Формула Вечности - Вячеслав Шалыгин

– Ты сжульничал, – Мартов погрозил Смотрителю пальцем. – Я тебе ничего не должен. Ты знал, что эти типчики окончательно переродились. В кого конкретно они переродились, не успел выяснить? Может быть, они теперь все трое заодно?

– Четверо, – негромко сказала Женя. – Я тоже всего вторые сутки живу. Ну, в смысле, по новому кругу.

– Еще забавнее. – Мартов выразительно взглянул на Джонатана: – И тебя это не беспокоит?

– А должно? – Смотритель усмехнулся.

– Постой, может быть, мы тоже теперь неуязвимы для Хамелеонов? Тоже переродились?

– Ты что-то почувствовал? – продолжил подтрунивать Джонатан. – Новый Оптимум?

– Можем проверить, – лениво процедил сквозь зубы Хамелеон. – Давно хотел размяться.

– Только дернись! – Мартов выхватил из кармана небольшой пистолет и сунул ствол под нос Храмовникову.

– Лучше так: а-а, – Хамелеон открыл рот, будто бы собрался проглотить ствол.

– Цирк какой-то устроили! – возмутилась Женя. – Мы для чего сюда приехали? Сравнивать, у кого длиннее и толще, или делом заниматься?!

– Получите, – хмыкнув, сказал Туманов. – Делом, Женя, делом. Хамелеон, вопрос номер два: что за оружие применяет Враг? Джонатан назвал это пси-ударом, но для меня этот термин ничего не значит. Ты что-нибудь об этом знаешь?

– Гипноз, – Храмовников пожал плечами. – Или что-то в этом роде. Особого оружия у него нет. Я думаю, теперь он и обычным оружием перестанет пользоваться. К чему оно? Нас из него не убить, а на Вечных ему сейчас размениваться некогда. Ну, а для всех прочих у него подручные имеются с пушками, из Конторы. Вон Джонатан их командира знает. Шустрый такой майор.

– Федотов? – Смотритель удивленно взглянул на Хамелеона.

– Скажешь, не знал?

– Плохо дело, – Джонатан нахмурился. – Это тебе не Эфиоп. Этот барбос упрямый, хуже некуда. Должность в Конторе, опять же, приличная. На этот раз Враг хорошего подручного заимел. Качественного.

– Мы тоже не бракованные, – твердо заявил Туманов. – Володя, как мы со стороны выглядели, можешь описать?

– Тебе зачем? – Хамелеон взглянул на Туманова с иронией. – Не стриги верхушки, сыщик. Зри в корень. Вон лучше Женьку спроси, что она чувствовала. Вас-то всех Враг просто оглушил, как бы по темечку – тюк! – и отдыхайте, а ее он пару раз до того пришпиливал. Помнишь, на МКАД? А потом ты ее на плече, как мешок, тащил по болоту, помнишь? Я к тому времени уже вернулся, видел все. Издалека, правда.

– Неужели? – вдруг вмешался Мартов. – Вернулись через минуту после появления Врага на сцене? Какое совпадение!

– Ой, только не надо гнусных намеков! – Храмовников поморщился. – Не делайте из меня Врага – и не услышите, куда вам идти. У меня свидетель имеется, наемник. Мы вместе с Эфиопом гада мочили. Кстати, полковник, твой «глок» утонул в болоте. Если хочешь, покажу место, но нырять будешь сам.

– Куплю новый. – Джонатан задумчиво взглянул на Женю, затем обернулся к Туманову: – А действительно, Витя, спроси.

– Только время тратим, – пробурчал Мартов. – Спроси – не спроси! Гипноз есть гипноз. Ничего она не чувствовала.

– Говорите за себя! – Женя вздернула носик. – Спрашивайте, дядечки. Только без интимных подробностей.

– Все равно не понимаю, – проворчал адвокат. – Мы для чего сюда приехали? С Хамелеоном беседовать или друг с другом? Девицу можно было и в офисе допросить.

– Andy, shut up![3]– резко приказал Джонатан и, смягчив тон, добавил: – Je vous remercie d’avance[4].

– Zu Befehl Herr oberst![5]– Мартов изобразил пародию на строевую стойку.

– Насобачились в языках за столетия, – хмыкнул Храмовников.

– Женя, только спокойно и неторопливо, вспомни, что ты чувствовала, когда Враг тебя гипнотизировал? – Туманов взял девушку за руки. – Может, были какие-то образы, слова, картинки?

– Образы… были, наверное, – Женя задумалась. – Мутные. И краски – как в радуге, полосками, только размытыми. Будто бы сквозь марлю смотрела. А чувствовала… трясло меня. Мелко-мелко, и всю, от макушки до пяток. По всему телу такой зуд от этой тряски шел! Почесаться хотелось ужасно! Только я даже шевельнуться не могла, и от этого было еще хуже.

– Очень ценная информация, – Мартов ухмыльнулся.

– А еще… на меня словно кто-то смотрел, – торопливо добавила Женя. – Нет, даже не на меня, а будто бы внутрь. Этот Враг, он будто бы изучал меня всю до последней клеточки, только изнутри. Прямо вот так, заглядывал внутрь и все там подробно рассматривал, как под микроскопом. Может, мне просто казалось, но ощущения реально были такие. Неприятные, честно говоря.

– До последней клеточки? – уцепился Туманов. – До последней… может, хромосомы?

– Это что? – Женя на миг удивленно вскинула брови, но быстро спохватилась. – А, ну да, может, и до нее. Или вообще… как там их называют, до генов, да? Короче – глубоко копал вражина.

– Слабые места Избранных искал? – предположил Хамелеон. – Понял, что Женька тоже Избранная, и решил для начала ее прощупать. Или еще что-нибудь искал. Например, хотел откопать информацию о воротах в Вечность.

– О чем? – Туманов удивленно уставился на Храмовникова.

– Ну, о воротах, не помнишь, что ли, мы в бункере эту тему обсуждали, – Хамелеон кивком указал на Смотрителя, как бы переадресовывая вопрос ему. – Может, вся эта беда где-то в нашей генетической памяти упрятана?

– «Генетическая память» – это такая фигура речи, – возразил Джонатан. – Хотя… что-то в этой мысли есть.

– Вакуум, – попытался съязвить Мартов.

– Не мешайте академикам думать, сударь, – Храмовников исподтишка показал адвокату кулак.

– Андрей, ты обещал воздержаться от комментариев, – напомнил Джонатан, а затем внимательно посмотрел на Хамелеона. – А ты, кстати, откуда про ворота знаешь? У Чеснокова выпытал?

– Чтобы выпытать, нужно знать, о чем пытать, – Хамелеон смерил Вечного неприязненным взглядом. – Эта информация мне в наследство от наставника досталась. Ему еще Смотритель Жерар рассказал и о Черной скале, и о воротах в Вечность.

– Смотритель Жерар? – Джонатан недоверчиво хмыкнул. – Он был убит двести лет назад. Это сделал твой наставник? Отец?

– Он самый, – Хамелеон с вызовом взглянул на Джонатана. – Не знал?

– Нет, – Вечный задумчиво потер подбородок. – И твой отец не пытался найти это место?

– Зачем? – Хамелеон пожал плечами. – Он был очень рациональным Хамелеоном. Тратить время на проверку легенд было не в его стиле. К тому же он был уверен, что, даже если легенда о Черной скале и воротах правдива, использовать артефакт против Цеха не получится. У отца не было ключа от ворот. Со слов наставника, я понял, что его нет и у Цеха. Утерян тысячи лет назад. Верно?