Темный Набег - Руслан Мельников

Всеволод вышел первым.

Острый смрад, дым и гарь. Факел – не погасший, но словно бы отодвинутый, отпнутый кем-то, лежит у посеченной осколками стены.

А дверь…

Искореженный косяк. Разбитая кладка. Каменная крошка на ступенях входной ниши. Сорванный замок. Вылетевший из скоб засов. Одна скоба – крайняя, за которую цеплялась дужка замка, – уже и не скоба вовсе. Торчит двумя отдельными рваными штырями. Вторая – тоже сильно выгнулась, однако не лопнула. В двери – зияет дыра с добрый кулачище. Да нет, – с два кулака, пожалуй. Сама дверь – приоткрыта.

И что-то шуршит, не прекращаясь, над головой.

Как будто ползет кто… По сводчатому потолку ползет…

Всеволод вырвал из ножен и вскинул мечи вверх, поднял лицо.

Глаза едва не запорошило.

Нет. Никого. Просто сыпалось с потолка. Из образовавшихся в своде трещин. Струйки чего-то сухого… Песок? Раствор? Земля? Мелкое крошево колотого камня?

Долго сыпалось. Много.

– Не обвалилось бы, – глухо пробормотал за спиной Золтан.

Обошлось. Не обвалилось.

Всеволод толкнул дверь склепа. Подумал мимоходом, что, в общем-то, не так уж сильно и пострадала эта крепкая дверца. Не вышибло бы засов – можно было бы еще запирать. За одну скобу, да за погнутый железный косяк. Правда, замок теперь не подвесишь.

Кто-то сзади поднял факел. Ага, Бранко. Волох уже стоит рядом. Светит.

К огню подтягиваются остальные.

– Ну что, посмотрим… – то ли себе, то ли своим спутникам сказал Всеволод.

Молча перекрестился однорукий Томас.

Всеволод вошел в склеп. Снять бы шлем. Положено. Место такое. Да только обе руки заняты. И мечи обнаженные в руках. И где-то в темноте таится Эржебетт.

Стоп! А это еще что? Очень-очень странно.

С той стороны двери тоже, оказывается, имелся засов. Он не слетел при взрыве, но и толку от него теперь будет мало: внутренний засов болтался в скобах смятой железной пластиной. Внутренний… Нелепица какая-то получается! Кому могло бы потребоваться запираться здесь с мертвецами? Бернгард, правда, ходит сюда прощаться с павшими и не любит, чтобы ему мешали. Но запираться… К чему?

Ладно, это потом. Сначала – Эржебетт.

Всеволод осматривал склеп. Эржебетт в пределах видимости не было. Пока – не было.

Возле двери заготовлено несколько факелов в подставке. Один взял Федор. Запалил от факела Бранко. Стало светлее. Хорошо… Не все здесь владеют ночным зрением. Но все должны вовремя узреть опасность.

Всеволод с мечами наголо шел первым – осторожно шел, не забывая поглядывать по сторонам, под ноги и наверх. Слева кошачьей походкой двигался Бранко с факелом. Справа тихонько ступал Федор. Тоже – с огнем. Позади позвякивали металлом прочие.

Молчание… Прерывистое дыхание… Треск пламени…

Обитель погибших тевтонских братьев являла собой продолжение подземного хода. Только расширенного и обустроенного на особый лад. После тесной алхимической каморки склеп казался просторной бесконечно вытянутой подземной залой.

Хотя нет, не зала. Скорее, это была прямая, как копейное ратовище, длинная и широкая галерея с довольно высоким для подземелий сводчатым потолком. По обе стороны – двумя ровными рядами – высились саркофаги, больше похожие на аккуратно расставленные массивные толстостенные каменные гробы. И на зубцы крепостной стены чем-то похожие тоже.

Невесть когда (явно, еще до Набега) рубленные из камня гробницы располагались на одинаковом – в два-три шага – расстоянии друг от друга, словно и после смерти орденским братьям надлежало сохранять некий боевой порядок. Вопреки ожиданиям, ниши массивных саркофагов, в которых покоились тела, прикрывали не каменные плиты, а простенькие дощатые крышки. Вероятно – временные. Но вот насколько временные? Вполне возможно, что временные уже навсегда.