Сотерис - Дмитрий Таланов

Металл, однако, не паялся. Карманная бутановая горелка его тоже не брала. Тогда Сашка соорудил из стальной проволоки на концах цепочки два миниатюрных крючка и, выйдя в прихожую, застегнул их с натугой: цепочка не была рассчитана на его шею.

Он критически посмотрел на себя в зеркало. «М-да, в таком виде по улице не пойдешь, еще приставать начнут!» Он усмехнулся и расцепил крючки.

— Что примерял? — спросила мама, выглядывая из кухни.

— Так, ничего особенного, — сказал Сашка.

Мама заметила желтоватый блеск металла и протянула руку.

— Дай посмотреть!

Он протянул ей цепочку.

— Лилия подарила, — ответил Сашка на вопросительный взгляд.

— Забавный камешек, — сказала мама, рассматривая его. — Никак не могу определить цвет, он всё время меняется. Держи! — Она протянула цепочку обратно. — Можешь носить. Правда, на кого ты будешь похож с ней?

— Вот и я о том же, — кивнул Сашка. — Еще и сдавливает, как ошейник. — Он сунул цепочку обратно в карман. — Давай поедим! — сказал он, ощутив, что с утра успел проголодаться как волк.

Мама поставила перед ним тарелку пельменей и села рядом.

— А Лилия — это не та ли девочка, у которой аллергия на иссоп? — спросила она.

Застыв с пельменем на вилке, Сашка насторожился.

— Откуда знаешь?

— Маша рассказала, — ответила мама. — А что такого? — удивилась она.

Сашка едва не подавился сунутым в рот пельменем.

— Маша была у нас? Я же просил! — промычал он.

— Это случилось до твоей просьбы не пускать ее на порог, — спокойно сказала мама. — На следующий день, как ты выкинул цветок. Я помню, потому что она очень расстроилась, что цветок успели выбросить в мусоропровод. Еще она спросила, где я взяла это растение.

— Да, кстати, и где же? — прожевав, спросил Сашка. — Наша училка по биологии сказала, что таких иссопов не бывает.

— Я это уже слышала, — поморщилась мама. — Только тут какая-то ошибка. Бывает, и еще как бывает, — уверенно сказала она. — Правда, не здесь.

— Маша тоже говорит, что бывает, но встречается очень редко, — беря со стола стакан с чаем, сказал Сашка.

— Если очень редко — это целые поляны, то да, редко, — усмехнулась мама.

— Где это ты видела поляны иссопа с желтыми цветами? — прищурился на нее Сашка.

— В командировке, — сказала мама.

— А где именно? — переспросил он.

— На Камчатке, — ответил она. — Ой, у меня же есть для тебя кое-что!

Она ушла к себе в комнату и почти сразу вернулась с листом бумаги в руках.

— Вот анализ, что ты просил, — сказала мама, протянув Сашке бумагу. — Только, пожалуйста, не заставляй делать это еще раз. Мне и так пришлось просить об одолжении.

— Спасибо! — сказал Сашка. Он взял лист и, глянув на него, снова поднял глаза. — Вкратце не переведешь, что это значит?

Он постучал пальцем по бумаге, где колонками шли латинские термины и рядом с ними какие-то цифры.

— Обычная кровь здорового человека, — сказала мама. Заметив пробежавшую по лицу сына тень, она спросила: — А ты чего ожидал?

— Примерно это и ожидал, — пробормотал Сашка, возвращаясь к изучению листа бумаги. Это был анализ крови с рукава фехтовальной куртки Лилии.

В первый день новой четверти, прихватив из дома портновские ножницы, Сашка после уроков заперся в девчачью раздевалку. Он рассчитывал, что там никого не окажется, однако ошибся: разглядывая нужную ему куртку, на скамье в раздевалке сидела Маша. Она вытаращила на него глаза, но промолчала. А Сашка, достав ножницы и беспардонно забрав у Маши куртку, отрезал от рукава кусок с пятном крови и сунул его вместе с ножницами обратно в рюкзак.

— Ты знаешь, я нечасто задаю тебе вопросы…

Мама замялась на секунду. Сашка кивнул. Она свято исповедовала собственный принцип: «Дети должны расти как дикие цветы на строго охраняемой территории».

— Однако вот этот анализ, — мама показала пальцем на бумагу, — понимаешь, он несколько странен. Мне чисто c профессиональной точки зрения интересно, где ты взял тот клочок ткани.

— На улице подобрал, — брякнул Сашка первое, что пришло ему в голову.

Глаза у мамы потемнели.

— Ладно, — скупо бросила она. — Я подожду, пока ты будешь готов ответить на этот вопрос. Ты просто знай, что я помню о нем.

— Договорились, — сказал он и покраснел.

Мама вышла из кухни, а Сашка убрал за собой посуду и отправился к себе в комнату. Там он сел за стол, положил перед собой лист бумаги и стал его изучать. Но очень скоро недоуменно хмыкнул и, выдвинув ящик стола, достал оттуда недавно полученный паспорт.

Открыв последнюю страницу, Сашка посмотрел на штамп группы крови и хмыкнул опять. Потом встал и вышел в прихожую. Мама читала что-то на диване в гостиной.

— Мам, а нет ли у тебя какой-нибудь книги, где объяснялась бы вся эта абракадабра? — Сашка потряс в воздухе результатом анализа.

Мама молча встала с дивана, подошла к книжному шкафу и сняла с полки толстенный том энциклопедического формата килограммов на пять весом.

— Дерзай, — сказала она, вручая ему это чудовище.

Сашка взвесил фолиант на руке.

— Ужас какой… Вы что, по этому диагнозы ставите? Листать-то хоть успеваете? Это ж ни в жизнь не запомнить!

— Если человек по-настоящему хочет жить, то медицина бессильна, — сказала мама, вновь усаживаясь на диван.

Сашка уволок книгу в свою комнату и улегся с ней на тахту. «Да уж, биология человека — это вам не рапирой махать!» — подумал он, погружаясь в чтение и надеясь, что за оставшиеся два дня весенних каникул успеет хоть что-нибудь из всего этого понять.