Знамя химеры - Алексей Иванов

Десяток гномов приехал в столицу по приглашению Артиса — это были его старые боевые друзья еще со времен войны с драконитами. Как раз на нее отправил император старшего сына, не на шутку увлеченного Весминой. Злые языки утверждали, что именно из-за их романа эта война и началась. Впрочем, своей цели он не достиг: вернувшийся принц так и не оправдал чаяний венценосного отца.

Эйвилин осторожно откашлялась.

Гном удивленно обернулся:

— Мое почтение, светлая леди, — вежливо поприветствовал он дочь хозяина. — Надеюсь, я не помешал вашему отдыху. Просто мне не хотелось спать, вот я и решил немного прогуляться.

— Не извиняйтесь, мне самой плохо спалось, и я также решила пройтись, — проговорила Эйвилин, встав рядом с ним.

Некоторое время она наслаждалась ночной тишиной, нарушаемой лишь сопением курящего гнома.

Ночь была необычайно красива: облаков не было, и весь небосвод усеян яркой россыпью мерцающих звезд. Было тихо, и казалось, что уснул даже ветер.

— Вы хоть иногда расстаетесь со своими доспехами и оружием? — прервала она затянувшееся молчание, с интересом разглядывая оружие гнома — грозного вида секиру, мирно стоявшую около стены. Любовь гномов-воинов к своему оружию давно стала причиной для множества скабрезных шуток и сплетен.

— Очень редко, леди Эйвилин, — усмехнулся гном. — Для мужчин броня — это как вторая кожа. Даже ваш отец редко снимает легкую кольчугу.

— Но не спит же он в ней? — удивилась девушка, оглядев гнома.

— Так вот вы о чем, — догадался тот, проследив за ее взглядом. — Спешу вас разочаровать, леди: я еще не ложился. Мы с вашим отцом допоздна засиделись в малом зале. Нам было о чем поговорить. Мы сидели бы, наверное, до утра, но тут вмешалась ваша матушка — леди Весмина. У вашего отца завтра непростой день: император изучил его доклад и требует к себе. — Гном презрительно скривил губы.

— Вы не любите моего дядю?

Гном зло сплюнул в ночную темноту.

— Простите, леди, — извинился он. — Ваш дядя слишком слаб для правителя. Ваш досточтимый дедушка сделал большую ошибку, лишив старшего сына трона. А все из-за ваших сумасшедших законов и знаменитого эльфийского упрямства, почему-то упорно называемого гордостью.

— А чем плохи наши законы?

— Эти ваши старшие дома, младшие дома. Перейти из старшего дома в младший довольно легко, а перейти из младшего в старший — практически невозможно.

— У людей и полукровок так же. Пусть у них нет так называемых домов, но ведь не может у них крестьянин сделаться королем!

— Так же, да не так. Хороший воин вполне может получить дворянство, и это понятно: они постоянно воюют. А у вас когда последний раз принимали из младшего дома в старший? Не трудитесь, все равно не вспомните! Ваша матушка, даже выйдя замуж за вашего отца, осталась в младшем доме. Теперь вы, леди, хоть и принадлежите к правящему дому, не можете претендовать на корону, пока не выйдете замуж за представителя одного из старших домов.

— Я это знаю лучше вас, — хмуро кивнула головой Эйвилин. — Пусть убираются к Падшему, мне не нужна корона, а выходить замуж я буду по любви, и не важно, кем будет мой избранник.

— Помоги вам творец, леди. Те старшие, кого я знаю, — просто спесивые уб… Кхм… — кашлянул на полуслове гном, — зазнайки. Ваш отец — редкое исключение. А ведь вся их заслуга только в том, что их предки были великими магами эльфов.

— Странно слышать это от гнома. Вы же ревностно храните память своих героев!

— Но мы не делаем героев из их потомков, если они того не достойны. Кузнец у нас может сделаться главой клана, а его сын, в свою очередь, снова будет кузнецом или простым воином. Да и само звание старейшины не дает каких-либо привилегий, а лишь накладывает громадную ответственность.

— А доступ в знаменитые сокровищницы гномов?

— Любой гном может попасть в сокровищницу, это не запрещено: богатства принадлежат всему подгорному народу.

— То есть любой гном может прийти туда когда угодно и забрать золото или понравившуюся вещь? — изумилась Эйвилин.

— Разумеется, нет. — Гном выпустил в небо очередную струйку табачного дыма. — Можно просто прийти и посмотреть. Взять что-то из сокровищницы можно только с разрешения старейшин.

— Не понимаю: если любой может войти в сокровищницу, то что ему мешает унести монету-другую? Не будете же вы пересчитывать все свои богатства после каждого прихода посетителей!

— У нас свои секреты, леди, — хитро усмехнулся гном. — Мы не обладаем магией в вашем понимании, но кое-что все-таки умеем. Иначе нас бы уже растоптали более развитые в магическом плане расы. Из сокровищницы невозможно что-либо незаметно вынести, не поставив на уши всю ее охрану.

— А были попытки?

Гном нахмурил брови и некоторое время молчал:

— Да, были. Правда, всего несколько. Да и как не быть? Гномы ведь тоже разные бывают, но отступников ждет только одно.

— Смерть?

— Есть вещи хуже смерти, леди. Бесчестие и изгнание не только отступника, но и всей его семьи. Грехи отцов ложатся на детей.

— Неужели любой гном может стать старейшиной или королем? — сменила тему Эйвилин.

— Ограничения, конечно, есть. Во-первых, старейшиной не может стать гном, не разменявший девятый десяток лет, и это естественно: с годами приходит опыт.

— Или старческий маразм…

— Это тоже случается, — весело хохотнул гном в ответ. — Во-вторых, кандидат должен быть богатым, и богатство должно быть накоплено им самим, а не получено в наследство. Исключение делается только для воинов, — он грустно усмехнулся, — среди них редко бывают богачи.

— Вот тебе и равенство! — Эйвилин скептически выгнула левую бровь. — А если он был из зажиточного рода?

— Если бы вы знали, какие у нас налоги на наследство, вы бы не задали этого вопроса, — хитро усмехнулся ее собеседник.

— А какой смысл постоянно собирать богатства, если после смерти детям ничего не останется?

— Ну, кое-что все же остается. Да и не ценится у нас богатство, полученное в наследство. Уважение и признание не покупаются за деньги.

— И вы считаете наши законы сумасшедшими! — покачала головой девушка.

Гном негромко рассмеялся:

— Возможно, я слишком предвзят, но ваши порядки… Они остались у вас еще с тех времен, когда эльфы жили в Западных лесах. Раньше считалось, что в старших домах лучше передаются магические способности, но теперь совершенно ясно, что это неправда. Рано или поздно вам придется изменить существующее положение дел, и я не завидую тому, кто решится на этот шаг. — Неожиданно он зевнул, прикрыв рот огромной мозолистой ладонью. — Пожалуй, самое время немного отдохнуть. Доброй ночи, светлая леди.

Гном развернулся и пошел к выходу с веранды, громыхая подкованными сапогами.