сон – больше сна, за поцелуй – второй.

Люсиль вдруг останавливается и с вызовом говорит:

– Я не верю, страшный горги, в такое суровое наказание!

В тёмном коридоре повисает тягучая пауза, все останавливаются.

– Так вкуси же, дщерь люмерийская, справедливую кару и моё возмездие! – в темноте, конечно, плохо видно происходящее, но тем не менее картина кажется очевидной. Антуан набрасывает на свою голову и голову Люсиль полу своего плаща, и парочка замирает.

Пальцы Армана на мгновение отпускают девичьи, а в следующее – в раскрытый от удивления рот Мариэль с силой впечатываются губы. Они не целуют – просто прикасаются.

– А теперь ужасное вознаграждение за грех! – предваряет очередную паузу Антуан.

– Вознаградишь? – с притворной усмешкой спрашивает Арман.

– Ты дурак, верно, как мой братец, – отвечает в его подставленные губы Мариэль, а у самой коленки дрожат. Поцеловала бы, да не так, как случился этот «грех», а по-настоящему. Но в метре от них хихикает Люсиль, фальшиво и громче, чем стоило бы, отбивая всякое желание.

Процессия двигается дальше, доходит до какой-то двери. Люсиль поворачивается к остальным:

– Сейчас каждый из нас войдёт в комнату к о-очень мудрой ведунье. Она ответит на ваши вопросы и даст предсказание. Чур, я иду первая!

Она заходит в комнату, оставляя троицу в коридоре…

Резкая смена кадра: тот же вечер, другая комната, освещаемая десятком свечей, поэтому отлично видны лица. Только что была рассказана шутка, и четвёрка смеётся.

– А сейчас, внимание! Главное блюдо сегодняшнего вечера – предсказания! – Люсиль поднимает над собой сферу, внутри которой переливаются картинки.

Мариэль соскакивает и пробует забрать сферу, златовласка не отдаёт, бросает шар Антуану, и братец активирует. Из сферы появляется пучок света, как в кинотеатре, и посередине комнаты появляется уменьшенная, но объемная картинка: в затемнённой комнате «мудрая ведунья» беседует с первым посетителем – Антуаном.

– Я не умею доставать козявки из носа, – паясничает он, – скажи, о великая, приобрету ли я такой дар?

– Я дам тебе волшебную траву, завари и выпей вар из неё носом, и дар тебя настигнет! – ведунья бьёт Антуана по голове сухим букетом.

В животе Мариэль холодеет. Все в комнате смеются, кроме неё. Значит, Антуан подговорил Люсиль, или она его. Но Мариэль-то поверила, наговорила всякого мнимой ведунье! И это не была Люсиль, как в случае Антуана! Возможно, одна из служанок де Трасси, подговорённая своей хозяйкой…

Вторым сфера показывает Армана. Он признаётся в любви некоей девушке и спрашивает, ответна ли его любовь. Ведунья важно молчит, а затем даёт какую-то неразборчивую мелочь:

– Сбудется моё пророчество срок в срок. Приходи в назначенный час в назначенное место, и ты узнаешь!

Арман благодарит, прижимает к груди кулак со сжатым подарком и уходит. И с Арманом была Люсиль…

Последняя должна быть Мариэль, и девушка бросается на сферу, пытаясь забрать её. Антуан перехватывает сестру и прижимает к себе.

– Ну, Мари, это же смешно, право! – с укором говорит Люсиль.

Слезы начинают наворачиваться раньше, чем все слышат откровение.

– Назови мне имя, – ведунья с ней совсем по-другому говорила, невозможно было поверить, что это шутка, – и я скажу тебе, будете ли вы вместе…

Сердце останавливается на секунду перед позором.

– Арман Делоне, – звучит её робкий голос в изображении сферы.

Антуан начинает тонко хихикать ей в шею, продолжая крепко удерживать. Арман закрывает лицо ладонью, Люсиль дирижирует, предупреждая о забавной шутке.

Ведунья некоторое время смотрит в переливающуюся сферу на столе, затем важно вещает:

– Не вижу я вас вместе. Но вижу ясно другое. Ты встретишь мужчину королевской крови. Вы полюбите друг друга, о да, ясно вижу!

Антуан прыскает так, что его слюни брызгают на Мариэль, она вырывается, а братец валится от гомерического хохота на софу.

Мариэль обводит взглядом смеющихся, Арман хмурится и кусает губы.

– Я ненавижу вас всех. Ненавижу! – она бросается к двери и успевает выбежать.

– Мари, ну, прости, если обидела! Я клянусь, найду тебе принца, самого настоящего! – кричит вдогонку Люсиль, и в её обещании отголоски смеха.

Высокая заснеженная гора. Далеко за ней тонкая полоска рассвета. Где-то кричит, надрывая голосовые связки, женский голос. Он просит об избавлении от страданий и позора – о смерти. И спящие птицы испуганно взмывают в небо. Но в противоположную сторону, вниз, падает тёмная тень на неё – ту, что призывала страшное.

Мариэль узнаёт свой голос. Так же кричала она, узнав о том, кто должен умереть. Крик разрывает сердце, вспарывает живот, заставляет сжаться и кричать вместе с ним. Гора сотрясается, сбрасывая с себя обломки вниз, в пропасть – в чёрную реку.

– Госпожа, госпожа, проснитесь, умоляю! Вам снится кошмар! О, белая Владычица, освободи из плена сновидения мою госпожу! – последняя фраза помогла, выдернула Мариэль из липких воспоминаний, и девушка села резко на кровати.

Отчего лицо холодит? Мари провела рукой по лицу – мокрое. Как и подушка. В пальцах судорога, словно пыталась разорвать покрывало.

– Вот, выпейте воды, госпожа! – Жанетта всунула ей в руку кубок.

Немного жидкости по расцарапанному криком горлу, и стало легче. Мари вернула кубок:

– Скажи, ты знала, что я была влюблена в Армана?

Субретка помотала головой:

– О, что вы! Когда я сюда пришла, на кухне болтали всякое, и сир Антуан намекал, но вы никогда не подтверждали его слова. Насколько я знаю, вы были увлечены Его высочеством, с которым вас познакомила сирра Люсиль, но и это … простите, со стороны казалось, будто вам просто скучно. А что случилось?