Венец безденежья - Владимир Анатольевич Васильев

из бочки в подвале, та уже мчалась наверх. Но тут ее подвела знаменитая гоблинская неуклюжесть, так что мы смогли насладиться воплем, грохотом катящегося ведра и руганью на незнакомом нам языке. А потом к какофонии присоединился слаженный вопль обеих девчонок, когда холодный поток достиг их голов.

Не прошло и трех минут, как две мокрые служанки притащили каждая по ведру. Аниса только качала головой, а я чуть не хохотал, только проговорив:

— Вот что бывает, если отдать неконкретный и очень эмоциональный приказ, дорогая.

Поклонница уже закончила повествование о своей серой жизни и теперь описывала мой сиятельный образ, который лучом света пронзил ее сердце, да и другие органы.

— Ага, — зло прокомментировала Аниса. — Желудок, селезенку, печень и мочевой пузырь, не миновав и кишечника со всем содержимым.

А я не успел растворить окно, как музыка вдруг смолкла. Я аккуратно выглянул из-за шторы, жена тоже пристроилась с другого края, даже служанки, забывшись, чуть не повизгивая от нетерпения и любопытства, оккупировали соседнее окно.

Внизу появился еще одна ухажерка с лютней и тоже в сопровождении оркестра. Толпа зевак расступилась, пропуская дворянку, и две компании замерли друг напротив друга.

— Странное совпадение, — пробормотал я ничего не понимая.

— Я совсем забыла, любимый! — хихикнула ведьмочка. — Сегодня местный день влюбленных, так что за твоим вниманием может прийти еще парочка певуний.

— День влюбленных? — переспросил я.

— Да, Кир, — Аниса пронзила меня взглядом. — Но здесь специфика такова, что я побоялась оказывать тебе принятые здесь знаки внимания.

Я только пожал плечами, считая, что для праздника и демонстрации любви не обязательно ждать специальной даты. А потом и заметил внимательно слушающих нас девчонок и шикнул на них, понимая, что они сейчас услышали кое-что совсем лишнее, а именно, что местные обычаи нам чужды. Надежда только на то, что болтать им запрещено, да и за свое благополучие убоятся, в крайнем случае мы сойдем за северо-западных жителей, где свои обычаи, хотя не объяснять же теперь им.

Аниса тоже поняла, что проболталась и поморщилась, но потом махнула рукой и опять улыбнулась:

— Кстати, сегодня дуэли считаются жутким проявлением плохого тона, так что зря ты мне не позволил разогнать эту богадельню.

— Зато избавимся сразу от двоих, — засмеялся я, узнав вторую даму. — Это же та капитанша, которой я дал в челюсть, в наш первый день в столице. И она, кажется, опять пьяная.

Тем временем внизу первая певунья молодым срывающимся от язвительности голосом прокричала:

— О! Кого я вижу! Это же тяжелая гвардейска кавалерия! И опять опаздывает на битву, прибывая когда в их услугах уже нет необходимости, еще и забыв о вежливости и правилах хорошего тона!

— Что! — взревела оскорбленная новенькая. — Легкая конная гвардия как обычно, прискакала вперед, чтобы только облажаться! Как я вижу, твой противник даже не изволил выйти к тебе! А потому что прекрасный парень ждет настоящую воительницу! Но сначала произойдет то, что и происходит с вечно спешащими девками.

После чего двинула кулаком сопернице по носу. Та не осталась в долгу и залепила агрессорше в глаз. Дрались они на загляденье, грамотно, расчетливо. А вот их оркестры, то ли в надежде на повышение гонорара, то ли просто от чувств, сцепились по простому, хватая друг друга за волосы, визжа и не стесняясь пускать в ход инструменты.

Да и дворянки наконец сошлись в клинче, повалились на мостовую и покатились под ноги остальным сражающимся, награждая друг друга тумаками.

— Только из гуманизма, — произнес я, открыл окно и одно за другим выплеснул оба ведра под тихий восторженный визг супруги.

Вода помогла. Благородные дамы расцепились, встали, отряхнулись и, решив больше не веселить толпу, разошлись в разные стороны, а за ними потянулись и оркестры, или уже просто растрепанные мокрые банды, так как инструментов в рабочем состоянии у них больше не было.

Глава 29

Так прошел месяц, в который было только одно интересное событие, а точнее информация, которой разжилась Аниса.

— Я встретилась здесь с парой владетельниц соседних феодов, — рассказывала мне жена, когда я вернулся из очередной, аж восьмидневной поездки с отрядом герцогини. — И предложила им организовать зачистку местности от нежити. Но те мне сказали, что вся территория на лигу вокруг Рога принадлежит герцогине де Ригон, той самой Риронне, подруге императрицы. И она не пускает на свою землю никого даже для уничтожения нежити. И длится это уже черт знает сколько лет. Были давно жалобы на все это, но сам понимаешь, с подругой императрицы такое не помогло.

— Неплохой рассадник нежити, — задумался я. — И получается, что Рог Эльфа тоже ей принадлежит?

— Получается так. Еще у этой герцогини совсем нет населения, крестьянок на ее землях. Да и владения у нее совсем малюсенькие для герцогини. Окрестные феодалки приспособились и вылавливают забредающую к ним нежить, благо это случается совсем нечасто. Так что особых проблем у них нет.

— А вот у нас они есть, так как никто не уничтожал тварей фиг знает сколько лет. Так? И как организовать изничтожение пока непонятно.

— Не совсем так, дорогой, — ослепительно улыбнулась Аниса и крайне довольная собой огорошила меня. — Я уже придумала как ее всю, ну или почти всю перебить.

Я заинтересованно приподнял бровь и услышал гениальное в своей простоте решение.

— Я вспомнила как ты ловил крыс для разведки в замке паладинов. Приказала выдолбить несколько ям, точнее углубить и выровнять те ямы, что уже были, благо там местность просто ужасная. Поставили сверху качающиеся крышки, а чтобы приманить нежить, сделали клетки и в них посадили поросят. Те и воняют, и визжат бывает.

— Поросят не жалко? — усмехнулся я. — Представляю какого ужаса они натерпелись.

— Жалко, но это же поросята, все они рано или поздно идут на жаркое, — пожала плечами ведьмочка. — Хотя эти зверюги скоро себе такой характер закалят, что хоть на войну кабанов отправляй, как подрастут. Но люди важнее. В общем, утром крестьянки, которые посмелее, копьями убивают нежить. И ее за три ночи, что действуют ловушки, уже стало намного меньше.

— Против серьезной нежити такое вряд ли сработает, — задумался я.

— А там нет серьезной, — возразила баронесса. — По крайней мере мне про такую не говорили. Но знаешь, что я никак не могу понять? Кто эта Риронна все-таки?

— Да уж. Тянет на какую-то некромантку или демонолога. Или что-то еще такое же неприятное. Но нам пока рано с ней в борьбу вступать. Хотя, конечно, если припечет, можно организовать разведку ее территории птицами.

Так и решили, а чтобы не откладывать, уже утром отправились в баронство. Но как только мы приехали, Аниса попросила меня поприсутствовать на докладе старосты и выслушивании просьб