Призрак из прошлого - Дженни Ниммо

Генри разбудил раскат грома, и он вскочил, испуганно озираясь. Правда, Чарли предупреждал его о грозе, но что она будет такой силы, не сказал. Новый удар грома эхом отозвался под сводами туннеля, и мимо Генри в полутьме пронеслось что-то маленькое и юркое. Один из Огнецов ринулся в погоню, что-то пискнуло и захрустело. Генри передернулся.

Сидеть в туннеле оказалось еще тоскливее, чем в яме под валуном. Мальчику вспомнился зал с мозаичным полом и солнечным окошком в куполе. Как там было славно! Вот бы попасть туда снова!

– А почему бы, собственно, и нет? – спросил самого себя Генри. – Когда будет надо, меня найдут.

И он зашагал прочь от запертой двери в кафе. Коты всполошились: они принялись кружить под ногами у Генри, возмущенно мяукая и, видимо, пытаясь его остановить.

– Да я недалеко, – успокаивал их Генри. – Всего-навсего в солнечный зал.

Огнецы не пожелали отпускать его одного и беззвучно заскользили за ним, освещая своими шубками темный туннель. Когда Генри добрался до вожделенной солнечной комнаты, расстелил свой синий плащ посреди красного мозаичного круга и улегся прямо на пол, коты вроде бы успокоились – они уселись рядом и сосредоточенно занялись умыванием.

Гроза приближалась, свет в круглом окошке под куполом померк, потом его затянуло непроглядной темнотой. Над куполом бушевала гроза, и яркие вспышки молний то и дело отблескивали на стенах. Но котов ни гром, ни молнии не беспокоили: Огнецы свернулись клубком и мирно спали.

А вот Генри бодрствовал, и, когда до его слуха донесся странный звук, он настороженно приподнялся на локте, потом сел. Где-то за окном, выходившим на лес, не то стонал ветер, не то плескал дождь. Но Генри показалось, что это рыдания, он тотчас вспомнил о младшем братишке и поднялся. Генри просто не мог слышать, как кто-то плачет, и бездействовать.

На цыпочках, так, чтобы не услышали коты, Генри подкрался к круглому окошку и вылез наружу. Но не успел он сделать и нескольких шагов в сторону леса, как за спиной у него раздалось свирепое рычание, и Генри с перепугу бросился не обратно в зал, а к лесу, туда, где на поляне чернела пасть ямы, а рядом темнел отодвинутый валун. Голодное рычание не отставало, зверь преследовал Генри, и казалось, он все ближе.

Выбежав на поляну, беглец заметался в поисках укрытия, но со всех сторон были только колючие кусты терновника да густой плющ и каменные стены. Новая вспышка молнии на миг высветила поляну, Генри увидел впереди каменную арку и со всех ног бросился туда. Миновав арку, мальчик очутился в темном сыром коридоре. Пол здесь шел под уклон и зарос скользким мхом, так что Генри спотыкался на каждом шагу, тем более что бежал он вслепую, ориентируясь лишь на вспышки молнии, которые мелькали в дальнем конце коридора.

Рычание настигало, Генри уже слышал стук когтей по каменному полу и даже как будто чувствовал зловонное дыхание зверя. Из последних сил мальчик наддал ходу, протиснулся в щель заколоченного досками выхода и буквально выпал на каменные плиты двора. Не оборачиваясь, Генри вскочил и, миновав еще одну арку, выбежал в сад при академии.

Беглец несся по мокрой траве, а вокруг бушевала гроза – выл ветер, хлестал дождь. До здания академии Генри добрался промокшим до нитки. К счастью, дверь в сад была не заперта, и Генри, мысленно возблагодарив судьбу, шмыгнул внутрь. С широких ступеней лестницы по ту сторону холла на него вытаращился Билли Гриф. Он не проронил ни слова, только пристально проследил красными кроличьими глазами, как Генри кинулся в ближайшую дверь – ту, что вела в западное крыло.

«Долго прятаться не придется, – понял Генри. – Билли не станет зря терять время. Через несколько минут Блуры уже будут знать, что я удрал, и начнут прочесывать академию».

Тяжело дыша от усталости, мальчик ринулся вверх по винтовой лестнице, в музыкальную комнату. Один раз ему уже удалось там укрыться, вдруг и второй раз получится? Конечно, преподаватель музыки – чудак, но не предатель, положиться на него можно.

Гроза достигла пика, гром сотрясал музыкальную башню, и Генри казалось, что камни дрожат от страха. Стоило беглецу миновать очередное окошко, как небо за ним немедленно прочерчивала молния. Он уже почти добрался до последнего этажа, когда снизу донесся крик:

– Он туда побежал, туда!

По винтовой лестнице затопали тяжелые шаги, и Генри понял, что за ним гонятся двое, споткнулся от испуга и растянулся на полу.

– Вот! Он там, я же говорю! – яростно прорычал Манфред.

Генри с трудом встал. Куда бежать? Да и стоит ли? Все равно они его изловят рано или поздно. Он смерил безнадежным взглядом крутые ступеньки, отделявшие его от ненадежного убежища, и испустил судорожный вздох. Сил больше не было.

На плечо беглецу легла легкая, как лист, женская рука, затянутая в перчатку.

Рядом с Генри возникла миссис Блур. Как она изменилась! Как сверкали ее глаза, как танцевали локоны! Да и от траурных одеяний не осталось и следа: на ней было алое пальто и пестрый шарф. В здоровой руке миссис Блур бережно держала скрипичный футляр, а с плеча у нее свисала кожаная сумочка.