Эволюция Генри - Владимир Алексеевич Ильин

«А если мэр пойдет в банк вместе с нами?» — Остался не заданным вопрос на моих губах.

Слишком очевидным будет ответ. В лучшем случае, нас закидают чем-нибудь слезоточивым. В худшем — грохнут, чтобы не давать мэру заложников или готовых сдохнуть по его воле одержимых.

То-то наставник Хоф не хотел отпускать девчонку. Сама, дура, захотела — а там уже дергаться нельзя. Если Хоф стал бы слишком оберегать племянницу, у неизвестных наблюдателей появились бы сомнения. С Сарой — идея засады получает максимум правдоподобия. Не станет же наставник рисковать родственницей… Станет. А зачем Хоф про Рони меня просвещал?.. Успокаивал? Или это были слова для наставника Лоренса?.. Он — не в курсе затеи? Или в нем видят ту самую крысу, которая сольет инфу мэру, пока наставник Дэвид в ауте? Черт, мало данных.

Я поймал себя на мысли, что какое-то время сверлю Сару взглядом, а та, пьяно улыбнувшись, бредет прямо ко мне. Видимо, во фляге Вильяма была не вода…

— Генри, я хочу тебя прямо сейчас, — упав мне на грудь, счастливо залопотала она снизу вверх, пытаясь непослушными пальцами расстегнуть мне ворот куртки.

— А блевать?

— Блевать? Зачем блевать? — Удивленно посмотрела она заторможенным взглядом.

Я развернул ее и показал на пораскинувшего мозгами Эда. После чего поддержал под локоток, пока она, согнувшись, выблевывала содержимое желудка на ближайший кустик.

— Сволочь ты, Генри, — жаловалась она, оттирая рот платком.

— Не, я только учусь, — исподволь провожал я взглядом наставника Вильяма.

Под его чутким руководством топливный шланг залатали, а машину в рекордные сроки выволокли из кустов и дальше на дорогу. Трупы закинули в кузов…

Через какое-то время меня усадили за руль «тойоты», прямо перед лобовым стеклом с сеткой трещин и входным пулевым отверстием. Рядом сидела грустная и тихонько икающая Сара — лучше такая, чем пьяная и любвеобильная. Нам еще на скорости нестись вперед, изображая выход из засады.

Бойцы загрузились в кузов минивэна и инкассаторской тачки — а в окнах только пакеты с травкой и видны… Маскировка, конечно, убойная.

«Прокатит?» — Мысленно взвешивал я реалистичность плана. — «Черт его знает».

Сам Вильям в кузов машины не полез. У его группы где-то рядом тоже тачка, они еще засветло выехали — будет, как и здесь, работать с расстояния.

— Пошли-пошли-пошли! — Кричал он с обочины, заставляя нас набирать скорость.

Кавалькада у нас получалась побитая — машины, вдобавок, украсили выстрелами сбоку и сзади, дополняя картину «прорыва». Еще и мой пикап ни черта не починили — я же видел, как уходит бензин из бака. Что-то явно течет… Но до места добраться хватит, и даже не знаю — радоваться ли этому или нет. С одной стороны, второй пулемет — существенный аргумент. С другой… Не мой план, не мои интересы — пусть справляются с одним…

— От меня мерзко пахнет, да? — Заканючила сбоку Сара.

— Нет, — сдержанно отозвался. — Ты очень хорошо пахнешь.

— Правда? А почему ты не стал меня целовать? — Икнув, обиженно пробормотала она.

— Мозги Эда на волосах смущают. — Бросил я на нее короткий взгляд.

Сара слегка посерела и прижала руку к губам.

— Останови…

— В окошко, моя радость, в окошко, — тяжело вздохнул я.

А потом резко дернул рукой, чтобы удержать «радость», которая открыла дверь и принялась латать ямы на дороге природными материалами. Еле успел за руку поймать — так бы и вывалилась…

— Пристегнись, — скрипнул я зубами, дернув ее обратно на сидение. — Вода, — открыв бардачок, взял оттуда и бросил я ей бутылку на колени. — Козырек отогни — там зеркало…

Хотя отмываться и смотреться в зеркало на скорости — то еще занятие. Все колдобины были наши — подвеску мы не жалели, стараясь не отставать от впереди идущей машины — возглавлял конвой тоже пикап мэра, чтобы сдуру не пульнули по незнакомой машине.

— Я домой хочу, — подпрыгнув на очередной кочке, тихо попросила Сара. — Поехали домой…

— Поедем обязательно. — Уверил я ее, сдержав комментарии о ее желании посмотреть город.

Насмотрелась, похоже…

— Поехали сейчас, а? — Шмыгнула девчонка.

— Дела доделаем и поедем.

— Да какие дела! Нас чуть не убили!

Для нее мир оставался кристально понятным — кто-то на нас напал, а добрый наставник Вильям вовремя вмешался и спас. Самое время вернуться домой, а мы ломимся непонятно куда. Домой, очевидно, гораздо ближе — вот и…

— Не мешай. — Цыкнул я на Сару, и та — о чудо — примолкла.

На город — ноль внимания, уставилась на собственные коленки.

Я на всякий случай проверил, хорошо ли она пристегнута ремнем — вдруг еще рванет из машины… Центральный замок не работал — электроника в этой «тойоте» явно перебиралась и перекладывалась уровнем ниже, и где-то напортачили.

— Скоро поедем домой. — Нашел я руку Сары и взял в свою. — Главное, держись возле меня, не отходи. Пистолет не потеряла?

Та отрицательно дернула головой.

— Если что, не торопись стрелять.

Если в банк залезем — еще рикошетом посечет…

— На тебя мэр талантом действует? — Уточнил я.

— Да. — Шмыгнула Сара. — На всех… Только на дядю не может.

— Ясно, — задумался я.

«На равный ранг эволюции не работает? Или Хоф рангом выше? Или контр-талант?.. Или гребанную деревянную монетку глотают уже не в первый раз».

О последнем хотелось думать меньше всего.

В окнах машины уже мелькали дома респектабельной части города — квартал делового центра из пары-тройки высоток и домов поменьше. Головная машина уверено сворачивала на улицы и авеню, мы — не задумываясь — рулили следом. Тут, как будто бы, даже хлама на дорогах было меньше — никаких завалов. А потом оказалось, что просто было, кому чистить — передняя машина замедлилась, выезжая на небольшую площадь, и, качнувшись, остановилась перед желтым экскаватором, перегородившим собой и раскрытым ковшом проезд.

Позади экскаватора стоял тентованный японский грузовик-пятитонник, подпирая его. Еще дальше были заметны только горы бетонного хлама, собранного в невысокую гору у здания слева.

С нашей стороны машины принялись сигналить — поддержав, я тоже вдавил клаксон, пока из-за экскаватора не показался одиночка — смуглый от солнца, с черной шапочкой на голове и автоматом на ремне, перекинутым через адидасовскую ветровку. Лет двадцать ему.

Сигналы стихли, что не помешало водиле из