Некоторые девушки кусаются - Хлоя Нейл

Линдси наклонилась ко мне:

— Когда он произнесет твое имя, вызовет к себе, идивперед. Его зов может тебя напугать, но это естественно. Так он призываеткаждого из нас.

Вдруг без какого-то видимого сигнала первый в ряду кандидат— молодой мужчина лет двадцати пяти — устремился вперед. Стоявший рядом вампирвзял его за локоть и проводил до ведущих на подиум ступеней, где юношаопустился на колени. Провожающий тотчас отступил в сторону. В зале сталосовершенно тихо, и все взоры были обращены на мастера и кандидата. Этаннаклонился вперед, что-то сказал юноше, и тот кивнул, а потом ответил.

Их диалог продолжался недолго, а потом вперед вышел Малик ипротянул что-то Этану. В лучах свечей блеснул медальон на тонкой золотойцепочке, и вампир наклонил голову. Этан слегка нагнулся и застегнул цепочку нашее юноши. Затем он что-то прошептал, и парень поднялся.

— Джозеф, кандидат Дома Кадогана, я провозглашаю тебяполноправным членом Дома, со всеми правами и обязанностями, сопутствующиминовообращенному вампиру.

Все окружающие энергично захлопали в ладоши, а Этан и Джозефобнялись. С подиума спустилась Эмбер. Она взяла Джозефа за руку и отвела всторону, откуда он смотрел на нас с видом финалиста конкурса красоты.

Тот же ритуал был выполнен при участии остальных стоявшихпередо мной десяти вампиров — преклонение коленей, диалог, объятия,аплодисменты. Уорнер, Эдриен, Майкл, Томас и Коннор по очереди вступали в рядычленов Дома Кадогана и присоединялись к Джозефу. За ними последовали и пятьженщин — Пенни, Дженифер, Дакота, Мелани и Кристина. Не успела я оглянуться,как осталась перед Этаном одна, Линдси стояла сбоку и чуть сзади, все новички —прежние и сегодняшние — смотрели в мою сторону. Я ожидала вызова, ощущая, как вкрови накапливается адреналин.

В бальном зале стало тихо. Я заставила себя поднять глаза ина мгновение встретила взгляд Этана. Затем он опустил голову.

И вот тогда я услышала тихий отзвук его голоса у себя вголове, словно шепот из глубины туннеля. И вдруг меня втянуло в этот туннель, японеслась на звук и зажмурила глаза, стараясь унять неожиданно возникшееголовокружение. Голос стал отчетливее, он произнес мое имя. Полное имя —первое, среднее и фамилию. Из его уст оно звучало совсем неплохо.

Но я уже не была той девочкой. Я давно ею не была, с тех поркак стала достаточно взрослой, чтобы осознать свою личность. И стала простоМерит, не желая быть призраком кого-то еще.

Так я размышляла о своей личности, не открывая глаз, покаЭтан сам не подошел ко мне. Я не слышала его шагов и не знала о его приближении,пока его пальцы стальными тисками не сжали мои руки.

Я открыла глаза. Этан смотрел на меня сверху вниз, ноздри унего гневно раздувались, а по краям радужной оболочки появился серебристыйободок. Я вдруг поняла, что в зале повисла мертвая тишина и все глаза обращенына меня. Я оглянулась на Линдси. В ее лице смешались ужас, изумление иблагоговение. Я так и не поняла, что я натворила.

Мой взгляд снова вернулся к Этану. На его челюсти дернуласьмышца, и он немного наклонил голову:

— Какую еще игру ты затеяла?

Я открыла рот, но не могла выдавить ни слова. Тогда яэнергично тряхнула головой, стараясь дать ему понять, что на этот раз не хотелаего подводить.

— Я не… — выдохнула я, отчаянно пытаясь ему всеобъяснить.

Этан моргнул, слегка ослабил хватку и пристально всмотрелсяв мое лицо:

— Ты не вышла вперед, когда я тебя позвал.

— Ты не звал меня.

— Но ты слышала, как я произнес твое имя?

Я кивнула:

— Я тянул тебя вперед, как тянул и всех остальных. Ноты не пошла. — Внезапно он приоткрыл рот и широко раскрыл глаза, в еговзгляде блеснуло понимание. — Ты не сопротивлялась мне?

Я тряхнула головой:

— Нет, конечно. Только не сегодня. Не во времяцеремонии. Я… не всегда бываю покладистой, но у меня достаточно сильныйинстинкт самосохранения. Я не стала бы оскорблять тебя на глазах у твоихподданных. — Я позволила себе чуть-чуть улыбнуться. — Больше непозволю себе этого.

— Этан, — к нам шагнул Малик, — мы можемотпустить остальных?

Этан покачал головой. Он разжал пальцы, освобождая мои руки,и развернулся:

— Следуй за мной.

Я без колебаний шагнула следом, остановилась передплатформой. Я не стала опускаться на колени, не понимая, чего он от меня ждет.Малик встал рядом с Этаном, и, как только все снова повернулись в их сторону,глава Дома обратился к толпе:

— Друзья.

Единственное слово заставило вампиров замолчать и прекратилошепотки, которые поползли по залу: «Почему она не вышла вперед?», «Это опятькакой-то мятеж?», «Накажет ли он ее на этот раз?».

— Мир в наше время очень хрупок, — произнесЭтан. — Нам необходимы союзники. Нам необходима сила. Я позвал ее. Ноничего не произошло.

В зале снова загудели приглушенные голоса.

— Она преодолела зов, — продолжал Этан, повышаяголос. — Она преодолела чары. В ней есть сила, друзья мои, которая будеточень полезна нашему Дому. Потому что она — одна из нас. Она вампир ДомаКадогана.

В третий раз я почувствовала, как по коже побежали мурашки.

Этан посмотрел на меня и слегка кивнул, и тогда я всталаперед ним на колени. Он шагнул вперед и заглянул мне в глаза своими яркосверкающими из-под длинных светлых ресниц чистыми изумрудами.

Вот оно. Пришло время окончательного решения — клясться ли вверности этим вампирам или отказаться.

Дому Кадогана.

Этану.

— Мерит, обращенная в Доме Кадогана, перед лицом своихбратьев и сестер клянешься ли ты в верности и преданности Дому Кадогана,клянешься ли уважать и чтить его мастера? Клянешься ли ты быть искренней ичестной по отношению ко всем его членам? Клянешься ли ты оберегать свободусвоих братьев и сестер?

Я не отвела взгляда и одним-единственным словом приняла насебя вечный долг:

— Да.

— Клянешься ли ты, Мерит, без колебаний служить ДомуКадогана и его мастеру и никогда ни словом, ни делом, ни помыслом не причинятьвреда Дому и мастеру? Клянешься ли защищать своих собратьев от любых врагов,живых или мертвых? Даешь ли ты клятву по доброй воле, обязуешься ли держатьслово до конца своей жизни?

Я открыла рот, чтобы ответить, но Этан остановил меня,слегка приподняв бровь:

— Бессмертие — это очень и очень долго, Мерит, и клятвадается на веки веков. Подумай хорошенько, прежде чем отвечать.

— Я клянусь, — ответила я без колебаний, ужеприняв решение, что к худу или к добру, но я стала вампиром Кадогана.