Вторая жизнь майора - Владимир Сухинин

– Природная брюнетка, – произнес он. И тут вспомнил!

Волосы Хельги у корней на миллиметр были светлыми. Томас помнил это очень отчетливо. Он еще тогда обратил на это внимание. Вот что задело нервы его чувств! Хельга природная брюнетка, а корни волос почему-то светлые. Могла ли она поменять цвет волос? Так делают многие женщины, хотя процедура недешевая. Но нигде в личном деле не сказано, что женщина меняла цвет волос. И самое главное – она имела допуск к материалам переброски агентов.

Но червячок сомнения продолжал грызть его: а вдруг он ошибается? Надо сходить и удостовериться еще раз, посмотреть на волосы Бруз, сравнить ее с изображением в личном деле, решил он.

Говард находился в смятении. Чувства вопили – он на верном пути, а анализ этого не подтверждал. У Бруз был отличный послужной список, несколько наград от руководства Управления. Прошлая ее работа опровергала все домыслы Говарда. Тут важно не ошибиться и не нажить врага.

Вынув карту, он сунул ее в пачку сигарет и пошел в сектор картографии.

– Добрый день, господин Говард, присаживайтесь, – с улыбкой встретила его начальник директората картографии. – Чем могу быть полезна? – Она перехватила его взгляд на ее волосы и поправила прическу. Волосы женщины были черны как ночь, от корней и до самых кончиков, изящно ложась ей на плечи.

– Сейчас Руд принесет нам кофе, и мы с вами поговорим. Вам с сахаром? – спросила она.

– Да, спасибо, – ответил Говард. Он силился понять, не померещилось ли ему вчера, когда внимательно рассматривал волосы Хельги.

– Рудольф, два кофе, пожалуйста, для господина Говарда с сахаром, – позвала она секретаря.

Скоро на столе дымились две чашки ароматного кофе. Томас сделал глоток и застыл: по его телу стало разливаться онемение, к своему ужасу он понял, что был прав насчет Бруз, но уже ничего не мог сделать.

– Вы пришли, Говард, посмотреть на мои волосы? – спокойно попивая кофе, спросила женщина. – Браво, браво. Вы удивительно догадливы, но теперь вам это вряд ли поможет. Через минуту у вас остановится сердце, а через десять яд распадется без остатка.

Глаза Говарда закрылись, и он умер.

– Рудольф? – Она позвала секретаря. Дождавшись, когда он войдет, показала на мертвого человека. – Камеры слежения отключены. Вынеси его в конец коридора, положи в лифт и отправь на самый нижний этаж. Потом все подготовь к возможной экстренной эвакуации. Предупреди Клопа, пусть будет готов нас вытаскивать. Это все, действуй быстро.

– Шеф, у нас чепэ. – К Вейсу зашла его секретарь. – На нижнем уровне нашли Говарда. Он умер. Врачи говорят, внезапная остановка сердца. Посторонних веществ в его крови не обнаружено. Его поместили в морг. Пойдете смотреть?

Блюм Вейс тяжелым взглядом уставился на секретаря.

– Повтори еще раз, что ты сказала?

– Томас Говард умер. Остановка сердца. Нашли его на нижнем уровне лежащим в лифте. На данный момент он в морге, – быстро повторила Рина.

Вейс сидел пораженный, осмысливая услышанное.

– Вызови Отто в морг, я тоже туда пошел, – наконец произнес он.

Блюм размышлял по дороге в морг: «Что могло случиться с Говардом? Зачем он отправился на нижний уровень? Туда, куда он никогда не заглядывал. Сотрудники не так давно проходили медкомиссию, Говард был признан здоровым. А тут – остановка сердца. Да еще внезапная. И в лифте. Не много ли странностей для домоседа, каким являлся Томас?»

В холодном помещении морга лежал его давний соратник. Лежал со спокойным выражением лица. Уже отстраненный от всего мирского. Рядом стоял медик, который проводил обследование тела.

– Скажите, доктор, вы хорошо обследовали состояние организма умершего?

– Да, господин Вейс, – ответил медик, не понимая, чего от него хочет главный дознаватель.

Этих людей побаивались. Так как они обладали чрезвычайными полномочиями.

– Насколько я знаю, господин Говард проходил медкомиссию, которая признала его полностью здоровым. Как такое могло случиться, что у него внезапно остановилось сердце? – Блюм пристально смотрел на медика.

– Вы знаете, такое случается, нечасто, но все-таки такие случаи в медицинской практике известны. – Доктор нервничал.

– И что может стать причиной внезапной остановки сердца? – продолжал спрашивать Вейс.

– Непосредственной причиной большинства внезапных остановок сердца является ненормальный сердечный ритм. Электрическая активность сердца становится хаотичной, и из-за этого появляется невозможность перекачивать кровь к остальным частям тела, – поспешно пустился в объяснения медработник.

– Хорошо, док, я понял, но при каких условиях это может возникнуть?

– Долго перечислять, это и наследственные болезни сердца, и перенесенный инфаркт, и даже то, что погибший – мужчина, – хмуро начал перечислять доктор.

– Можете дать ответ, учитывая состояние здоровья, какая вероятность остановки сердца у Говарда?

– Э-э-э. Сейчас посмотрю, – недоуменно ответил медик и вывел вопрос на медицинский диагностический блок. – Она составляет ноль целых девятьсот одиннадцать сотых процента, господин Вейс. Но такие случаи в медицинской практике бывали, – поспешил он добавить, – я вам уже говорил.

– Посмотрите, какая вероятность смерти от применения быстро распадающихся ядов? – продолжал спрашивать Блюм, думая о чем-то своем.

– Да, сейчас, – ответил доктор и ввел новые команды на пульт. – Шестьдесят один и две сотых процента, – ответил ошарашенный медик.

– А почему такие расхождения в цифрах? – Блюм обернулся к доктору.

– Разница – результат неучтенных факторов. Потребуются дополнительные исследования.

– Не нужно, – остановил его Блюм.

В морг вошел Отто Крас. Он молча уставился на мертвого Томаса.

– Покажите его вещи, – попросил он вспотевшего медработника.

– Вот тут все.

На столе лежала сложенная одежда и личные вещи Говарда. Отто внимательно осмотрел их, забрал пачку сигарет и сказал:

– Отдайте все его жене. Пойдем? – обратился он к Вейсу.

– Да, пошли, – кивнул Вейс. А потом обратился к доктору: – Если вас будут спрашивать, от чего умер господин Говард, говорите, как указано в акте обследования: внезапная остановка сердца. Про то, что я спрашивал вас, говорить запрещаю. Вам все понятно? – Он хмуро посмотрел на медика. – И сотрите ваши запросы немедленно.

Уже в кабинете, когда сидели вдвоем, Вейс достал бутылку крепкого сплоча^[26], разлил по стаканам. Не чокаясь, они выпили.

– Томаса убили. Кто-то ему влил яд, предположительно в кофе. Кроме кофе, в желудке у него ничего не было, – произнес вслух начальник департамента. – Он нашел предателя. И его убили. Вопрос: почему нам не сказал?