Наемники смерти - Антон Кравин

– Ну вот, и от женщины в Секторе бывает польза!

– Теперь ищем гаечный ключ, – велел Данила.

– Или плоский тонкий кусок металла, – подал голос Кондратий.

Гаечного ключа не нашлось, зато металла было с избытком. Ломкий алюминий Кондратий сразу забраковал, остановив выбор на двух извлеченных Моментом из недр алтаря стальных штуковинах, изогнутых Г-образно, тонких на конце. Одна влезла в замочную скважину, и Кондратий прокомментировал:

– То, чем мой кореш работал, на гаечный ключ тоже не очень-то походило.

Распрямив булавку, он немного загнул ее кончик. «Ключ» торчал в нижней части замка, булавка вошла в верхнюю. Кондратий запыхтел, упершись лицом в прутья решетки. Правой рукой он пытался провернуть «ключ», левой держал булавку и ковырял замок. Устав от неестественной позы, распрямился, размял спину, вытер пот со лба и пошел на второй заход.

Но и он закончился неудачей. Кондрат хлопнул себя по ляжкам и рявкнул:

– Хватит таращиться!

Данила отвернулся к «трону». Бывший уголовник кряхтел и сопел, ругал замок, потом стал его тихо уговаривать. Астрахан примерно понимал, что он пытается сделать: разблокировать контакты, а потом провернуть ключ.

Поток ругательств известил о том, что и на этот раз ничего не вышло, и тогда Данила принялся искать более подходящий «ключ» среди разбитых компов и выпотрошенных мониторов. Марина молча встала рядом, Доцент сидел под стеной, впившись взглядом в спину уголовника. Момент в это время обследовал зал в поисках запасных входов-выходов.

Когда щелкнул замок, все уже разуверились в том, что получится.

– Есть! – выдохнул Кондратий, со скрипом приоткрывая дверь.

Осторожно, на цыпочках, пошли по лестнице наверх. Ступени прогибались и скрипели. Между ржавыми трубами свистел сквозняк, капала вода.

Ихтиандр появился бесшумно, тот самый первый, – бледный силуэт на сером фоне. Данила размахнулся, чтоб метнуть арматуру ему в голову, как копье, надеясь если не убить, так оглушить, но Прянин ударил его по руке, прошипев:

– Нет, нельзя!

Данила машинально отмахнулся, и Прянин, не устояв на ногах, отлетел, ударился затылком о трубу. Мальчишка бросился к нему, злобно зыркнув на беглецов, схватил Доцента, помог встать.

– Говорящий, хочу с тобой. Возьмешь меня? С тобой!

– Только веди себя тихо, – пробормотал Прянин. – Хорошо?

– Да, Говорящий. Я выведу. За мной.

– Думаешь, можно ему верить? – с сомнением шепнул Момент Даниле.

– Можно, в отличие от тебя, – ответил тот, следуя за Пряниным, который шептал что-то на ухо мутанту.

Снаружи было свежо и сыро. Рядом грохотала падающая вода. Прянин, хлопнув мальчишку по сероватой тощей спине, выдохнул через плечо:

– Теперь бежим!

Данила подтолкнул оторопевшую Марину и рванул вперед по дамбе. Момент не отставал, позади буйволом топал Кондрат и смешно вскидывал колени Прянин. Мальчик бежал рядом с ним, хотя явно мог без проблем обогнать их всех.

Дамба закончилась горой камней и бетонных осколков – Данила и остальные слетели по склону, едва не падая, пересекли засыпанный серым песком пустырь и лишь в лесу сбавили скорость. Пробежав еще немного, Прянин вскинул руку и, задыхаясь, проговорил:

– Стойте! Этот… мальчик, Маугли, принесет… наше оружие. Я же говорил – они просто дети, которым… недодали тепла, понимаете? Я для него как… как отец.

– Бегите! – Маугли махнул на холм, что голым глинистым горбом торчал из леса. – Я догоню.

Мальчишка потряс копьем и нырнул в туман. Данила рванул вперед, слыша за спиной хриплое дыхание Кондрата и сипение Прянина.

* * *

Шейх, еще в Можайке научившийся пробуждаться в нужное время, приоткрыл глаза: ставни, сколоченные криво, но прочно, были исполосованы серыми линиями щелей. Светает.

Хоббит ответственно бдил у входа с винтовкой на коленях. Шейх рывком встал, протер глаза. Сейчас бы в душ. На худой конец опрокинуть на себя ведро воды, но нет времени, нужно выдвигаться немедленно.

– Подъем, – сказал Шейх. Рэмбо тотчас вскочил, схватившись за винтовку. – Выйдем на свет, глянем по карте, где мы.

Поскрипывая ступенями лестницы, спустились, отперли дверь. Хоббит уже приготовил карту и ткнул пальцем в красный крест:

– Мы тут. Минут пятнадцать идти до Данилова…

– До Данилова – за Данилой, – невесело пошутил Рэмбо.

– Это село такое. Потом – по дороге сюда, Никольское обходим, гиблое место. И остается часа два с половиной пешего хода. Если по пути дрянь какая не вылезет. Итого четыре часа.

– Тогда в путь. У них дрезина, они опережают…

– Но они по тому берегу канала едут, – перебил Хоббит. – А там частенько «виснут» – выпадают из времени. Время идет себе, а они все на месте, вот такая ерунда необъяснимая. Это раз. Два – им переходить дамбу, а там ихтиандры. Были лешие, но сейчас, говорят, перевелись, их выбили сектанты Андрония.

Шейх вскинул бровь, Хоббит уточнил:

– Секта агрессивная, у их главного крыша совсем поехала, их мало, но… А про ихтиандров много чего говорят, и все – плохое. Одни болтают, что это разумные рыбы, другие – что они как люди и человечину жрут. Но все сходятся на одном: что они хитрые, умные сволочи, и что выживаемость у них сумасшедшая, живут в воде либо как-то связаны с водой. Еще там есть лешие, люди, не люди – непонятно. Кто с ними встречался, тот уже никому не расскажет. Лешие раньше вроде в Дубне крутились, но теперь, слава Сектору, перебрались куда-то восточнее. Так вот: те, кого мы преследуем, скорее всего, опоздают, или «зависнут», или отбиваться от ихтиандров будут, или и то и то. И не факт еще, что отобьются. Так что мы до руин НИИ вполне можем первыми добраться и там группу этого Астрахана подождать.

– Тогда идем, – решил Шейх.

Нацепили рюкзаки и зашагали: Хоббит впереди, Рэмбо и Алан – за ним.

Быстро идти не получалось, один раз чуть не вляпались в микроволновку, второй раз ларвы налетели, благо что немного.

Старинный поселок Данилово окутывало переливчатое марево. Хоббит не знал, что это, и предложил обойти. Спорить никто не стал. Марево накрывало поселок сероватой лапой, которую пробивали все еще блестящие купола церквей, колыхалось, пульсировало и выглядело живым. Хотелось побыстрее покинуть это место.

Туман поредел, но неба все равно видно не было. Временами Шейху казалось, что он провалился в чуждый мир с непонятными законами, мир, созданный богом, который увлекся шахматами: неверный шаг – и ваша фигура бита. Создать-то создал, а поделиться правилами забыл…

Бесконечная дорога с раскрошившимся асфальтом, деревья-деревья-деревья… Брошенные заправки, обезлюдевшие деревни…

– Что это? – Рэмбо показал вперед.