Счастливый брак по-драконьи. Поймать пламя - Александра Черчень

Счастливый брак – это брак, в котором муж понимает каждое слово, которого не сказала жена.

А. Хичкок

Первое, что я почувствовала, как вернулась из мира сновидений, – что меня трясут. Уже весьма ощутимо.

– Ирка! – раздался взволнованный голос Вейла.

– Тут, – хрипловатым со сна голосом ответила я. Открыла глаза и улыбнулась супругу.

– Не пугай меня так, – опустился обратно на подушки муж. – Я тебя больше минуты добудиться не мог.

– Это не повод для паники. – Я повернулась и обняла своего мужчину. – Тем более что мне было после чего отдохнуть. Столько событий… переживаний.

Поведать рыжеволосому о своих странных снах я не спешила. Что я могу сказать? Стукнулась головой, и теперь мне снится необычный зал с искрами, бабочками и странным ветром-голосом в нем? Ага… А ветер зовут Арвиль Тейнмир.

Слава создателю, Вейлу сейчас не нужно было мое живейшее участие в диалоге, и потому он не заметил рассеянности собеседницы.

– Ир-р-ри… – Тембр голоса вдруг сменился, и по пояснице скользнула горячая ладонь.

– Эм… – Я беспокойно завозилась, думая, как сообщить драгоценному, что хоть ничего и не болит, но к трудовым свершениям на семейном фронте я пока не готова.

Супруг еще крепче меня обнял и тихо рассмеялся.

– Ты такая забавная, мышь.

– Кто-о-о? – возмущенно выдохнула я.

– Мы это уже проходили. – Муж меня отпустил и лег рядом, заведя руки за голову. Скосил хитрые голубые глаза и продолжил: – Не трясись ты так. Я ж не зверь.

– Зверь, – ехидно опровергла его заявление, – хвостатый, наглый, чешуйчатый и с неуемным темпераментом. Обещаниям которого, в этом плане, грош цена.

А вот на это рыжий, похоже, обиделся. Во всяком случае, даже не ответил, а просто отвернулся.

Я озадаченно оглядела спину перед носом и попыталась сообразить, как теперь мириться. Ну… кроме древнего способа.

– Ве-э-эйл! – Я осторожно погладила мужа по плечу. – Ну что ты надулся?

Тишина.

– Это детское поведение, – решила еще раз воззвать к гениальному в обычное время разуму Ринвейла цай Тирлина. Ответа не последовало. – Ну ми-и-илый, – попробовала зайти с другой стороны. – Не подумала. Прости меня, пожалуйста.

Муж повернулся и обнял меня. Взял ладошку и стал задумчиво перебирать пальцы.

Я выдохнула и крепче прижалась к нему.

– Мне обидно, моя девочка, исключительно потому, что ты права, – тихо начал он. – Я ведь тебя старше. И намного. А веду себя… Не самым лучшим образом.

– Ты учишься, – осторожно ответила я. – Всему. Быть драконом, быть мужем… быть моим мужчиной. И знаешь… – прикусила губу, раздумывая, заканчивать фразу или лучше не надо.

– Что?

– Я рада, что у тебя раньше не было серьезных отношений, – все же решилась я. – Прошлое… Все равно мы невольно сравниваем с теми, кто был «до». А если не было никого, кого любили бы… То это хорошо.

– Ну почему же не любил? – задумчиво проговорил, разбив мои возвышенные мечтания, Вейл. – Любил.

«Посадка» оказалась не мягкой. Я бы сказала, жесткой. Радужное настроение как сдуло. Муж моего лица не видел. Потому ничто не помешало ему продолжать портить момент.

– Как сама понимаешь, отношение к полукровному недодракону было не особо хорошим. Не помогали ни принадлежность к роду Арвадов, ни потенциал. Считаться стали только после того, как я закончил университет и вошел в команду наследника.

– А Оллисэйн? Он же тоже нечистокровный, – уточнила я. Раз у мужа разговорчивое настроение – грех не воспользоваться.

– А что Олли? – горько переспросил муж. – Кровь фейри в почете, да и такой конфуз, как рождение у ледяной пары златовласого младенца аккурат после визита фейри, был поколений эдак пять назад.

– Понятно, – вздохнула я. – То есть скандал успокоился и теперь все отлично?

– Верно, – кивнул супруг. – А вот я… Полукровка, еще и с дефектом. Так что вполне понятно, что дамы меня любили исключительно из-за любопытства. А уж о прекраснейших ледяных девах и говорить нечего… А я имел глупость влюбиться именно в такую.

– И… что потом? – с замиранием сердца спросила я.

– А потом мне было очень больно и неприятно, Ирка. Ибо ледяные девы временами красивы только снаружи. И унижать своих поклонников предпочитают при всем высшем свете.