Трое из леса - Юрий Никитин

— На вашей, — прогрохотало у него надголовой. — На вашей… Хотя на их стороне — тоже. Мелковатых правд много… абольшую раздробили, чтобы удобнее было пользоваться. Я родня вам, это правда,но родня и киммерам. Что хлебала растопырили?.. Когда-то мы жили одним великимплеменем. Люди племени ариев были покрупнее вас, нынешних, а я был подурнее имельче. Ведь мы, велеты, растем всю жизнь. Не знаю, благословение это отцанашего — Велеса или проклятие… Ваше старичье тоже с годами меньше двигается,закостеневает, а у нас в крови песка становится все больше, мясо твердеет,превращается в камень… Еще живые, но уже каменные горы, по которым черт-те чтоскачет, прыгает, а согнать не можешь…

Голос дрогнул, он тряхнул головой, словно что-то отгоняя.Черная тень странно и жутко заметалась по пещере, ломаясь и вытягиваясь в щеляхи сталактитах. Олег спешно раскрыл на коленях книгу, отыскал чистую страницу.

— Что чудно, — проговорил Горыня тяжело, —что мы все идем от одного племени, а племя — от одного мужика. Сказывают, чтодо сих пор жив, бродит по свету! Вот бы повстречать…

— И что тогда? — спросил Мрак с интересом.

Горыня медленно сжал огромный кулак. Захрустело, меж пальцевстрельнули камешки, вниз посыпалась струйка песка — велет невзначай захватилпару валунов.

— Я бы взял его за душу, — ответил Горынямечтательно, его тяжелые веки опустились, закрывая глаза, — я бы спросилдурня: зачем? За что так?

Изгои переглянулись, не поняв, только Мрак кивнул, бросилпару веток в затухающий костер.

Горыня поджег еще пару смолистых бревен, воткнул в щели,огромный корявый пень сунул краешком в огонь.

— Всю ночь гореть будет… Спите, с утра уйдете.

Он как сидел, так и отвалился навзничь, почти сразу мерноедыхание заполнило пещеру. Потом начался могучий храп, похожий на рев десяткаразъяренных беров. Живот колыхался, в нем громко булькало, словно переливалосьцелое озеро.

В пещере воздух был с дымом, но вытягивало сквозь невидимующель в потолке. Огонь по смоляным факелам сползал, медленно нагревая воздух.Возле каменной плиты пламенели темно-красные угли, от них несло жаром. Воздухзаполнился запахами дыма, пота, свежеснятых шкур, крови…

Невры отошли как можно дальше от спящего велета. Зашибет восне, не заметит. Или в горящие угли спихнет по нечаянности.

Таргитай лег посередке между Мраком и Олегом, намерилсяобсудить то да се, велет уже не казался страшным, но только умостилсяпоудобнее, наконец-то натруженные ноги отдохнут, как грубая рука Мрака ухватилаза плечо, потрясла:

— Вставай!.. Вставай, лодырь!

Таргитай в испуге открыл глаза, вскочил как ошпаренный:

— Что? Что стряслось?

Мрак приблизил к нему бешеное лицо. Глаза горели, как у дикогозверя.

— Что стряслось! — перекривил он зло. — Олегтебя будил, я бужу, хотел уже Горыню просить, чтобы дубиной… Как только в тебявлазит столько сна!

Таргитай в недоумении огляделся. Олег, стоя на коленях, вневерном свете догорающих факелов запихивал в мешок жареную тушу барана. Горынясидел, прислонившись к стене, дубина стояла между коленей, лицо велета было втени.

— Уже утро…— понял Таргитай разочарованно. — Ну,всегда так… А утром мне завсегда есть хочется.

Мрак в ответ дал по шее. Таргитай, не удержавшись, слетел вледяную воду и с диким воплем выбежал, где Олег уже ждал, тут же набросил емуна плечи мешок. С Таргитая текло, из сапог выплескивалась вода. Он упал наспину, в мешке хрустнуло, потряс ногами, выливая воду. Волчью шкуру снять не рискнул,Мрак вовсе озвереет, пусть сохнет прямо на нем.

Горыня гулко спросил из своего угла:

— Все-таки будете ратоборствовать с киммерами?.. А как,если не тайна? Как думаете найти и утвердить Великую Правду?

Таргитай вздрогнул от громового голоса, за ночь подзабыл.Олег тоже смолчал, но Мрак, к которому вернулся его зычный голос, шагнулвперед.

— Вот чем! — он похлопал по рукояти секиры. —Пока бьются наши сердца, пока есть кровь в жилах…

Ладонь была твердая, Таргитаю показалось, что Мрак стучалдеревом по дереву. Горыня медленно кивнул, вытянул руку:

— Вон там колечко, видите?.. Подайте мне.

Олег вытянул шею, все трое осторожно пошли в ту сторону.Здесь свет от факелов едва достигал, в полумраке они увидели на полу диск изжелтого металла. Кольцо было размером с огород, а на высоту от пола до поясаневрам. Таргитай и Олег смотрели потрясенно, не понимая, что это такое, а Мракподошел вплотную, навалился плечом, с силой упираясь в пол ногами, покраснел отнатуги, хотя даже ему ясно, как видел Таргитай, что надо не меньше двух-трехсотен могучих быков впрячь в это странное кольцо, чтобы сдвинуть с места.

— Это серьга моего деда, — прогремел над неврамидалекий и печальный гром. — Он тоже искал, надеясь только на силу…

Он поднялся, ушел, согнувшись в поясе. Вскоре загремело, впещеру пахнуло свежим холодным воздухом. Невры, втягивая головы в плечи истараясь не встречаться взглядами, заспешили из пещеры.