Любовники орхидей - Ярослава Лазарева

– Но что было с тобой, когда я будто бы умер? – спросил Виктор.

– Странно, но я так и не смогла вспомнить, как оказалась дома, – ответила Лиза. – Но опять-таки я была в жутком состоянии и решила, что так моя психика защищается. А Идрис потом позвонил мне и сообщил, что по твоему завещанию тело кремировано, а прах увезен на родину. И с тех пор я уединилась в этом доме, живу замкнуто… Родители, правда, приезжали пару раз из Калининграда, но и с ними я не могу долго быть. Мне одной отчего-то легче переносить боль. Это еще счастье, что ты обеспечил мне безбедную жизнь, и я могу не работать… Но как ты остался жив? Почему сразу не нашел меня?

Виктор с трудом сдерживал слезы. Он понял до конца, что за игру вел Идрис. Высшему было выгодно представить все в таком свете, будто любимый Лизы умер, чтобы она не искала его. Ведь память возвращается, если любящие встречаются. И тут никакие психологические техники не помогут. Все дело во взаимодействии энергий, а настоящая любовь это высшая материя вселенной и никто и ничто не может ее разрушить и уничтожить. Идрис отлично знал об этом, вот и придумал план, как убедить Лизу в смерти ее любимого. Думал ли он о девушке? Виктор был уверен, что нет. Его подчиненный – вот что интересовало Идриса, а все остальные – помеха в его работе ловца. Виктор понимал, насколько жесток его начальник, но в глубине души оправдывал его действия. Ведь Виктор сам попросил избавить его от воспоминаний о любимой, затемнить отрезки памяти. Правда, он не ожидал, что начальник примет такие радикальные меры и устроит для Лизы настоящий спектакль.

Виктор все же не выдержал, закрыл лицо руками и расплакался. Он почувствовал, как его волосы гладят нежные пальцы, как теплые губы касаются затылка. И вот уже крепкие объятия обхватывают его трясущееся тело. Виктор прижался к любимой, позволил шептать себе в ухо слова утешения, хотя утешать нужно было Лизу.

– Ну не плачь, – ласково говорила она и целовала его мокрые закрытые глаза. – Все теперь будет хорошо! Ты жив, это ли не счастье! Ты нашел меня… И мы сейчас никогда, никогда не расстанемся.

Виктор начал приходить в себя. Ситуация показалась ему безвыходной, а слова Лизы лишь подтвердили это.

– Любимая, – прошептал он и выпрямился, расцепив объятия.

Он встал и ушел в ванную. Тщательно умывшись холодной водой, постарался взять себя в руки.

Когда Виктор вернулся в гостиную, Лиза сидела на диване, ее лицо выглядело умиротворенным. Она улыбалась счастливо, глаза блестели. Он сел рядом и взял ее руки в свои.

– Все хорошо? – мягко спросила она и сжала его дрожащие холодные пальцы.

– Более-менее, – тихо ответил он.

– Если не хочешь, то не будем больше все это вспоминать, – предложила девушка.

– Но я должен объяснить…, – сказал Виктор. – А иначе это встанет между нами…

Он вдруг ощутил острое желание поведать любимой всю правду о его работе ловца, о запрете на любовь, о проведенном на Ольхоне обряде по изъятию из его ауры чувства, о появлении двойника, об игре его высшего Идриса, но усилием воли остановил себя. Если бы он нарушил клятву и открыл тайны организации простой девушке, никто бы не простил ему этого. Идрис все равно рано или поздно узнал о его преступлении, и тогда подвергли бы тотальной чистке памяти не только его, но и Лизу. Он лишился бы работы в Ордене и всех, связанных с этим материальных благ. Хотел ли Виктор этого сейчас? Пока он не мог дать точный ответ.

– Хорошо, я слушаю, – ласково произнесла Лиза и погладила его по щеке.

– У меня была остановка сердца, но она вызвала не смерть, а кому, – сказал он. – Когда ты ушла, Идрис вдруг обнаружил, что я снова начал дышать. Он вызвал Скорую, меня поместили в больницу. Я пролежал в таком состоянии несколько месяцев, а когда вышел из него, то потерял память… частично. Временная амнезия… я тебя просто не помнил.

– Но почему твой друг сообщил мне, что ты умер? – напрямую спросила она и нахмурилась.

– Думаю, я был на грани жизни и смерти, – ответил Виктор. – Возможно, он решил, что не стоит давать тебе надежду. А потом я потерял память…

– Но ведь этот твой Идрис выдумал, что тело кремировали, – с возмущением проговорила она.

– Милая, забудем все! – твердо произнес Виктор, принял решение и обхватил ее горящие щеки ладонями.

Он глубоко заглянул девушке в глаза и стер из памяти тревожащие ее моменты. Не хотелось применять к любимой гипнотические техники, но сейчас он не видел иного выхода. Лиза моргнула и улыбнулась. Она напрочь забыла, кто такой Идрис, а помнила лишь то, что Виктор избавился от амнезии и сразу нашел ее.

Их губы слились, поцелуй был долгим, эмоции захлестывали обоих, объятия разрывать не хотелось. Виктор перестал беспокоиться и полностью отдался чувству. Лиза охотно ему отвечала. И вот они оказались в спальне. Одежда полетела на пол, девушка осталась полностью обнаженной, но отчего-то прикрывала грудь. Виктор не понимал, чего она так смущается и отвел ее руки. И вздрогнул, увидев след от ожога. Когда Соланж послала поражающий энергетический заряд в грудь его любимой, то она чудом осталась жива. Смертоносная лилия поразила прилипалу Элизабет, точную копию Лизы, и убила ее. Умер и кузнец Анжил, создавший защищающий амулет, в тот момент находящийся на груди девушки. Лиза потеряла сознание, но быстро пришла в себя. И лишь на ее коже осталось что-то наподобие клейма, напоминающего рисунок лилии. Увидев его, Виктор ощутил, как его заливает жгучая ненависть к Соланж. Он с трудом взял себя в руки, но выражение лица так сильно изменилось, что Лиза отшатнулась, стянула простыню с кровати и прикрылась ей.

– Солнышко, – нервно произнес Виктор, опомнившись и натянув улыбку. – Иди ко мне!

– Тебе противен этот странный шрам! – сказала она и села на край кровати. – Но ведь твой амулет защитил меня от смертоносной порчи, так ты мне сам сказал. Да вот остался след. И он отчего-то напоминает мне лилию. Знаешь, я потом нашла информацию в Сети, и оказалось, что в давние времена клеймо лилии ставили на тело проституток и воровок.

– Глупости все это! – ласково проговорил Виктор и опрокинул девушку на спину.

Но она простыню не выпустила. Он стянул ее и отбросил. Лиза начала ерзать под ним и тихо смеяться.

– Забудь об этом шраме, – зашептал Виктор ей на ухо, придавливая девушку своим телом. – Но если он тебя так смущает, то можно сделать пластику и все поправить. Но знай, я люблю тебя и на такие мелочи мне реально плевать.

Лиза глубоко заглянула ему в глаза, затем выскользнула из-под его тела и легла на бок. Виктор упал на живот и повернул к ней голову. Он заметил, что контуры шрама покраснели, и словно горящая лилия смерти проступила на белой коже девушки.

– Признаюсь, я уже пыталась свести это, – тихо сообщила Лиза. – Я сходила с ума от тоски… Хотела все забыть, начать новую жизнь. А шрам напоминал…. Прости…

– Не извиняйся! – ответил Виктор. – Ты живой человек, тебе чуть за двадцать, твое поведение разумно и логично. И что произошло?