Кошки ходят поперек - Эдуард Веркин

Следующая неделя не задалась.

В понедельник я отправился учиться, совсем как приличный и благовоспитанный лицеист, надежда родителей, будущая опора страны и нашей демократии. Но Лицей оказался закрыт. Пудового замка, конечно, не висело, но имелось объявление о том, что Лицей закрыт по случаю сальмонеллезного карантина на неделю, лицеистам рекомендуется не сбиваться кучно, не пить из непроверенных источников, не влезать – убьет, а если что интересно – звонить по телефону такому-то для справок.

Я тут же позвонил по этому телефону, но линия была перегружена. Видимо, не один я был такой умный – многие вокруг толпились с мобильниками. Я тоже потолпился немного, потом отправился домой. Хотел дождаться... кого-нибудь, но потом решил, что дожидаться не стоит, в конце концов, я не собака какая-нибудь там.

Карантин, значит. Дрищ напал на лицеистов. Что ж, в этом есть что-то. Чепряткову, к примеру, дрищ не повредит. Да и вообще многим не повредит. Так что известие об инфекционной атаке меня порадовало. И вообще я решил, что ситуация складывается как нельзя более выгодная – можно прямо завтра же, не откладывая в долгий катафалк, двинуть на природу. С целью поиска этой самой дурацкой Страны Мечты, окончательного просветления гобзиковских мозгов и лучшего знакомства меня и ее. Варианты лучшего знакомства я видел следующие.

Мы идем по берегу, берег подламывается, она падает в реку. А сверху здоровенный кусман берега еще обрушивается и придавливает ее к самому дну. И всплыть никак нельзя. А я бросаюсь в воду, ныряю и спасаю.

Или из чащи выскакивает гигантский... В нашем лесу, наверное, никого гигантского не водится уже лет сто. Да не то чтобы гигантского, а и обычного-то никого уже, наверное, нет. Ни медведей, ни волков, ни росомах. Разве что заяц-мутант. Хотя у нас лоси водятся. А лось – существо чрезвычайно опасное, рога такие развесистые. Лось, значит, выскакивает из чащобы, а я в него... Надо будет взять пейнтбольное ружье. Только вряд ли оно лося остановит, лучше взять папашкин газовый пистолет. Выстрелю лосю в ухо, он и упадет.

Да мало ли чего может в походе случиться? Мужское плечо в походе пригодится всегда. А на кого, кроме меня, рассчитывать? Не на Гобзикова же.

Всю дорогу до дому я придумывал, как бы мне показаться с наиболее мужественной стороны. Вариантов было достаточно много. Она могла сломать... нет, лучше уж вывихнуть ногу. А я бы, конечно, ее вынес. Это лучше всего. И не так экстремально, и вообще.

Вариантов было много, а выгорел из всего этого сплошной облом. Поскольку оказалось, что карантин никакой свободы не дает. Поскольку секретарь Лицея каждый день звонил домой и справлялся, находится ли лицеист дома или уже давно смотался в Монте-Карло.

Подписка о невыезде какая-то...

Неожиданный понедельник я посвятил починке мопеда.

А весь вторник я валялся в трубе. Запустил во всю стену проектор и лежал, наблюдая за медленным перемещением небесных сфер. Мне очень хотелось заняться чем-нибудь вменяемым, но заняться было нечем. Ближе к вечеру небесные сферы меня утомили, и я стал думать: а не позвонить ли мне Ларе? Не спросить ли ее, что она думает, ну, допустим, про... Я никак не мог придумать, про что ее можно спросить. Она ведь сразу поймет, зачем я ей позвонил. И я буду выглядеть идиотом. А позвонить очень хотелось, потому что этот карантин растянулся на неделю, а до выходных далеко...

Если же я позвоню просто так, то все сразу станет ясно. Все станет ясно, я буду выглядеть тупорыло, как Гобзиков какой-нибудь. Лучше я подожду. Она наверняка сама мне позвонит. Позвонит.

Она не позвонила. Ночью мне снилось что-то мутное и страшное, будто я залез на какую-то тупацкую крышу, а слезть никак не могу. И проснуться не могу. И вообще ничего не могу. Так всю ночь я пробродил по крыше, а проснулся оттого, что кто-то дебильно долбал по трубе. Я выглянул. Долбальщиком оказался старый.

– Почему не в школе? – спросил он меня безо всяких здрасьте-досвидания.

– Карантин объявили.

– По чему?

– По глупости. Глупость распространяется со сверхсветовой скоростью. Чтобы ее остановить, надо принять экстренные меры. В нашем Лицее ввели карантин, в Кадетском корпусе всех девок в противогазы нарядили, они даже в столовой в противогазах, а питаются через специальные трубки...