Дурочка - Ульяна Островская

– А ХРЕН тебе, Машка-жадина!

Следом выпрыгнула тетя. Лицо красное, вспотевшее, волосы прилипли ко лбу, дорогая шляпка, как у благородных, сбилась набок. И в домашнем халате!

Я столбом застыла.

В руках у тети самое большое наше полотенце, мокрое. Она им старается Григория шлепнуть.

А он убегает и дразнится.

Вот точно бесстыжий.

Как ребенок невоспитанный.

– Машка жадина-говядина. Зачем ей голова? Шляпку дворянскую носить!

Шлеп! Промах.

Григорий перепрыгнул через канаву и показал язык.

Шлеп! Опять мимо.

Причем он хитрый. Убегает недалеко, вроде легко его поймать.

– Сонька! Окружай его! Хватай!

Интересная у меня тетя. Как я одна могу окружить взрослого дядьку?

– Ага, ХРЕН вам меня поймать – с удовольствием выругался Григорий. Он же не в доме.

И добавил тоже громко:

– Смешная какая Машка. Давно я так не смеялся.

Тетя захрюкала неразборчиво, отдельные слова у нее не получались, и прыгнула через канаву к нам. Григорий вдруг подхватил меня за плечи и под коленками и тоже прыгнул, только навстречу, на ее старое место.

– Соня, ты такая же легкая, как моя Санька!

И тут он застыл, как будто его заколдовали.

Я встала на ноги и услышала женский голос:

– Ну, наконец-то! Узнал!

Я покрутила головой – а никого нет! Только мы с замершим Григорием на одной стороне канавы, а тетя, грозящая кулачком и что-то выкрикивавшая, на другой.

Вообще нет никого! Может, я не память потеряла, а ум последний. И теперь буду дурочкой с голосами в голове.

– Не будешь, – сообщил голос.

– Спасибо тебе, Господи! – обрадовалась я.

– На здоровье. Но я не Господи, а помощник магистра на пересылке. Ты меня просто не знаешь.

– Вот оно что… подождите… а, вы та, за которой наш страшн… старший магистр бегает, да?

– Как это бегает?

– Так говорят, когда нравятся!

– Гм… Надежда, слушай меня внимательно. Я разобралась с пультом. вернула тебя в твой первый, а теперь он же и последний мир. Постепенно вспомнишь все, что учила. Больше мы не встретимся, здесь тебе пятнадцать. Ты мне подарила надежду, и хоть недолго, но я была счастлива. Желаю тебе всего самого прекрасного, никогда не сдавайся, ты умница и талантливый маг.

– Это вы устроили оползни?

– Нет! Прежде всего – не навреди живущим. Но деда нашла и в твое поселение надоумила отправиться. Будь счастлива!

– Спасибо! И вам счастья и всего самого важного для вас!

Голос исчез.

У меня отчаянно закружилась голова.

Оказывается, я так и стояла, держась за работника Григория, а то бы точно свалилась.

Потому что вспомнила.

Моих наставниц Марфу и Аишу из диспансера.

Пересылки и учебу.

Саньку во втором моем мире.

Лексу в третьем.

А я никого никогда не увижу.

Тогда зачем все это?

Для кого?

И что теперь?

Я отскочила от работника, повернулась и пошла, шлепая по грязной воде канавы.

Не зная куда.

В никуда.

Ни к кому.

Очнулась от Голоса:

– Надежда… а правда, что он за мной… бегал? Я нравилась магистру?

– Да, так говорили студенты. Со стороны всегда виднее.

– Это так… вот Григорий и твоя тетя… сразу видно, что они действительно понравились друг другу… И что мне делать? Я ушла от него.

– Вы мне сказали – никогда не сдавайся.

Голос всхлипнул и пропал.

А я поняла, что меня поддерживает твердая мужская рука.