Белорские хроники - Ольга Громыко

- Какой служанки? - оживился Темар.

- Вот и я говорю: с такими доходами даже на служанку не хватает!

- Слушай, - жалобно сказал коллега, - а давай ты остепенишься как-нибудь попозже? Подлый конкурент все-таки лучше жадного корчмаря.

- Уговорил, - рассмеялся Важек. - Заходи. Тоже заблудился?

- Проспал, - зевнул Темар, щурясь на пульсар. - Прошлой ночью работал, утром тоже небольшое дельце подвернулось... ну я и задремал в седле после ужина. А мерин этот дурной свернул где-то с дороги, и топал, пока я не спохватился.

- Ты здесь раньше бывал?

- Проездом. Там в конце вырубки серебряный рудник, но им уже давно не пользуются: додолбились до природных пещер, а в них стая бледных жальщиков спит. Спала. Поглядел я на это дело издали: не-э-э, ищите другого дурака, мне еще жизнь дорога! Так, вижу, и не нашли.

- Покажешь мне завтра, как из этой глуши выбраться?

- Даже провожу, - пообещал Темар. - Мне тоже в ту сторону.

* * *

Через четверть часа в камине пылал огонь, запертые в сарае лошади жевали овес из подвязанных к мордам торб, в кружках на столе тихонько шипело пиво, нарочно разлитое свысока и тонкой струйкой: баклажка была маленькая, глотков на двадцать. А так хоть пена до краев, глянуть приятно.

- Хорошо-о-о...- мечтательно протянул Темар, освободив ноги из сапожного плена и вытянув их к камину. - Еще бы воблочки шматок...

- Да в баньку, - поддержал Важек. - Каменку погорячей, веничков березовых...

- ...девок голых! - дуэтом закончили друзья и с хохотом чокнулись кружками.

Дверь распахнулась, заставив парней подскочить, расплескивая пену. На пороге стояла высокая худощавая женщина в темной мужской одежде, с мечом на поясе. Коротко остриженные белые волосы как будто светились во тьме. Прорезающий их шрам казался трещиной в виске.

- О боги, - потрясенно шепнул Темар, - ну зачем так сразу ниспосылать? Мы же пошутили!

- Они тоже, - мрачно откликнулся Важек.

Представить Катиссу Лабскую голой в баньке рискнул бы разве что Ксандр. И то на спор за большие деньги.

- Так-так-так! - ворчливо начала она с порога. - Значит, сидим, пьем? А бедной женщине самой впотьмах коня расседлывать?!

- Но, госпожа Лабская...- Под пристальным взглядом бывшей преподавательницы парни окончательно стушевались и попыталась спрятать пиво на столе за спинами. - Простите, мы не слышали, как вы подъехали.

- Неудивительно, - процедила Катисса таким тоном, что стало ясно: ей нанесена смертельная обида, которую смоет только кровь. - Вы же были так увлечены своими важными делами...

Темар сломался первым и, забыв про сапоги, выскочил во двор на помощь коню.

- Очень приятно вас видеть, - попытался завязать беседу, а заодно вернуть себе самоуважение Важек. - Прекрасно выглядите.

Магичка не ответила. Видимо, радоваться ее появлению наловчились даже тролли, а внеземная красота Катиссы вообще не подлежала сомнению.

- Э-э-э...- Темар робко заглянул в приотворенную дверь. - Простите, а где ваш конь?

- Сдох, - отрезала женщина, подходя и бесцеремонно оттесняя Важека от стола. - Прошлой ночью.

- А...

- Но ведь он мог бы у меня быть, верно? - Катисса понюхала пиво, скорчила брезгливую гримасу и одним глотком осушила кружку.

На лице Темара злость мешалась с облегчением: страшно подумать, какой скандал закатила бы Катисса, если бы животное пропало по их «вине».

Магичка взяла вторую кружку и уселась на скамью. Откинулась на жалобно вякнувшую спинку, забросила ногу за ногу и начала критически осматриваться, покачивая остроносым сапожком. Выражение лица у Катиссы при этом было такое, что парням стало мучительно стыдно за каждую паутинку под потолком.

- Бывало и хуже, - наконец сказала магичка. - Давайте ужинать, что ли...

Важек торопливо порылся в сумке и достал хлеб. Темар - сыр. Катисса достала нож, сделала себе здоровенный бутерброд и начала смачно его уписывать.

Парни продолжали стоять, чувствуя себя полными идиотами.

От еды магичка немного подобрела и милостиво поинтересовалась:

- И как вам вольная жизнь? Как практика?

Парни наперебой стали уверять, что все отлично, не работа, а сплошной праздник, спасибо любимой Школе за науку...

Магичка сосредоточенно жевала, не глядя на бывших учеников, и те все сильнее ощущали себя менестрелями, которых наняли играть на званом обеде. Потом жалостливо буркнула:

- Ну да. Молодые еще, что с них взять...

Остаток «ужина» прошел в полной тишине. Важек, если честно, был счастлив, что больше с них взять нечего. Страшно подумать, что магичка потребовала бы от более опытных коллег.

* * *

Катисса, как само собой разумеющееся, заняла хозяйскую комнату. Парни расстелили дорожные одеяла у камина. Можно было, конечно, подняться наверх, но магичка не зря оставила дверь нараспашку: одичавший без людей дом прогревался медленно и неохотно. На чердак тепло тем более не доходило, а топить отдельную печку парни поленились.

- Спокойной ночи, - пожелала Катисса таким повелительным, въевшимся за годы преподавания тоном, что Важеку и Темару тут же захотелось натянуть одеяла до носов и послушно зажмурить глаза. Дело перевалило за полночь, адептам в Школе давно полагалось спать... но, в конце концов, у дипломированных магов должны же быть какие-то привилегии! Поэтому парни одеялами накрылись, однако шептаться не прекратили.

Катисса, к счастью, быстро начала посапывать, и разговор оживился. Темар даже отважился сесть и тихонечко, загораживаясь от магички спиной, разлил по кружкам запасную баклажку. Жизнь помаленьку налаживалась.

- ...представь, выходит ко мне девица, - Темар обрисовал на себе прелести ядреной селянки, - и давай улещивать: «Господин маг, у нас, того, с деньгами туго... Может, как-нить иначе договоримся?» А попой так и крутит. И как раз в моем вкусе, паршивка! Глаза синющие, в сторону клети стреляют, коса до пояса. «Ладно, - говорю, - давай свое иначе». Девица просияла, обернулась да как заорет: «Несите, хлопцы!» И выволакивают мне два дюжих молодца из клети во-о-от такую... пуда два... тыкву!

Важек закусил рукав, чтобы не заржать.

- И, главное, отказаться уже нельзя! - продолжал возмущаться Темар. - Там у нее такие братцы, что дракон мимо пролетит, побоится связываться! Попробуй только намекни, о чем подумал...

- А сколько ты за снятие икоты берешь? Шесть медяков?.. Так на рынке за тыкву столько и дадут.

- Дадут, конечно. Но ее ж туда еще доволочь надо! Походил вокруг, плюнул и бросил посреди дороги. Уже выезжал из селения, оглянулся - а они, гады, ее назад в клеть заносят...