Под знаком мантикоры - Алексей Пехов

Фернан бросил последний взгляд на то, как «василиски» убирают тела. По совету полковника де Брагаре к делу не стали привлекать ни стражу, ни жандармерию. Контрразведка самостоятельно занялась расследованием. Дело чести. Хотя на взгляд сеньора де Суоза, вряд ли его ведомству повезет найти заказчика. В таких делах редко удается напасть на след крупной рыбы. Разве что она уж очень глупа и действует напрямую, без посредников.

Полковник де Брагаре прошел в кабинет, сел в кресло, вздохнул, устало потер красные, слезящиеся глаза.

— От вас за эту неделю целая куча сюрпризов, капитан. О том, чтобы дать старику поспать, никто не думает… — пожаловался полковник, а затем раздраженно добавил: — Ну? Рассказывай, какого Искусителя у тебя тут творится?!

Рассказывать Фернану было нечего. Он и Рийна проснулись от грохота, панических воплей, затем разбилось стекло, и… все. В полной тишине, вооруженные до зубов, едва ли не голышом, они выскочили из спальни и застали ту ужасную картину, что имел честь лицезреть сеньор полковник. Два трупа, один из которых невесть каким образом умудрился потерять голову, а горло второго словно медведь жевал. Лужи крови, полная разруха, перевернутая мебель и выбитое стекло. Наличие на полу оружия ясно говорило о намерениях незнакомцев. На лестнице, ведущей на первый этаж, Фернан обнаружил еще одного покойника. Этому, кажется, досталось больше всех — кроме разорванного горла какая-то неведомая сила оторвала человеку руку и превратила его лицо в кровавое месиво. После увиденного Фернану стало страшно. Нет, он не боялся возможных, затаившихся до поры до времени дружков мертвеца. С людьми можно сражаться. А вот с тем, кто с такой жестокостью убил этих голубчиков, Фернану встречаться не хотелось. Убийца был явно не в себе. Да и следы странные. Не очень похожи на человеческие. Скорее на звериные. У маркиза не было никакого желания встречаться с неизвестной тварью, возможно все еще скрывающейся где-то в темных коридорах особняка. А потому неожиданно вынырнувшего из темноты Абоми едва не пронзила шпага…

— Где он? — спросил полковник.

— Сейчас будет, сеньор. Я его уже позвал.

— Думаешь, это его работа?

— Он хороший телохранитель, полковник. — Рийна вошла в кабинет, держа в руках поднос с завтраком и бутылкой вина. Ламия уже успела сменить халат на темное закрытое платье. — У воинов из Страны Дождливого Берега свои взгляды на то, как расправляться с наемными убийцами.

— Трижды благословенна! Знаешь, как спасти старика от мучительной голодной смерти, — пробормотал полковник, накидываясь на еду. — Иногда я начинаю думать, что они не такие уж и дикари. Нам бы их законы — и количество убийств в королевстве снизилось бы вдвое, если не втрое. Вряд ли кто рискнет взяться за нож, если ему будет светить перспектива окончить жизнь с разорванным горлом или оторванной башкой. Он хоть что-нибудь говорил?

— Говорил, командир.

— Да что мне все приходится из тебя клещами тянуть?!

Фернан ответить не успел, так как в кабинет вошел Абоми. Сразу же стало тесно.

— Талела, талели, доброе утро, — невозмутимо пробасил слуга.

Полковник перестал жевать ветчину, отодвинул тарелку в сторону. Изучил Абоми с ног до головы. Уважительно крякнул. Встал, обошел чернокожего воина по кругу.

— Сожми кулак! — неожиданно приказал граф де Брагаре. Абоми вопросительно посмотрел на Фернана. Тот кивнул. Полковник внимательно и очень придирчиво изучил кулак, словно от него зависела жизнь всего рода де Брагаре. Затем сжал свой, отнюдь не маленький, поднес к кулаку Абоми. Крякнул. На этот раз уже разочарованно.

— Здоров… Я почему-то не удивлен, капитан. Хотя нет. Удивлен. Попади его кулак по башке того парня, и ее следовало бы искать где-нибудь в Пешханстве, а никак не в двух ярдах от тела. Нашел ты себе помощника…

— Не жалуюсь.

— Нет! Ну я понимаю, этому он голову оторвал, ну а с остальными как? Зубами шеи грыз?

Абоми не ответил. То ли не видел в этом нужды, то ли, не получив прямого приказа от хозяина, решил до поры до времени молчать.

— Из-за этого рыла у меня были неприятности с де Лерро? — бросил полковник, возвращаясь к прерванному завтраку.

— А они были, сеньор? — вопросом на вопрос ответил Фернан.

— Как будто сам не догадываешься. Его Преосвященство был крайне недоволен твоей самодеятельностью. Ха! Можно даже сказать, что очень недоволен! За последние четыре дня я получил как минимум восемь писем, где были заявлены ноты протеста и требования немедленно выдать твоего гаргула в лапы «бордовым» вопрошателям. Клирики очень сожалели о твоем поступке. В особенности наш уважаемый епископ. Боюсь, он едва не утонул в желчи.

— Туда ему и дорога. Чем кончилось дело?

— Как всегда, мой мальчик. Мы им предъявили очень хорошие документы. Жорже славно поработал, он это умеет. Не подкопаешься. Церковь поворчала, постонала, но решила, что дело не стоит серьезного бодания рогами, и до поры до времени твои выкрутасы забыты. Но не советую тебе в ближайшее время перебегать дорожку Мигелю де Лерро… Конечно, и нам пришлось пойти на некоторые уступки. Так что все друг другом остались, можно сказать, довольны. Вот только стоил ли этот дикарь подобной опеки?

— Стоил, сеньор, — ответила Рийна. Она расположилась в кресле у окна и, листая какой-то старый фолиант, прислушивалась к разговору мужа и полковника. — Не будь его — мы могли не пережить эту ночь.

— Раз вы так говорите… — все еще сомневаясь, протянул граф и отодвинул от себя тарелку. — Спасибо, завтрак был великолепен и подоспел как нельзя вовремя. Так как насчет происходящего? Мне все же было бы крайне любопытно услышать, что тут произошло.

— Их было трое…

— Четверо, талела, — перебил его Абоми.

— Что?!

— Их было четверо. Трое мужчин и одна женщина.

— Но у нас три трупа. Женщина… Ей что, удалось уйти? — Рийна, нахмурившись, отложила книгу в сторону.

— Наверное… — Всем своим видом Абоми показывал, что не понимает, как это могло произойти и как кто-то умудрился выжить. — Геде-побратим… Ратаннбута ранил ее, хотя это было тяжело. Она быстрая. Очень быстрая. Прыгнула в окно, упала, но выжила. С такой раной… Очень живучая. На ее стороне были ю-ю.

— О чем говорит этот дуралей?! — недовольно возопил полковник. — Я половину слов не понимаю! Какие, Искуситель его побери, ю-ю?!

— Терпение, сеньор, — попросила де Брагаре Рийна. — Абоми, твой… геде-побратим… он видел женщину? Сможет ее узнать?

— Да. Она очень быстрая. Ратаннбута передал мне ее запах. Я его узнал. Это она убежала от меня по крышам, когда стреляли в талелу.

— Убийца стрелка? — вскинулся Фернан.

— Да.

— Продолжай, Абоми. Что ты еще можешь рассказать об этой женщине?

— Она быстрая, — в который раз повторил слуга. — Почти как талели. И глаза у нее тоже зеленые.