Год Крысы. Видунья - Ольга Громыко

— Случайные и дурачки. Они ни в чем не виноваты.

— А это уж мне решать. Впрочем… — Путник чуть отвел клинок. — Может, ты все-таки подойдешь ко мне, дружочек?

Меч снова начал подниматься, когда Альк все-таки принял окончательное решение и… пополз.

Зрелище было жалкое и жуткое. Стало ясно, почему крыс не пытался удрать: задние лапы у него отнялись и бессильно волочились по траве. Путник и шагу ему навстречу не сделал, наблюдал, склонив голову к плечу. Но не забывал посматривать и на «грабителей», по-прежнему держа их на прицеле клинка.

Альк дотащился до путничьего башмака и тряпкой распластался по земле. Берек наклонился, чтобы сцапать крыса поперек спины, — но тот внезапно ожил и, зловеще сверкнув глазами, пружиной стрельнул ему в штанину.

— Твою!..

Меч упал на траву.

— Ах ты!.. — На сей раз в вопле преобладало не изумление, а боль.

Жар ухватил Рыску за руку, сдергивая с места, — иначе девушка так бы и осталась таращиться на приплясывающего путника, как овца у чудом распахнувшихся ворот живодерни.

Замелькали деревья, застегали по ногам кусты и высокая трава — как позже выяснилось, крапива, но сейчас Рыска ее укусов не чувствовала. Бежали, покуда легкие к горлу не подступили, а потом долго отдыхивались в каком-то рве, с трудом сглатывая горькую слюну.

— Ты деньги не растеряла? — утерев мокрый лоб, спросил Жар.

— Нет, — всхлипнула девушка, не понимая, как он может беспокоиться о такой ерунде.

— Вот и славно. — Друг неожиданно ухмыльнулся. — Ладно, пять златов за лучину позора — вполне пристойная цена. Лишь бы путник страже не наябедничал.

— А что, может?!

Жар пожал плечами. Бегство от разгневанного видуна не показалось ему чем-то особенным, доводилось и от десятка стражи драпать — причем те вначале стреляли, а потом грозились.

— Саший его знает. Хотя, если подумать, мы ему ничего не сделали, это он невесть с чего мечом размахался.

— Ага, «невесть»! — Рыску, напротив, колотило. Жизнь казалась конченой: все, теперь на них объявят охоту, выследят, бросят в тюрьму и публично повесят на площади, а веревку распродадут на талисманы. — Мы его почти похитили!

— Пусть сперва докажет! — нахально заявил вор. — Я даже «руки вверх!» сказать не успел. Не, вряд ли он в стражу пойдет… главное, самим с ним не столкнуться. Айда назад!

— Зачем?!

— А коровы?

— А вдруг там засада?!

Жар на миг задумался, потом отмахнулся.

— Вряд ли. Больно надо путнику ради нас комаров кормить, пугнул и дальше поехал. Мы вот что, кружным путем двинемся. Как раз и стемнеет получше.

Рыска послушно поплелась за другом. Она привыкла подчиняться старшим, да и внутренний голос вроде не возражал. Хотя перед появлением путника он вел себя как-то странно, но девушка списала это на неудачное покушение, которым были заняты все ее мысли.

На поляне их действительно никто не ждал. Коров, привязанных чуть подальше, путник не нашел — а скорее, просто не стал искать, заполучив гораздо более ценного зверя. Зато валяющиеся на виду арбалеты забрал.

— У-у-у, ворюга! — погрозил Жар кустам. — Они по пять сребров стоили!

— Я тебе отдам, — торопливо сказала девушка, суя руку за пазуху. Там было непривычно пусто и холодно, только два узелка — с медью и золотом — сиротливо болтались.

— Да ну, я ж за них не платил, — самодовольно ухмыльнулся Жар. — Ладно, главное, коровы целы. Покуда вконец не стемнело, проберемся лесом до столичного тракта, переночуем у обочины и с утра поедем в Свистополье, на скотный рынок. Там спихнем наших буренок, а то уж больно приметные, и купим двух пегих, поплоше твоей и поживее моей. На них через три-четыре дня до столицы доберемся и заживе-о-ом!

— А… Альк?

Парень изумленно уставился на подругу:

— Чего — Альк?

— Мы что, так просто его бросим? — не поверила девушка.

— Ты чего, не поняла?! — возмутился такой наивности Жар. — Нас пытались втянуть в какие-то внутренние разборки общины, и хвала Хольге, что не успели!

— Но путник опять его свяжет и будет мучить!

— Это законный владелец крысы, пусть делает с ней, что хочет.

— А мог бы и с нами, если б Альк нас не спас!

— Ага, а вначале втравил в эту историю!

— Мы сами согласились, — с упреком напомнила девушка, благородно умалчивая, кто именно соглашался. — За деньги.

— Детка, у нас такое называется «подстава», — сердито бросил вор. — Если этот хвостатый мерзавец снова нам попадется, я сам его замучаю!

— Я тебе не детка, — надулась Рыска. Не хватало еще от Жара это обидное словцо терпеть!

— И что ты предлагаешь? Штурмом Пристань брать? Из-за какой-то крысы, которая нас чуть под меч не подвела?

— Нет, — вздохнула девушка. — Но… нехорошо как-то получилось. Знаешь, Жар, я, пожалуй, на хутор вернусь.

— Что?! — Щепку назад парень был уверен, что сильнее его удивить подруга уже не сможет. — Почему?!

— Не могу я так, — обреченно призналась девушка. — Все какое-то неправильное, деньги нечестные, корова ворованная…

— Заработанная!

— Ничего, я еще молодая, заработаю другую. А эту Сурку верну и деньгами повинюсь.

— А он не облезет?! Ничего себе — пять златов за неделю проката скотины!

— Два с половиной. Остальные твои.

— Я же сказал, что не возьму с тебя денег!

— За дорогу в Шахты. Но, получается, Альк нам их за путника дал… — Рыска всхлипнула, а потом и вовсе с рыданиями уткнулась другу в плечо.